Цитаты в теме «легкие», стр. 28
Среди всего, что в нас переплелось,
Порой самодовольство нами правит.
«Казаться или быть?» — вот в чем вопрос,
Который время человеку ставит.
Считаться кем-то, или кем-то быть?
Быть смелым, или делать вид, что смелый?
Ты жертвовал, творил, умел любить,
Или об этом лишь вещал умело,
Робея самому себе признаться,
К чему стремишься: Быть или казаться?
Что стоит жизнь
В довольстве иль покое,
Когда ее пытаются лепить,
Фальшивя переделанной строкою
Легко казаться.
Очень трудно быть.
Легко быть трудным. Все что мы делаем – это держимся в стороне от людей, и при этом избегаем страданий. На этом пути мы не рискуем любовью, не разочаровываемся, не расстраиваются наши мечты. Легко быть тяжелым. Мы не беспокоимся насчет телефонных звонков, которые мы должны сделать, людей, которые просят нас помочь, благотворительности, которая должна быть увеличена. Легко быть трудным. Мы просто должны представить, что живем в башне из слоновой кости, и никогда не плакать. Мы должны провести остаток наших жизней, просто играя роли. Легко быть трудным. Все что мы должны делать – отвергать все хорошее, что предлагает жизнь.
Не знаю, не слышу, не смею, не верю, нельзя
Ты числишься в папке с красивым названьем «Друзья»
Есть столько историй, где судьбы связал интернет
Но вот понимаешь, меня в тех историях нет!
Стараюсь себе объяснить, почему же во сне
Ты снова приходишь и шепчешь признания мне
Я слышу твой голос опять и узнаю легко
В реальности образ того, кто пока далеко
Я в душу влюбилась так редко бывает, поверь
А в сердце печаль завывает, как раненый зверь
И что с этим делать и как отключается боль?
Твой код подошёл под когда-то забытый пароль
Ломается что-то, а что-то возводится вновь
Я скрытую папку создам под названием «Любовь»
А там, где любовь, нет причины для файлов других
Чем чувства сильнее, тем меньше пусть знают о них
Я чувствую то, что сказать не получится вслух
И сердцем сложился судьбы вечно замкнутый круг
Я знаю, я слышу, я верю, забыв про «Нельзя»
Как жаль, что не числишься в папке с названием «Семья».
Именно «я» боится неудач и жаждет успеха, страшится ада и мечтает о небесах обетованных. «Я» терпеть не может страдания, но в то же самое время любит его причины. Оно с тупым упрямством ведёт войны во имя мира. Оно желает просветления, но недолюбливает путь к просветлению. Оно желает работать по-социалистически, а жить по-капиталистически. Когда «я» ощущает одиночество, оно мечтает о дружбе. Его одержимость теми, кого оно любит, проявляется в страсти, которая может легко превратиться в ненависть. Его потенциальные оппоненты — например духовные пути, призванные победить эго, — зачастую искажаются им и становятся союзниками «я». В искусстве шулерской игры ему нет равных.
Бывает, что ты не можешь выбирать, что тебе делать, потому что есть только один вариант. Он тебе неприятен, ты этого не хочешь, но у тебя нет выбора. Тогда что остаётся? Выбрать мотивацию, по которой ты это делаешь. Ты никогда не окажешься загнанным в угол, потому что у тебя всегда останется возможность выбора если не самого действия, то мотивов, по которым ты это действие всё-таки совершаешь. И ты всегда свободен выбрать именно тот мотив, который сделает такое неприятное и трудное действие если не лёгким, то по крайней мере приемлемым
Если не знаешь, что сказать, говори по-французски!
******
Можешь пожать мне руку, я не гордый!
******
Очень милые стишки, но понять их не так-то легко. Наводят на всякие мысли — хоть я и не знаю, на какие
******
Всё страньше и страньше.
*******
Полностью с вами согласна, — сказала Герцогиня. — И мораль отсюда такова: «Будь, кем хочешь казаться». Или, проще говоря: «Никогда не считай себя не таким, каким тебя считают другие, и тогда другие не сочтут тебя не таким, каким ты хотел бы им казаться».
— Может быть, я бы лучше поняла, если бы вы это написали, — очень вежливо сказала Алиса. — А когда вы это говорите, я совершенно не успеваю следить за смыслом.
— Это все пустяки по сравнению с тем, что я могла бы вам сказать, если б захотела, — снисходительно ответила Герцогиня.
Неслышные тени придут к твоему изголовью
И станут решать, наделенные правом суда:
Кого на широкой земле ты одаришь любовью?
Какая над этой любовью родится звезда?
А ты, убаюкана тихим дыханием ночи,
По-детски легко улыбнешься хорошему сну,
Не зная, не ведая, что там тебе напророчат
Пришедшие властно судить молодую весну.
И так беззащитно-доверчива будет улыбка,
А сон — так хорош, что никто не посмеет мешать,
И, дрогнув в смущение, хозяйки полуночи зыбкой
Судьбы приговор погодят над тобой оглашать.
А с чистого неба льет месяц свой свет серебристый,
Снопы, и охапки, и полные горсти лучей,
Черемуха клонит душистые пышные кисти,
И звонко хохочет младенец — прозрачный ручей.
И что-то овеет от века бесстрашные лица,
И в мягком сиянии чуда расступится тьма,
И самая мудрая скажет: «Идемте, сестрицы.
Пускай выбирает сама и решает сама».
Факир был пьян...
Факир был пьян, а фокусы — всё те же
Хотелось выть чтоб не кричать навзрыд
Мне от твоей любви осталась нежность,
Которой я уже по горло сыт
Погода дрянь наш Бог сегодня занят
С утра блефует, что зима прошла
Есть повод стать хорошими друзьями,
Кого лишь спьяну спросишь — как дела
Я буду жить с мурашками под кожей,
В каком-то глупом и хмельном бреду,
Где ты легко найдёшь себе моложе,
А я уже такую не найду
Я сплю в своей, а ты в чужой постели,
Мы ничего друг другу не должны,
И в частности — всё так, как мы хотели
А в общем — лишь бы не было войны.
Как встретились так и разбежались,
Все просто, без финальных разговоров.
За отношения ничуть мы не сражались.
И не было ни слез, ни уговоров.
Вот так легко. Наверно даже лучше,
Свободен ты и я опять свободна,
И никогда ты не был мной приручен,
Нам просто вместе было иногда удобно.
Ни обязательств, никаких упреков,
Я под твое подстроилась «Плевать»,
Но полюбила как-то ненароком,
И по другому начала дышать
Тобой, твоим парфюмом терпким,
Твоею жизнью и твоей свободой.
Дуреха, думала, что все мы стерпим,
Но мало сильной быть и до предела гордой.
О боли говорить сегодня модно,
И причитать о чертовой судьбе.
Нам вместе было иногда удобно.
Да нет. Удобно было лишь тебе.
Мужчина должен быть могуч
И быть подобным мощным танкам —
Ведь он гоняет стаи туч
Кайлом, лопатой и рубанком.
Мужчина должен быть космат
В лучах рассвета и заката,
Легко переходить на мат
И оставаться в рамках мата.
Мужчина должен быть нетрезв
На службе или на досуге;
Зато в постели — дивно резв
К восторгу вящему подруги.
Мужчина должен быть зело
Свирепым, как самец бизона;
Всегда готовым дать в табло
С резоном или без резона.
Мужчина должен быть вонюч,
Ему парфюм ваще неведом;
И вонь ведёт его — как ключ —
К любовно-трудовым победам.
Мужчина — лыс он или сед —
В себя да не утратит веру!
А если дама скажет: «Нет!»,
За волосёнки — и в пещеру.
И в день любой, и в час любой,
Ведом упрямою натурой,
Мужчина должен быть с губой,
Которая не будет дурой.
Ну, хватит... Я теряю нить.
А многословие — погубит...
Мужчина просто должен быть.
Любым, его любого любят.
Супружество без любви лишено истинного бытия, добра, утешения, не имеет в себе ничего от Божьего установления, ничего, кроме самого убогого и низкого, чем легко может пренебречь любой уважающий себя человек. Плотская жизнь может продолжаться, но она не будет ни святой, ни чистой, ни поддерживающей священные узы брака, а станет в лучшем случае животной функцией Ибо в человеческих делах душа является действующеи силой, а тело в некотором смысле пассивно. И если в таком случае тело действует вопреки тому, чего требует душа, как может человек думать, что это действует он, а не нечто ниже его?
Сохрани меня
Сохрани меня в этих стенах. По проводам
Передай мне дозу адреналина из губ в губы.
Мне вот так хорошо ещё не было никогда,
Мне так нежно, легко уже никогда не будет.
Сохрани меня рядом и не отдавай никому,
Я пришита к тебе, я же выбрала принадлежать.
И давай остановим время, потом объясню, почему
Я тебе отдаю всё, что только могу отдать.
Сохрани мою суть, я отказываюсь уйти,
Равнодушно считая осколки каких-то слов
И летать по ночам, представляя, что там, впереди,
Друг без друга, ты знаешь, никто из нас не готов.
Сохрани, успокой и покрепче сожми капкан.
Я тебе отдаюсь, добровольно в твой нежный плен.
Я тебя никому никогда ни за что не отдам,
Просто здесь, на земле, без тебя меня нет совсем.
Он из тех, с кем по кайфу молчать, целоваться, спорить,
С Ним не важно, куда — на балет, на футбол, на море
Вместе строить планы легко, как куличики из песка",
Он умеет держать меня за руку долго-долго, не отпускать.
С Ним непросто, а я не могу без Него, такого,
Я за ним хоть с обрыва, хоть в омут, хоть в ад готова.
С Ним тепло засыпать, просыпаться, готовить кофе.
Я люблю Его сильные руки, дыхание, гордый профиль,
И в глаза "как в июньскую полночь смотреть на огни с причала"
Только знаешь, ведь я и сама до сих пор его не встречала.
Ты выучишь другие языки, ты вспомнишь их, как вспоминают предков, твой древний дар, пронзительный и редкий, их оживит движением строки. Ты выучишь другие имена, ты вспомнишь их по строгости созвучий, их долгий слог, протяжный и певучий, как эль густой, испробуешь до дна. Ты выучишь другие голоса, ты вспомнишь их, как шепот колыбельной, ты станешь сильным, искренним и цельным, когда Она поверит в чудеса.
Честней всего — очнуться на краю, узнать себя, оставленного всеми, и по следам легко пойти на Север, где о тебе, неведомом, поют. И с каждым шагом находить вокруг свои пути, повадки и приметы
Ты понял все, но помолчим об этом, пока строка заканчивает круг.
Я - в целом и я же в частности, и в зеркале — тоже я. Училась в эпоху гласности, с тех пор не люблю вранья. Боюсь темноты и старости, шприцов, и немытых шей, и в школе боялась старосту, зато не боюсь мышей. Читаю запоем всякое, бывает — запоем пью, такая я вся двоякая, что встречу — сама убью. Есть термин «аккомодация», пятнадцатый год учу, и Гоцмана в «Ликвидации» до обморока хочу. Ресницы — от мамы — длинные, от папы — рисунок скул, когда я была невинною, то имидж вгонял в тоску. С тех пор я обстригла локоны, почти научилась жить, курить сигареты — блоками, и — да! — пропекать коржи. Люблю комплименты, пряности, перчености и вино, люблю пребыванье в праздности, а также курить в окно. Теряю зонты и комплексы, перчатки, мужчин и стыд, стираю одежду «Омаксом», надежда еще хрипит. Аманты легко заводятся, их, в целом, не отследить, но в самом конце, как водится, останется лишь один. Ну, в общем, словцом увесистым пусть бросит, кто без греха. Живу. Улыбаюсь весело. И росчерк — Мария Х.
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Легкие» — 2 081 шт.
