Цитаты в теме «лето», стр. 41
Хватит — они голоднее волка,
Смотрят в глаза тебе, ищут правды.
Слушай, чужая невеста, толку в них —
Ни на грош не найдешь. Не надо
Скармливать им свою жизнь кусками,
Руку протягивая — укусят.
Впрочем, такое бывало ране,
И будет позже. Уж ты-то в курсе.
Каждый который в руках с любовью
Вдруг ненароком замрет у двери,
(Помни — потом отдираешь с кровью,
Все, во что так бы хотелось верить)
И говорит — я тебя целую.
Завтра — прости — уезжаю в лето.
Да он искал — вот точь-в — точь такую.
Но не тебя. Понимаешь это?
Так устроен мир,
Что тоскуем мы
По родимой стороне.
Белый свет немил,
Где бы ты не жил, —
Даже в сказочной стране.
Вот и мне всю ночь
Снится вновь и вновь
Сторона моя.
Снится мне та земля,
Где родился я.
Там теперь в полях —
Теплые стога,
А в ручьях вода, как лед.
И над той землей
Летом и зимой
Воздух сладкий, словно мед.
Вот и мне всю ночь
Снится вновь и вновь
Сторона моя.
Снится мне та земля,
Где родился я.
Так устроен мир,
Что тоскуем мы
По родимой стороне.
Хлеб — как лебеда,
И горчит вода —
Даже в сказочной стране.
Вот и мне всю ночь
Снится вновь и вновь
Сторона моя.
Снится мне та земля, где родился я.
Представь себе весь этот мир, огромный весь,
Таким, каким он есть, и что любовь в нем есть.
Когда наполнен он дыханием весны,
И напролет ему цветные снятся сны.
И если что-нибудь не ладится в судьбе,
Тот мир, где нет любви опять представь себе.
Так же синей ночью звезды в небе кружат,
Так же утром солнце светит с вышины.
Только для чего он, и кому он нужен —
Мир, в котором люди друг другу не нужны?
Так же гаснет лето, и приходит стужа,
И земля под снегом новой ждет весны.
Только мне не нужен, слышишь, мне совсем не нужен
Мир, где мы с тобой друг другу не нужны.
Только мне не нужен, слышишь, мне совсем не нужен
Мир, где мы с тобой друг другу не нужны.
Короткое это имя - и просит душа пощады,
и жажду сменяет ливень, и слабость цветёт в груди.
Распластанная гордыня забытой Шахерезады
и шёпот ресниц - не надо ... останься, не уходи.
А дверь охраняет ревность - тигрица с повадкой кошки,
что ластится к незнакомым, но когти её остры.
Наверное, это верность, когда ты забыв о прошлом,
из досок чужого дома слагаешь свои костры.
Но пусто на пепелище, золу разметает ветер, тепло забирает зимний, не знающий лета дождь.
Наверное, это глупо, всерьёз притворяться нищей и ждать, что тебе подкинут надежду, как медный грош.
И медленно исчезает всё то, что имело ценность,
и краток шажок до рая, молись, чтоб хватило сил.
А он не уйдёт, родная, с твоей цирковой арены.
Скажи себе откровенно - он просто не приходил.
А днём, всё чаще, тянет закрыть глаза. Лучше б твоей ладонью, пахнущей горьким летом, и оказаться за гранью добра и света. И не вернуться назад, пока не закончится эта вендетта души моей с головою /обе пока не настроены поговорить со мною /. А ещё, иногда предаёт тело. Так, не обидно, по мелочи: вдруг, под утро, услышу твой запах и просыпаюсь от страха : что это, сон или явь ? До берега одиночества вплавь, из памяти, добираются самые отчаянные запахи, слова, жесты. Определяю им место возле душевной двери, чтоб не наглели. Но они, как умные звери, ведут себя так, что начинаешь им верить, и уже себе не находишь места. Я за сто этих дней стала сильней. Мало курю и почти не пью в одиночку. Скоро осмелюсь поставить точку в теме письма. Только вот, до сих пор, сама, чувствую боль твою, как свою.
Значит, пока ещё лю ... зЛЮсь/моЛЮсь/любЛЮ.
Август тянет забыть сценарий, что прописан на сером небе. Тёплый маленький бестиарий пропускает в реальность небыль и ворчит, закипая, чайник, склочным голосом недотроги, а в ладони накрошен пряник - угощенье единорогу, что грустит в опустевшем парке ... за окошком воркует флейта, на наречьи напевном, ярком заклинают дракона эльфы, пролетает усталый ворон, сны кидая на подоконник. Выхожу в незнакомый город, где в тумане цветёт шиповник и колышется запах пряный сонных трав, отдающих ласку, берегам реки безымянной - там печальная Златовласка расплетает седые косы, солнце плавится янтарём, преломляя хрусталь вопросов ...
лето, радужным пузырём, уплывает неспешно в осень.
Осеннее утро проткнуло ветвей наготой
Печальное небо, унылое серостью красок,
И листья засыпали стол на открытой террасе,
Дарившей вчера еще теплый уют и покой
Фонарь над столом помнит медленный вальс мотыльков,
Куда-то пропавших за серую дымку тумана,
Заливистый смех, перезвон веселящий стаканов,
Надрывность гитары и вторящих ей голосов
Страницы романа и ночи июльской тепло,
Мерцание свечи, аромат засыпающих лилий
Молчанье двоих, что друг друга когда-то любили,
Но стали чужими. Чье время уже истекло
Бессильно вернуться, распавшись на тысячи слов
По капле сквозь пальцы печально и как-то нелепо
Как жизнь забирая из листьев, короткое лето
Уходит, опавших надежд оставляя покров.
Впряглась. Тяну. Ничуть не легче воз.
Меня как будто и не распрягали.
«А был ли отпуск?» — мучает вопрос.
Ответить на него смогу едва ли.
Уже не помню про жару и пляж.
Уже не надо кондиционера.
И евро за ракушку не отдашь
Небрежно, словно дочь миллионера
Уже ль прошли все десять дней вотще
В местечке захолустном рядом с Сочи
С названием странным «Якорная щель»
(Щель — так себе. Дыра дырой, короче)
Да было ль? Море, солнце, суета —
Где это всё теперь, скажи на милость?
Компьютер, факс, заявки и счета —
Они вот точно рядом, не приснились
А впрочем, слишком я к судьбе строга.
Ведь, как воспоминание о лете,
Имеются в наличии: загар,
Клешня от краба и дыра в бюджете.
Мне нравится весна, но она чересчур юна. Мне нравится лето, но оно слишком надменно. Поэтому более всего я люблю осень, когда листья чуть желтеют, их оттенки ярче, цвета богаче, и всё обретает налёт печали и предчувствия смерти. Её золотое богатство говорит не о неопытности весны, не о власти лета, но о зрелости и благожелательной мудрости надвигающейся старости. Осень ведает о границах жизни и полна довольства. Из осознания этих границ, из богатства опыта возникает симфония цвета, его изобилие, где зелёный говорит о жизни и силе, оранжевый – о золотистом удовлетворении, а пурпурный – о смирении и смерти.
Я люблю - его руку сжимая сильней,
Прошептала влюбленная женщина.
Мне приятно. И будто не слышится ей,
Что ответить ему больше нечего
Мне светло, словно тысячей ярких лучей
Твое имя на небе высечено
Просто полдень, и будто не верится ей,
Что не светят ему эти тысячи
Мне тепло, в моем сердце горит огонек,
Согревает уставшую душу
Просто лето и будто бы ей невдомек,
Что ему не тепло, а душно
Я боюсь,что однажды не станет любви,
Что разрушится замком бумажным
Береги Бережет. И не видит, увы,
Что ему без нее — не страшно.
Люблю осеннюю Москву
В ее убранстве светлом,
Когда утрами жгут листву,
Опавшую под ветром.
Огромный медленный костер
Над облетевшим садом
Похож на стрельчатый костел
С обугленным фасадом.
А старый клен совсем поник,
Стоит, печально горбясь
Мне кажется, своя у них,
Своя у листьев гордость.
Ну что с того, ну что с того,
Что смяты и побиты!
В них есть немое торжество
Предчувствия победы.
Они полягут в чернозем,
Собой его удобрят,
Но через много лет и зим
Потомки их одобрят,
Слезу ненужную утрут,
И в юном трепетание
Вся неоправданность утрат
Получит оправдание
Парит, парит гусиный клин,
За тучей гуси стонут.
Горит, горит осенний клен,
Золою листья станут.
Ветрами старый сад продут,
Он расстается с летом
А листья новые придут,
Придут за теми следом.
Июлево. Прохладна и легка
Лежит в твоей руке моя рука
Играет ветер прядью у виска.
Конечно, всё проходит, но пока
Дыши, мой друг, не помни ни о чём,
Лови загар на смуглое плечо,
Люби меня за то, что нам дано:
Малина, яблоки, игристое вино,
Так много света, лета и тепла
За то меня люби, что я была
Вчера. И завтра тоже, может быть
Ещё побуду... Стоит ли грустить
Что всё не вечно. Тают облака
Легка в твоей руке моя рука
И чтоб там ни было спустя четыре дня,
Пока - сейчас - такой – люби меня.
Всю жизнь и может не одну,
Воюя с липким, в бисер страхом,
Илюзий, грез — кровавой плахой —
Коплю я впрок свою Вину
Вибраций чувственных ряды
В оправе ханжеских кастраций
Отвратней правды папараций
В аналах не своей беды
Когда же «вольная», когда
В глубинах тайных подсознания
Свершится полное слияние
Меня со мной Не подведу!
Груз всех моих бескрылых грез
Цыганским табором по свету
Пущу и пусть смущают лету
Ты чувствуешь протест мой, мозг!
Почувствуй и пусти меня
В гармонию босого поля,
Не выжить мне в паркетном стойле,
Тебе пол царства, мне — коня!
И дали, дали ширь да гладь
Безумие — сродни всезнанию
И пусть подстреленною ланью
Падения мне не избежать
Но мир во мне и я в миру
На саксофоне выдаст соло
Мукой обычного помола
Иначе в муках я умру.
Мало мне воздуха, мало мне хлеба,
Льды, как сорочку, сорвать бы мне с плеч,
В горло вобрать бы лучистое небо,
Между двумя океанами лечь,
Под ноги лечь у тебя на дороге
Звездной песчинкою в звездный песок,
Чтоб над тобою крылатые боги
Перелетали с цветка на цветок.
Ты бы могла появиться и раньше
И приоткрыть мне твою высоту,
Раньше могли бы твои великанши
Книгу твою развернуть на лету,
Раньше могла бы ты новое имя
Мне подобрать на своем языке, —
Вспыхнуть бы мне под стопами твоими
И навсегда затеряться в песке.
Старая мелодия в памяти крутится,
Возвращая в прошлое стайками фраз:
Всё когда-нибудь обязательно сбудется,
Сбудется, сбудется, но не у нас
Время вертит стрелки со скоростью бешеной
То закат осенний, то летний рассвет
Впрочем, на моей, на планете заснеженной
Ни весны, ни лета, ни осени нет
Восемь лет без тебя живу,
Восемь лет на земле зима,
По зиме восемь лет хожу,
И схожу без тебя с ума
Что, душа моя, так и жить со слезами нам,
Не воротишь прошлое, как ни зови,
Просто, я когда-то не сдал два экзамена:
Первый по прощенью, второй по любви.
Скоро медной хною деревья окрасятся,
Скоро бабьим летом застелет сердца,
И, конечно, в школу пойдёт первоклассница,
Потому что где-то живёт первоклассница,
С отчеством от неродного отца.
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Лето» — 967 шт.
