Цитаты в теме «место», стр. 169
С годами чувства притупляются. Тускнеет не яркость мира — короста, наросшая на человеке, не пропускает свет в должной мере. Глохнут звуки. Музыка превращается в невнятный шум. Запахи утрачивают резкость. Ландыши не напоминают о весне. Любовь? — привычка. Ненависть? — брюзжание. Нас готовят к уходу — туда, где не место страстям. Слава старикам и старухам, сохранившим свежесть восприятия! Слава седым непоседам и лысым завсегдатаям театров! Низкий поклон морщинистым ведьмам, чей глаз остер и слух чуток! Иногда кажется, что им просто повезло. В другой раз думаешь: в чем их секрет? А всего-то и надо, что признать: не мир, но я. Не любимый в юности поэт утратил мощь таланта – я остыла к его строкам. Не пейзаж лишился былого очарования – я смотрю на него, близоруко щурясь. Стоит только признать, признаться, взять вину на собственные плечи – и мир вновь засияет.
Великий Космос, как же это трудно!
Куда легче согласиться, что в наше время деревья росли до небес
Если что-то, чем мы дорожим, повреждается, мы не можем отвести взгляд от этой трещины или вмятины. Первая глубокая царапина на корпусе новой машины, первая явная ложь нового любовника, отверстие в мозаичном панно на месте плитки. Мы всегда знали, что это неизбежно, но втайне верили, что сможем избежать такого несчастья, уклониться от удара, обмануть судьбу. Иногда последствия удается смягчить, но что бы ни подверглось разрушительному воздействию – вещь, отношение, чувство, – оно уже никогда не будет прежним. Никогда.
Ложь самое естественное убежище, куда бросается выживший. Она дает ощущение защищенности, это место, где каждый зависит только от себя самого. Однако местечко темное, правда? Но готов ли ты отказаться от власти и защищенности, какие оно тебе обещает? Вот в чем вопрос. Ложь — это маленькая крепость, внутри ее ты якобы в безопасности, чувствуешь себя полновластным хозяином. Из этой крепости ты пытаешься управлять своей жизнью и манипулировать другими людьми. Однако крепости нужны стены, и ты их строишь. Это оправдания для твоей лжи. Будто бы ты лжешь, чтобы защитить кого-то, кого ты любишь, спасти от боли. В ход идет все, что угодно, лишь бы тебе было уютно внутри твоей лжи.
Вот если бы я был богом, я бы не удержался и провел рукой по верхушке леса. Это совсем не больно — как по метелкам полыни, так ведешь по ним долго, медленно а если вдруг что-нибудь упало: труба там или вышка, я бы поднял и поставил на место. Обязательно. Или летит, допустим, самолетик, а я бы его взял так тихонько под крылышки — и опа! — перенес его в миг куда нужно. Вот бы все обалдели. Конечно, я помогал бы чем мог Все-таки для всех людей я бы, пожалуй, богом не потянул. А вот для своих, для друзей, для тех, кого знаю и помню — другое дело. Я бы собрал их вместе и сказал: «Знаете как я вас люблю всех, дорогие мои!» И дочке бы сказал: «Ты не обижайся уж так на папку своего, он, знаешь, все время о тебе думает, ты бы приехала к нему».
Как легко поругаться с женой из-за пустяка — попробуй примирись потом.
Мы бредем лесом с прогулки, впереди — притихший ребенок. Ранняя весна. В оврагах снег еще. Поднимаемся на взгорок. И тут нас встречает одинокий куст орешника, унизанный весь баранками. Настоящими сушками с маком, висящими на тонких ветках. Мы стоим, не веря глазам. Место безлюдное. На сучке записка: «Угощайтесь люди добрые». Детский почерк, бумажка в клетку. Мы начинаем смеяться. Мы начинаем прыгать вокруг куста. Мы не находим слов. Кто тебя придумал, чудо? Мы съели тогда с великим удовольствием лишь несколько сушек, чтобы и другие могли разделить с нами этот безымянный, маленький дар любви.
Каждую весну я вспоминаю об этом и знаю, что буду вспоминать об этом всю жизнь. Он так и будет стоять у меня перед глазами, этот дивный куст орешника в весеннем лесу.
Давайте взглянем на это по-другому. Представьте, что я попросил вас позаботиться о моем доме, пока я в отъезде. Вы обещаете, что обеспечите порядок. Но по возращению я вижу, что все вверх дном. Ковер порван, стены — заляпаны, мебель поломана. Ваше объяснение не впечатляет: приехали какие-то байкеры, которым надо было где-то остановиться. Затем заглянула команда по регби в поисках места для вечеринки. И, конечно, студенческая община — им нужно было место для проведения посвящения. Как у владельца у меня лишь один вопрос: «Разве ты не знаешь, как говорить «нет»? Это не твой дом. Ты не имеешь права впускать любого, кто захочет прийти».
Не думали, что Бог хочет то же самое спросить у нас?
— Кое-кто говорит о границах разума. Они изучают чудесный мир алкоголя и наркотиков, но Это не та граница. Очередной самообман. Мы придумали ложную границу с компьютерами, которые позволяют людям думать, что они сбежали. Граница с платой за доступ.
— А космос? Последняя граница?
— «Стар Трек» — это не космос, а телевидение. Тоже мне, граница. И потом, сколько народу побывало в космосе? Нет, настоящая граница здесь, автострада 60. Вот зачем ее построили. Это место для тех, кому хочется жить по-другому.
— А это правда, мистер Коди?
— Если нет, то должно быть.
— Здравствуйте, это сообщение идет в записи. Поскольку никого из нас нет на месте, коммерческий совет Магратеи благодарит Вас за визит, но весьма сожалеет, что вся планета временно закрыта. Оставьте свое имя и название планеты после гудка, если хотите, чтобы с вами связались.
— Можно закрыть планету?
— Еще как, братец. Что ж, компьютер, вперед! Сажай нас!
— С удовольствием!
— Благодарим за вашу неуклонную решимость посетить нашу планету. И в знак нашей признательности примите две небольшие термоядерные ракеты, которые мы выслали сейчас вам навстречу. Ваша смерть поможет значительно повысить качество обслуживания. Спасибо.
— Вот радость-то! К нам летят две термоядерные ракеты.
Жизнь, довольно занятная сказка для взрослых. Идея интересная. Сюжет занимательный. Мир прописан детально. Юмора много. С любовными страданиями, на мой взгляд, перебор, иногда кажется, что это не реальность, а дамский роман какой то. Все герои разноплановые, ни одного шаблона, кто-то набросан схематично, крупными мазками по холсту, кто-то более тщательно, осязаемо до мельчайших линий. Местами по качеству походит на мыльную оперу, сдобренную похабщиной. Местами всего чересчур, но в целом увлекательно и легко. Всё это, складываясь вместе, даёт такую картину, такую панораму, что дух захватывает. Короче, по жизни есть, где разогнаться фантазии. Но всё это до тех пор, пока сюжет не властвует над логикой и целью.
Я стал шерифом этого округа в 25 лет. И уж сам почти не верю, но у меня и дед за закон стоял и отец тоже Мы с ним в одно время оба были шерифами, только он в Плано, а я здесь. Думаю, очень он этим гордился. А уж я и подавно. В прежние времена иные шерифы и оружия с собой не брали, нынче кому и не скажи, никто не поверит. Джим Карбора, например, пушку не таскал, Джим – младший который. А Гастон Бойкинс в округе Команчо безоружным ходил. Всегда я любил слушать истории о стариках. Никогда не упускал такого случая. Хочешь, не хочешь, а начинаешь себя с ними сравнивать. Хочешь, не хочешь, а подумываешь, как бы они жили в наше время. Сейчас беспредел такой, что не разберёшь, откуда что взялось. Не то чтобы я боялся кого Я знал — на этом месте надо всегда быть готовым к смерти, но не хочу я рисковать своей жизнью, пытаясь перебороть то, чего не понимаю Так недолго и душу замарать Махнуть рукой и сказать: «И чёрт с вами играть, так по вашим законам »
— Мы покидаем Форкс.
— Почему?
— Карлайл должен выглядеть на 10 лет старше. Люди начинают замечать.
— Что-ж мне нужно придумать что сказать отцу .(через несколько секунд) А говоря мы ?!
— Это я и моя семья.
— Эдвард, то что случилось с Джаспером, это мелочь
— Ты права. Это была мелочь. Я ждал эту мелочь ведь могло случиться непоправимое. Тебе не место в моём мире, Бэлла.
— Моё место рядом с тобой.
— Нет, это не так.
— Я с тобой!
— Бэлла, ты не нужна мне там
— Я не нужна тебе?!
— Нет.
— Это всё меняет. Всё.
— Если тебе не слишком трудно, можешь мне кое что пообещать?! Не делай глупости Хотя бы ради отца . Я тоже пообещаю тебе кое что взамен, больше ты никогда не увидишь меня, я не вернусь, живи своей жизнью, я в неё вмешиваться не буду, словно меня никогда и не было.
— Ты можешь забрать мою душу, она не нужна мне если нет тебя.
— Дело не в твоей душе. Ты просто мне не подходишь.
— Я не достойна тебя?
— Прости, надо было всё это сделать раньше.
— Прошу, Эдвард!..
— Прощай.
Вы на него посмотрите Хребет переломан. Это сделал кто-то невъебенно здоровый. Огромный — 300-400 фунтов Невъебенный Ок, ладно. Пусть эти два парня вообще не знакомы с невъебенным парнем. Предположим, они просто шли из бара, окончательно ***в от праздника Св. Патрика, и решили срезать через переулок и *** угадали куда зашли. Правильно? Потому что здесь их ожидал невъебенный парень. Ага, лучшего места для грабежа не сыскать. Двое ужравшихся парней. Они уже были ранены, поглядите на повязки, Господи! И вот они плетутся по переулку. А этот хвать раковину, и ***к бъёт по башке этого, с забинтованой башкой. Спросишь: «Почему?» Да потому что он умный. Потому что он понял, что вот этот с забинтованной жопой никуда не денется. С забинтованой жопой *** сбежишь. Ты куда? Да никуда! Всё правильно Но он ещё не закончил, он подходит сюда и прыгает этому парню на спину, и ломает его насмерть. Серьёзное дело.
— Но я боюсь, что ты такая же, как я.
— В смысле?
— Ну, ты же понимаешь одиночка Когда твоя мать ушла, я никому не позволил занять её место. Помнишь наш старый стол для пинг-понга?
— Да.
— После твоей матери я много лет играл один Просто поднимал другую часть стола, и шарик, конечно, отскакивал в мою сторону, но отскок был всегда предсказуем, понимаешь? Я в точности знал, где он окажется, я постоянно кого-нибудь искал, с кем мог бы сыграть партию, но не мог найти подходящего партнёра Кто-то играл слишком хорошо, кто-то недостаточно хорошо, но, по крайней мере, всё было по-новому. Знаешь, я понимаю, что жизнь в одиночестве — это ужасно уныло, каждый должен найти свою половинку, так что, если ты кого-то нашла, я рад за тебя.
— Молчание, молчание, молчание. Молчание — лучший способ заставить говорить. Наши победы и поражения заслуживают того, чтобы поделиться ими, иначе мы просто не находим себе места. Эта доза внимания питает наше самолюбие. Чем больше мы самолюбивы, тем больше мы говорим. Наше эго скрывает эту слабость. Эта зависимость заставляет нас говорить о победах и поражениях, но это обман. Ведь мы не помним о чем нам говорят, мы продолжаем довольствоваться тем, что сказали мы сами. Обман ради дозы. Зависимость. Никто не признается, даже самому себе в том, что разговаривает сам с собой.
— Тебе удобно, милый?
— Нет! Я абсолютно беззащитен Нет. Никаких проблем. Мыло не отравлено, он нормальный штатский, ну, нормальный для этой профессии. Я спокоен. Это просто полотенце, полотенце, полотенце, обычное полотенце, я спокоен, это полотенце, успокойся!
— А сейчас, дорогуша, я начну колдовать.
— Он завязал на мне это покрывало, чтобы защитить мою одежду, не для того, чтобы ограничить свободу моих движений! И я уверен, это просто обычные ножницы (вскакивает с места и хватает пистолет) НЕ ДВИГАТЬСЯ! Ох. Я опять сделал это.
Когда душа испытывает боль, её ощущение жизни притупляется. Она словно дезориентируется, теряет своё место в пространстве. Пол меняется у неё местами с потолком. И где потолок, где пол — она теперь уже не знает. Если раньше душа могла отличить «хорошее» от «дурного», то теперь она абсолютно растеряна — «хорошо» и «дурно» превращаются для неё в пустой звук.
От боли, от невыносимой тягостности своего страдания, душа — как оглушённая рыба. Она не знает, что ей надлежит делать, а чего, напротив, ей делать не стоит ни в коем случае. Она растеряна. Ее словно несёт огромным, безудержным течением. Часто именно в такие моменты человек с «оглушённой» душой совершает все свои самые ужасные глупости, страшные и непростительные ошибки.
Но всё же в этом — таком странном, таком тягостном, таком даже в чем-то болезненном состоянии — есть нечто очень и очень важное для души человека. Когда теряются, размываются грани реальности, когда нивелируются и исчезают условности, душа впервые видит этот мир как бы со стороны. Она отделяется, словно левитирует. Она осознает, что она и мир — это не одно и то же.
Это лишь первый шаг — всё начинается с бесконечности одиночества.
Первый, но очень важный
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Место» — 3 386 шт.
