Цитаты в теме «мир», стр. 135
Если бы человек выживал только как животное, его жизнь была бы бессмысленной. И именно это и происходит повсюду, по всему миру.
Тот, кто задумывается над ситуацией, осознает, что наши жизни стали бессмысленным, абсурдным повторением пустых вещей, которое продолжается и продолжается, и продолжается изо дня в день.
Мы просто заняты чем-то, мы не живем.
Только тот, кто совершенно неосознан, может думать, что это жизнь. Только очень посредственные умы могут считать это жизнью.
Она бессмысленна, потому что как животное человек не может иметь никакого значения.
Смысл человека в росте, человек призван осуществить выход за пределы животной природы.
За тобой еще нет
Пройденных дорог,
Трудных дел, долгих лет
И больших тревог.
И надежно заглушен
Ночью улиц гул.
Пусть тебе приснится сон,
Будто ты уснул.
Мир внизу, и над ним
Ты легко паришь,
Под тобою древний Рим
И ночной Париж.
Ты невидим, невесом.
Голоса поют.
Правда, это — только сон
Но во сне растут.
Может быть — все может быть —
Много лет пройдет, —
Сможешь ты повторить
Свой ночной полет.
Над землею пролетишь
Выше крыш и крон
А пока ты спи, малыш,
И смотри свой сон.
А ведь это твоя последняя жизнь,
Хоть сама-то себе не ври.
Родилась пошвырять пожитки,
Друзей обнять перед рейсом.
Купить себе анестетиков в дьютифри.
Покивать смешливым индусам или корейцам.
А ведь это твоё последнее тело,
Одноместный крепкий скелет.
Зал ожидания перед вылетом к горным кущам.
Погоди, детка, ещё два-три десятка лет —
Сядешь да посмеёшься со Всемогущим.
Если жалеть о чем-то, то лишь о том,
Что так тяжело доходишь до вечных истин.
Моя новая чёлка фильтрует мир решетом,
Он становится мне чуть менее ненавистен.
Всё, что ещё неведомо — сядь, отведай.
Всё, что с земли не видно — исследуй над.
Это твоя последняя юность в конкретно этой
Непростой системе координат.
Легче танцуй стихом, каблуками щёлкай.
Спать не давать — так целому городку.
А ещё ты такая славная с этой чёлкой.
Повезёт же весной какому-то Дураку.
На крыле
Нет, все же мне безбожно повезло,
Что я нашел тебя. И мне сдается,
Что счастье, усадив нас на крыло,
Куда-то ввысь неистово несется!
Все выше, выше солнечный полет,
А все невзгоды, боли и печали
Остались в прошлом, сгинули, пропали.
А здесь лишь ты, да я, да небосвод!
Тут с нами все — и планы и мечты,
Надежды и восторженные речи.
Тебе не страшно с этой высоты
Смотреть туда, где были я и ты
И где остались будни человечьи!
Ты тихо улыбаешься сейчас
И нет на свете глаз твоих счастливей.
И, озарен лучами этих глаз,
Мир во сто крат становится красивей.
В судьбе людей, физически или духовно совершенных, есть что-то роковое – точно такой же рок на протяжении всей истории как будто направлял неверные шаги королей. Гораздо безопаснее ничем не отличаться от других. В этом мире всегда остаются в барыше глупцы и уроды. Они могут сидеть спокойно и смотреть на борьбу других. Им не дано узнать торжество побед, но зато они избавлены от горечи поражений. Они живут так, как следовало бы жить всем нам, – без всяких треволнений, безмятежно, ко всему равнодушные. Они никого не губят и сами не гибнут от вражеской руки Ты знатен и богат, Гарри, у меня есть интеллект и талант, как бы он ни был мал, у Дориана Грея – его красота. И за все эти дары богов мы расплатимся когда-нибудь, заплатим тяжкими страданиями.
< > все происходящее ныне отнюдь не ново. Все это уже случалось много раз. Ложь, вероломство, убийство, варфоломеевские ночи, коррупция, порожденная жаждой власти, нескончаемые войны История человечества была написана слезами и кровью, и среди тысяч обагренных кровью памятников сильным мира сего лишь изредка встречается один, осиянный серебристым светом. Демагоги, обманщики, братоубийцы и отцеубийцы, упоенные властью себялюбцы, фанатики и пророки, мечом насаждавшие любовь к ближнему; во все времена одно и то же, во все времена терпеливые народы натравливались друг на друга и бессмысленно творили убийства во имя императора, во имя веры, во имя коронованных безумцев
Этому не было конца.
Кстати, ты знала, что самое большое блюдо в мире жареный верблюд? Он фаршируется бараниной, которая фаршируется курятиной, которая фаршируется рыбой, а та, в свою очередь, заполняется мелко нарезанными вареными яйцами. Представляешь, такую порнографию бедуины готовят на свадьбах!
— Ты к чему это сейчас сказал?
— А давай отложим все эти бумажки на завтра и пойдем нажремся фастфуда? Самого вредного из вредных.
— Из верблюжатины?
— Если встретим верблюда, и его съедим.
Через десять минут мы уплетаем бигмаки, наггетсы, запиваем их ледяной колой. Сейчас не хочется думать, как это вредно. Такие мысли портят все удовольствие. Люди, умеющие отдаваться своим, порой безумным, порывам, знают цену счастью.
Ты снова уходишь, мне коротко бросив: «Дела».
Там места мне нет, и не значится дата возврата,
Где время замёрзло, и я вместе с ним умерла,
Застывшею стрелкой в не тающем льду циферблата.
Короткие встречи не могут спасти от хандры
Разлуки становятся чаще и дольше больнее
А наши с тобой параллельные, в общем, миры,
Друг другом согревшись, расходятся, врозь холодея
И хочется криком взорвать, расколоть тишину.
«Ты слышишь, ты слышишь?! Ну как мне тебя не хватает!»
В отчаянье руки во тьму, пустоту протянуть
С надеждой, что лёд в твоих тёплых ладонях растает.
Поэты, художники, те, кого принято расплывчато называть творческими людьми — немного сказочники. Они отличаются от остальных? Несомненно. А может быть, они отличаются именно поэтому? Потому что волшебные миры, порой удивительные, порой пугающие, для них зачастую ближе того, в котором они родились? И еще, и это самое главное, что отличает сказочника от мечтателя: они умеют ими делиться. Им дана возможность приглашать в свои сказки других. А кто из нас никогда, хотя бы в детстве, не хотел в нее попасть?
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Мир» — 9 702 шт.
