Цитаты

Цитаты в теме «момент», стр. 78

Когда нет рядом никого...

Когда нет рядом никого и тихо,
Достану старенький потрёпаный блокнот,
Погрызеную кем-то ручку Bifa,
И попытаюсь воссоздать мыслеворот

Витают где-то образы и фразы
Поймать пытаюсь смысла тоненькую нить
Порой ложатся на бумагу сразу,
Но чаще - их не успеваю уловить.

Вокруг порхают, крыльями махая,
То близко очень, то исчезнут в темноте.
Приблизившись,внезапно пропадают
Поймала...Отпустила... Нет, совсем не те.

Избитых фраз,банальностей не нужно.
Пытаюсь передать как можно я точней
Те чувства, что тревожат мою душу,
Метаморфозы те, что происходят с ней,

И самые заветные желанья.
Не из тщеславия,не ради похвалы,
Не для поддержки или состраданья,
Не ожидая ни признания, ни хулы.

Я просто сброшу груз,расправлю плечи,
Переживания превращая в строчки...
Становится спокойней мне и легче,
В момент, когда в блокноте ставлю точку.
Вездесущая проныра-латынь
Когда станете, дети, студентами,
Не ломайте голов над моментами,
Над Гамлетами, Лирами, Кентами,

Над царями и президентами,
Над морями и континентами,
Не якшайтесь там с оппонентами,
Поступайте хитро с конкурентами.

А как кончите курс с эминентами
И на службу пойдёте с патентами —
Не глядите на службе доцентами
И не брезгуйте, дети, презентами!

Окружайте себя контрагентами,
Говорите всегда комплиментами,
У начальников будьте клиентами,
Утешайте их жён инструментами,

Угощайте старух пеперментами,
Воздадут вам за это с процентами:
Обошьют вам мундир позументами,
Грудь украсят звездами и лентами.

А когда доктора с орнаментами
Назовут вас — увы — пациентами,
И уморят медикаментами
Отпоёт архиерей вас с регентами,

Хоронить понесут с ассистентами,
Обеспечат детей ваших рентами
Что в театре им быть абонентами
И прикроют ваш прах монументами.
Не вспоминай свой первый раз.
Запомни тот, что был последним.
Запомни запах губ, цвет глаз.
Пусть был осенним или летним.

Не вспоминай своих «не тех».
Кто был случайным первым встречным.
Кто ждал агоний и утех.
Пускай казался безупречным.

Не вспоминай, кто был с тобой
В минуты тяжкого похмелья.
Кто гладил жадною рукой
В момент распутного веселья.

Не вспоминай чужих мужчин,
Кто стал на час или на дольше.
От чьих так колящих щетин
Не стало счастья тебе больше.

Не вспоминай случайных встреч
И недопитых этих рюмок.
Кого не стоило беречь.
Кто не держал в прихожей сумок.

Кто не пытался строже быть
С тобой, чтоб не казаться глупым.
Кому в плечо не смела выть.
Кого не накормила супом.

Не вспоминай тех тусклых лиц,
Что оставляли запах тела.
Кто пред тобой не падал ниц.
Быть чьей женою не хотела.

Не вспоминай свой первый раз.
Запомни тот, что был финальным.
У каждого из нас есть шанс
Счастливым быть вполне легально.
Я - не склонный к словоблудию
Положительный герой!
(Ты вздохнула полной грудью,
И, спустя момент — второй.) —
 
Наступления в чувствах Мая
Как бы нам не прозевать?
(Мило тазом пожимая
Ты присела на кровать.) —

 Страсть — тротил, а не игрушка:
Чуть затронь — и будет взрыв!
(Ты поправила подушку.
Одеяло приоткрыв.) —

 Может, я — тупой верзила,
И слова мои — тщета?
(Ты в ответ изобразила
Па из танца живота.) —

 Неспроста ты не обута,
И халат едва сидит?
(Ты поёжилась, как будто
Где-то ноет и зудит.)

Не пора ли браться, Клава,
За амурные дела?
(Ты потупилась лукаво,
И ногами развела.)

Снова, снова эта странность!
Всё висит на волоске:
Зря меня ты водишь за нос
На коротком поводке!

Я, конечно, верный рыцарь,
А не наглое мурло —
Но могу и обозлиться:
Сколько времени прошло?

Мозг скрипит от перегрузки,
Сердце падает в ступни
Намекни ты мне по-русски!
По - простецки намекни!
«Не плачь, не бойся, не проси!»
— Я повторяю, как молитву,
Плоды злословия вкусив,
Сумей на всех не обозлиться.

Я помню, как в Успенский пост,
Принёс мне крёстный —
Мячик в сетке, а через час огромный гвоздь,
В него воткнул пацан соседский.

С дороги пыльной, мяч схватив,
В прокол я дула, что есть силы,
Пыталась жизнь ему спасти,
Но ничего не получилось.

Мне показалось в тот момент,
Что с ним я вместе умираю,
Его обняв и онемев,
Весь день я пряталась в сарае.

Сидела, пальчики сцепив,
Мне так подарок было жалко;
Пищали наверху птенцы,
Кружилась ласточка над балкой.

Вела я речь сама с собой,
Желая гадостей мальчишке;
Вернулась затемно домой —
С лицом чумазым и поникшим.

Отец поднялся не спеша,
Отставил стул непроизвольно,
Меня, взяв на руки,
Прижал к себе так близко аж до боли.

«Не плачь, не бойся, не проси!
— Он произнёс, вздохнув при этом.
И, даже зла сполна вкусив,
Останься, дочка, ЧЕЛОВЕКОМ.
«И если это октябрь сорок второго года, середина месяца, то в подвале, вернее всего, лежит хлебная карточка. Мы там, во дворе, играли в футбол, и я эту карточку потерял.
— Какой ужас! — сказала Нина. — Я бы этого не пережила. Надо сейчас же ее отыскать. Сделайте это.
Она тоже вошла во вкус игры, и где-то реальность ушла, и уже ни она, ни я не понимали, в каком году мы находимся, — мы были вне времени, ближе к ее сорок второму году.
— Я не могу найти карточку, — сказал я. — Прошло много лет. Но если сможешь, зайди туда, подвал должен быть открыт. В крайнем случае скажешь, что карточку обронила ты.
И в этот момент нас разъединили.» "Дорогой Вадим Николаевич!
Я, конечно, знаю, что вы не придете. Да и как можно верить детским мечтам, которые и себе самой уже кажутся только мечтами. Но ведь хлебная карточка была в том самом подвале, о котором вы успели мне сказать»
Но вот наступает в жизни каждого из нас такой момент (а правильнее сказать, такие моменты повторяются многократно или порой просто безостановочно сменяют друг друга), когда становится очевидно: как Господь восходил в Иерусалим, идя навстречу Своим страданиям, так и нам надо пойти за Ним и вместе с Ним пострадать, доказать свою верность Ему. Пострадать в борьбе со своими страстями, привязанностями, любовью к земному благополучию. Пострадать от восстающих на нас людей. Мы вдруг видим, что, хотя по младенчеству нашему Господь и покоит и утешает нас, путь к покою истинному лежит через многие скорби, величие Царства достигается через смирение и уничижение себя, слава — через то, чтобы считать себя последним. Видим: для того чтобы вкусить вечное блаженство, необходимо прежде испить горчайшую чашу бедствий земного жития.