Цитаты в теме «небо», стр. 115
Ты пастух звезд. Твои слова — продолжение неба, клей для гаснущих светил, острые иглы, способные пригвоздить свет к упругой поверхности пространства. Движение руки, удар плети, выверенный взгляд и как красиво, как ровно и идеально фигуры встают на свои места. Солнце — светит. Не дышит, не обжигает, не смеется в приступе безумия, не гаснет, мучительно расплескивая огонь, нет.. Светит. Это его функция. Остальное — излишне. Все правильно, пастух Так и должно быть. Но мне почему-то становится больно дышать в те ночи, когда над моей головой отголосками чего-то дальнего, давнего, забытого, но очень важного, перестают падать звезды
Я лежу в постели, смотрю в потолок и чувствую, как упругими побегами прорастают из меня другие люди. Те, которых я люблю. И ненадежная ткань души, хрупкая ткань тела распадаются под их молодыми жадными корнями, крошатся крупинками слов, осыпаются мягким песком, пахнущим морем. А из песка этого стремятся вверх побеги дикого винограда, лоснятся плодами, закрывают влажными листьями последний клочок неба. И сладко пахнет воздух, и шелестит на ветру сытая жизнь, впитывая росу. А я Я лежу в постели и смотрю в потолок, и пока еще чувствую.
Я хочу увидеть море. Я хочу дышать до головокружения этим воздухом, густым от мерно вздрагивающей водной глади, от криков птиц, пронзительных, как последнее откровение Бога. Я хочу лежать на мокром прибрежном песке, без одежды, без прошлого, без будущего и курить в сырое небо, улыбаясь невероятной свободе каждого движения ветра, удивительной рыбой струящегося по коже. Я хочу собирать разноцветные камни и стирать с лица брызги воды, не открывая глаз, не будя души, почти не существуя, почти став частью окружающего, движущегося, меняющегося, влажного, солёного, такого чуждого и такого понятного. Я хочу потеряться в ласке волн, я хочу забыть себя самого и просто — плыть. Туда, где жизнь окрашивается мягким светом заходящего солнца. Я хочу сидеть на самой кромке воды, на этой дрожащей грани между фантазией и реальностью, нежностью и жестокостью, человеком и.. морем.
Жизнь — такая смешная штука. Хотя бы тем, что ты — родился. Родился, отряхнулся, принюхался, посмотрел в глаза. Доверчиво, пока ещё — доверчиво. И сорвался с места, в бег, в крик, по следу эфемерных истин о счастье человеческом. Натоптал, наследил, столько раз падал, столько раз вставал, искал, жадно, честно, срывая цветы, вдыхая дожди с оттенком бергамота и никотина Почти взлетел. Уперся лопатками в небо, разбросал лучи света по глазам, пророс в чужих душах словом, а потом солнце, смешанное с ветром, яростно — в солнечное сплетение, до боли, до слёз, до восторга. И ты запел
А ты теперь тяжелый и унылый,
Отрекшийся от славы и мечты,
Но для меня непоправимо милый,
И чем темней, тем трогательней ты.
Ты пьешь вино, твои нечисты ночи,
Что наяву, не знаешь, что во сне,
Но зелены мучительные очи,-
Покоя, видно, не нашел в вине.
И сердце только скорой смерти просит,
Кляня медлительность судьбы.
Всё чаще ветер западный приносит
Твои упреки и твои мольбы.
Но разве я к тебе вернуться смею?
Под бледным небом родины моей
Я только петь и вспоминать умею,
А ты меня и вспоминать не смей.
Так дни идут, печали умножая.
Как за тебя мне Господа молить?
Ты угадал: моя любовь такая,
Что даже ты не смог ее убить.
Я научилась просто, мудро жить,
Смотреть на небо и молиться Богу,
И долго перед вечером бродить,
Чтоб утомить ненужную тревогу.
Когда шуршат в овраге лопухи
И никнет гроздь рябины желто-красной,
Слагаю я веселые стихи
О жизни тленной, тленной и прекрасной.
Я возвращаюсь. Лижет мне ладонь
Пушистый кот, мурлыкает умиленей,
И яркий загорается огонь
На башенке озерной лесопильни.
Лишь изредка прорезывает тишь
Крик аиста, слетевшего на крышу.
И если в дверь мою ты постучишь,
Мне кажется, я даже не услышу.
Я лечу над родными краями,
Только мамы там нет теперь,
Вот я дома Кричу: — Родная,
Но никто не откроет дверь
Ветер нежно ковыль колышет,
И жужжит над подсолнухом шмель,
Я приехала, мама, слышишь,
А в ответ, только птичья трель
И домой возвращается стадо,
Подымая дорожную пыль,
Помню, мама была так рада,
В ее доме, чтоб кто-то был
Теплый вечер и спит посёлок,
В тёмном небе горит звезда,
Словно образ ее веселый,
Со мной рядом и сквозь года
Без тебя мама, я продрогла,
Где твой мудрый, любимый взгляд,
Опустевшего дома окна,
Сиротливо, с тоской глядят.
Ты не бойся, когда я взрываюсь, как молния в небе,
Лучше ты обними меня крепче, к груди прижимая,
Знай, что в жизни моей, мне никто никогда ближе не был,
Только рядом с тобою душа бесконечно живая
Ты не бойся истерик моих, сумасшедших порою,
Лучше мне позвони и скажи, что скучаешь и любишь,
Знай, что я, словно ангел-хранитель, крыльями укрою,
Твою душу Когда жизнь, как шторм, беспощадный и лютый
Ты не бойся моих женских слез, что рвут сердце на части,
Лучше сядь со мной рядом, в глаза загляни они скажут,
Окружай свою женщину нежно заботой почаще,
И не будет характером скверным тебя будоражить.
Обожглась о твою безразличность,
Не нужна тебе стала вовсе,
Остается мне лишь иронично,
О любви своей грустную повесть
Сочинять, улыбаясь сквозь слезы,
Находить оправдание веское,
Почему я любила серьезно,
Ну, а ты принимал любовь с блеском,
Только вот не любил ни капли,
Тебе просто так было удобно,
Да разбейте мне лоб, грабли! —
Прокричу я во сне, злобно
А на утро проснусь чудно!
Проведу я рукой по небу,
Разлюбить тебя будет трудно,
Жаль счастливым тогда ты не был
Верю, счастлив лишь тот, кто любит,
Я любила тебя очень
Кто любить тебя также будет?
Поцелуем будить ночью
Не звони больше будь милосердным,
Мою душу — не береди мне,
Нарисую на небе сердце,
Напишу я... прощай, любимый.
Я любить тебя готова всей душою,
Я готова быть с тобою рядом вечно,
И в свой мир тебе я двери приоткрою,
Видишь путь на небе, звездный, яркий, млечный
Ты лети к нему, дорогу он укажет,
К одиночеству, что больно ранит, гложет,
Мы друг другу обо всем с тобой расскажем,
Лишь о прошлых бедах умолчим, быть может
Я любить тебя готова всей душою,
Лишь бы только знать, что это тебе надо,
Я такая, знаешь, сильная порою,
Расшибусь, но уничтожу все преграды
Восхити меня характером железным,
Добротою покори мое ты сердце,
Чтобы не был больше мир мой в красках серых,
Чтобы прошлое забыла и воскресла
Только разочароваться не хочу я,
Я итак избитая своей судьбою,
Прилетишь ко мне, я верю в это чудо,
Я любить тебя готова всей душою.
Родное сокровище ценное, мамино,
Принцесса любимая, спит на подушке,
И спят ее светлые и кучерявые,
Блестящих волос озорных завитушки
Реснички дрожат, словно крыльями, бабочки,
И кнопочка-носик сопит еле слышно,
Какие же сны снятся доченьке-лапочке,
Наверное в платье красивом и пышном,
Она, как принцесса, шагает по улице,
И держит в руке разноцветные шарики,
Ей солнышко светит и небо не хмурится,
И туфельки ей подарили хрустальные
Желаю тебе моя милая доченька,
Не только во сне быть красивой и сказочной,
Пусть мамино сбудется точно пророчество,
Будь самой счастливою доченька-лапочка.
Когда я на почте служил ямщиком,
Ко мне постучался косматый геолог.
И глядя на карту на белой стене,
Он усмехнулся мне.
Он рассказал, как плачет тайга,
Без мужика она одинока.
Нету на почте у них ямщика,
Значит нам туда дорога.
Облака в небо спрятались,
Звёзды пьяные смотрят вниз.
И в дебри сказочной тайги,
Падают они.
Чёрные сказки белой зимы,
На ночь поют нам большие деревья.
Чёрные сказки про розовый снег,
Розовый снег даже во сне.
А ночью по лесу идет Сатана,
И собирает свежие души,
Новую кровь получила зима,
И тебя она получит.
Творчество! Вознесение к высям! Преодоление себя. Прыжок выше головы. Ракетой взмыть в небеса, схватить раскачивающиеся веревочные лестницы, взойти на стены, весь мир как трофей, как скальп у пояса, всполошить ангелов в их эфирных норах, погрузиться в звездные глуби, ухватить кометы за хвост. В таком экстазе писал об этом Ницше, и вот — вперед, в зеркало и смерть среди корней и цветов. «Ступени и мнимые ступени» 54 , — написал он, и внезапно разверзлась бездна, и мозг подобно алмазу рассыпался в крошки под дробящим молотом истины.
Чьи-то чужие руки тебя погладят
Чьи-то чужие губы тебя пригубят
Только опять твержу себе: может, ладно?
Только же всё равно оно так и будет
Осень лисою вызнала все секреты —
Ей так, видать, по статусу было нужно
Ну, а пока швыряет нам бабье лето,
Напрочь забыв про дождь, голосящий в лужах
Я сосчитаю дни: «без тебя» — их больше
Я сосчитаю ночи: с тобой их Ладно!
Если какая разница, где там больно,
Значит, считать их, в общем-то, и не надо
Чьи-то чужие руки меня коснутся
Чьи-то чужие взгляды меня «разденут»
Солнце на небе — рыжим осенним блюдцем
Я за тобою — рыжей осенней тенью.
Волшебницы тоже влюбляются
И плачут ночами в подушку
И, в общем-то, даже пытаются
Вдруг стать для Него самой лучшей
И варят украдкою снадобья
Из нежных стихов, между прочим
Вопросом не мучаясь «надо ли?»,
Рассыпав свои многоточия
Волшебницы вроде бы, слышала,
Бывают кошмарно ревнивы
Но сны их, Любовью что вышиты,
Как радуги в небе — красивы
И звёздочкой дальнею, странною
Они просто светят в окошко
Чтоб ночью дождливо-туманною
О них бы мечтали немножко
Врываются солнышком ласковым
И нежно лучами щекочут,
Чтоб утренней радовать Сказкою
(Ну вы понимаете, в общем)
Волшебницы тоже влюбляются
И плачут, глупышки, в подушку
А в небе слова загораются:
«Любимая Нет тебя лучше»
Чтоб слёзы она не роняла в подушку,
Шепчите «Люблю» ей почаще на ушко.
Когда в глаза с ухмылкой глянет ночь,
Рассыпав сотни звёзд на скатерть неба,
Покажется, что было так точь-в-точь
В каком-то прошлозимии безнежном
На старых пяльцах — белая канва
И вышитые ёлки и синицы
А завтра мне опять не хватит Вас
На мятых простынях как на страницах,
Где с Вами не встречали мы рассвет
И чай не пили, чашки перепутав
Где были не со мной тогда Вы, нет
А утро наступало как все утра
В январских полу праздничных тонах
И свечи, оплывая, затихали
А, может, мы встречались где-то в снах?
Я столько рассказала Вам стихами,
Подписывая их «всегда о Нём»,
Смакуя одиночество глотками
Пытаясь отыскать как днём с огнём,
Водой стекая под лежачий камень.
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Небо» — 3 173 шт.
