Цитаты в теме «ночь», стр. 155
Птица — Ты мне был выткан по судьбе
И я тебя мой лучезарный!
И мне с тобой все нипочем!
Ты мной разгаданная тайна,
Как вывернуть в крыло плечо
Твои огромные глазища
Мне прямо в душу — клин свечи,
Ты мой цветок на пепелище
И птичка райская в ночи
Твои ладошки жарче солнца,
Твое «люблю» по сотам мед,
Мне ничего не остается,
Как вскрыть от счастья верный код
Боюсь растаять, раствориться,
Ослепнуть от любви к тебе,
У каждого своя ЖарПтица —
Ты мне был выткан по судьбе
Не объясню — не понимая,
Шестой по счету Почему,
Детей всех равно обнимая,
На внуках выпала — ему?!
Боюсь и таю Моя радость!
Твой смех, твой взгляд и полон мир
Я без остатка растворяюсь
В тебе мой ласковый кумир!
Что мне с тобой любые пепелища?
Мой колокол и герб моих удач!
И я не знаю, что ищу, когда холодными слезами
Необъяснимую тоску роняет небо на меня.
Я смысл пытаюсь разгадать. Но он куда-то ускользает,
Размытый пасмурным дождем. И не понять. И не понять
Вокруг прохожие спешат под разноцветными зонтами.
Как будто прочь, как будто сквозь дождя густую пелену.
И что останется тебе, когда во мне совсем не станет
Любви, в которой нам уже не утонуть не утонуть
Не оставляя ничего, чем согревались и дышали,
В холодном сумраке ночей над нами властвует печаль.
И мы не ведаем: зачем? А тот, кто свыше все решает,
Оставил право на вопрос не отвечать не отвечать
И я не знаю, что ищу.
А потом вдруг судьба зарядит тебе под дых
И присядет на корточки - слушать, как ты притих,
Как ты сжался, обмяк, подобрал под себя понты,
Безотчетно бояться стал ночи и темноты
Потому что напомнит ночь о начале начал,
Что была у тебя там ось, был надежный причал.
Крыша, стены, окно, закрывавшие дождь и снег
Две руки, поднимавшие голову твою вверх
Потому что увидишь, что выиграл ты мираж,
Что сменил на обои в окошке живой пейзаж
И не пахнет теплом вожделенный чужой ночлег,
Жизнь твою превративший в дурацкий крысиный бег
Потому что твое «вперед» - превратилось в «назад».
Там, где ось, где причал. Только вряд ли тебя там простят.
Я решила стать красивой
Прямо с завтрашнего дня!
Уж на то ума и силы
Точно хватит у меня.
Выйду в платье красном, броском,
Каблуки ему под стать,
Будут стразы от Сваровски
В декольте моем блистать.
На салон все деньги грохну,
Изведу помады пуд.
Пусть вокруг все бабы сдохнут,
И от зависти умрут.
Как царица Клеопатра
Всех мужчин в себя влюблю.
Только это будет завтра,
А сейчас уж поздно — сплю.
Правда, завтра я, как белка:
Накопилась дел гора.
Провернуть две сложных сделки
Надо с самого утра.
Днем опять не до салона:
Я с отчетом не в ладу.
На работу, как Горгона
Без прически я приду.
Вечер только остается
Ох, ищи меня — свищи!
Но тогда ж мне в ночь придется
Для семьи варить борщи?
Не стоять же в платье броском
У плиты и суп варить?
Что ж, придется со Сваровски
Мне опять повременить.
Что-то думать я устала.
Хоть бы выспаться тогда
Послезавтра точно стану
Клеопатрой! Навсегда!
Вот уж правду говорят: «Хрен редьки не слаще!»
Не было мужика — и этот совсем
Пропащий. А она его тащит.
А она ему — то борщи, то блины, то котлетки.
То носки потеплее, то шерстяные жилетки.
То бинты, то таблетки
Что с него? — У него и пролежни кровоточат,
И истерики об одном: мол, жить нет мочи.
Так с утра и до ночи.
Что с него? — Под глазами черно да
Взгляд потухший. А она ему:
«Верь в себя, а врачей не слушай.
На, покушай» И склонясь над кроватью,
Всё нежит его да гладит.
Всё воркует о жизни, в глаза
Ему тихо глядя: «Бога ради!»
На минуту они замирают.
И молчат. И почти не дышат.
Вдруг, случайно гуляя по серой
Больничной крыше, Бог их слышит?
Не сошлось на бёдрах платье,
Юбку трудно надевать,
Я себе сказала: «Хватит,
Прекращаю срочно жрать».
Сразу села на диету
И сижу на ней весь день,
Утром нюхала котлету,
Днём смотрела на пельмень.
Ночь. Верчусь, как в преисподней,
Спать давно уже пора пора,
Ни за что такой голодной
Не дожить мне до утра.
Не могла же дать погибнуть
Я себе во цвете лет!
Съела торт, пирог с малиной,
Оливье и винегрет,
Съела рыбу заливную,
Вместе с супом и борщом,
Из свинины отбивную,
И потом одну ещё,
Съела брынзу, сыр Российский,
Сервелата два кило,
Съела даже Муркин Вискас
Тут и утро подошло!
Женщина-мечта
Я - красавица с пятым размером груди,
Длинноногая, стильная, умная крошка,
Для меня существуешь ты только один —
Я в тебя влюблена, как последняя кошка
Я с утра подаю тебе кофе в постель
По квартире кружа в ослепительном вальсе,
И, когда ты вползаешь в полпятого в дверь,
Ни за что не спрошу, где ты ночью шатался.
Не носи мне зарплату свою сгоряча,
И ни чем помогать мне, любимый, не надо:
Холодильник в ремонт отнесу на плечах,
И машину помою за это в награду,
Ничего не прошу, даже самый пустяк,
И не порчу своими советами завтрак,
А когда получается что-то не так,
Затыкаюсь послушно и топаю на фик.
Я танцую стриптиз, разгоняя тоску,
Тку, стираю, умею завязывать галстук,
Регулярно коней торможу на скаку
И в горящие избы хожу, как на праздник.
Из любого дерьма изготовлю грильяж,
Пыль сдуваю с тебя, проявляя заботу —
Вот такой замечательный я персонаж,
А зовут меня просто — МЕЧТА ИДИОТА.
Тонут деревья в сиреневом мареве,
В воздухе запах дождя и грибов;
Мы завершаем логически правильно
Старый сюжет под названьем ЛЮБОВЬ.
.
Куст хризантемы с цветами увядшими
Низко склонился до самой земли.
Нашу любовь мы сегодня на кладбище
Полуживую вдвоём отнесли.
.
Долго лупили словами-упрёками,
Били наотмашь, а чаще под дых,
И, состязаясь с тобою в жестокости,
Вместе топили в обидах своих.
.
Горькие фразы пропитаны порохом,
Злых обвинений металась картечь,
Мы вспоминали ошибки и промахи,
Чтобы больнее друг друга обжечь.
.
Стол на веранде засыпанный листьями,
Пара стаканов с вином среди них,
Ветер над нами кружился неистово,
Где-то кричал на болотах кулик.
.
Похоронили любовь мы под тучами,
И забросали пожухлой травой,
И, чтоб она нас ночами не мучила,
Выпьем не чокаясь за упокой!
Он был старше ее на четырнадцать лет,
А она младше была на четырнадцать зим.
Почему ей достался тот лишний билет,
И зачем она взглядом вдруг встретилась с ним.
Почему он вернулся за папкой для нот,
Хоть всю жизнь без конца, уходя, уходил.
Это знает, скорее всего, только тот,
Кто рукою его водил.
Ты для меня — солнечный свет,
Я для тебя — самый, самый.
Мы проживем тысячу лет
И на земле, и под небесами.
Мы проживем тысячу лет
И на земле и под небесами.
Он был старше ее на пять тысяч ночей,
Она младше была на пять тысяч утрат.
Но не сможет понять никакой казначей,
Почему они вместе проснулись с утра.
Почему он вернулся за папкой для нот
И остался, понять ничего не успев.
Но случайности нет —
Это выдумал тот,
Кто ему подсказал припев.
Любовь не измеряется ничем:
Ни временем, ни клятвами любыми:
Когда друг другом мы любимы были,
Свершалось волшебство, а между тем,
Не вдумываясь в правила игры,
Мы сами стали страсти палачами:
Любовь не измеряется ночами,
Ночами всё прощают: до поры.
И говорило всё в твоём
Печальном облике,
Что нам не суждено вдвоём
Летать на облаке.
Слезу подкрашивала тушь,
Чуть различимо:
Но аритмия наших душ
Неизлечима!
Когда любовь устанет от забот,
Умрут и понимание и верность:
Мы лишь потом поймём несоразмерность
Любви и отвоёванных свобод.
И книги всех земных библиотек
Не объяснят случившегося с нами:
Любовь не измеряется словами,
Слова бедны, и короток их век.
Когда часы двенадцать раз сыграют,
Я зажигаю свечи в келье тесной.
И вместе со свечами выгораю,
Расплавившись в гармонии небесной.
И музыка, как будто наваждение,
Стекает мне в подставленные руки
Так происходит таинство рожденья,
И ангелы слетаются на звуки.
Ночь за окном, но ты со мною рядом,
И музыка теплом твоим хранима,
И я солгать не смею даже взглядом,
Поскольку так легко душа ранима.
Ведь у Любви, как у свечи горящей,
Такая же податливая мякоть.
И мы грустим о жизни уходящей,
Что, право, в пору ангелам заплакать.
Часы пробьют и подведут итоги,
Но музыка проиграна, как битва.
И вот уже ложится нам под ноги
Последняя осенняя молитва.
Такая грусть лишь в это время года:
Господь не зря мгновенья выбирает
И умирает осенью природа,
Но как она красиво умирает!
Вот ты выдумал, что живёшь
От боженьки вдалеке —
Всё с неба Его зовёшь,
Со свечечкою в руке.
Внимательней посмотри:
Ты ж Сам светлячком горишь!
С Собою поговори —
И с Богом поговоришь! И с Богом
А впрочем, есть два пути,
Два неба — Любовь и Страх
Ты Сам себе посвети,
И страх превратится в прах.
Совет тебе подарю —
Чтоб ладить с самим Собой,
Всегда себе говорю:
Не дёргайся, Бог — с тобой!
Ни в чём Себя не вини,
И прочих не осуждай.
Вселенную измени,
И всем, кто попросит — дай!
Оставь Себе Шесть Камней,
Гуляй себе по воде,
А ночью, валяй ко мне —
Посветимся в темноте.
Посветим
Ты Сам решил, что живёшь
От боженьки вдалеке,
И с неба его зовёшь,
Со свечечкою в руке.
Внимательней посмотри:
Ты ж Сам огоньком горишь!
С Собою поговори —
И с Богом поговоришь! С Богом!
Юзек просыпается среди ночи, хватает её за руку, тяжело дышит:
«Мне привиделось страшное, я так за тебя испугался »
Магда спит, как младенец, улыбается во сне, не слышит.
Он целует её в плечо, идёт на кухню, щёлкает зажигалкой.
Потом возвращается, смотрит, а постель совершенно пустая,
— Что за чёрт? — думает Юзек. — Куда она могла деться?
«Магда умерла, Магды давно уже нет», — вдруг вспоминает,
И так и стоит в дверях, поражённый, с бьющимся сердцем
Магде жарко, и что-то давит на грудь, она садится в постели.
— Юзек, я открою окно, ладно? — шепчет ему на ушко,
Гладит по голове, касается пальцами нежно, еле-еле,
Идёт на кухню, пьёт воду, возвращается с кружкой.
— Хочешь пить? — а никого уже нет, никто уже не отвечает.
«Он же умер давно!» — Магда на пол садится и воет белугой.
Пятый год их оградки шиповник и плющ увивает.
А они до сих пор всё снятся и снятся друг другу.
Ты же знаешь, как боль подбирает слова,
Как древнейшие сны выплывают из детства,
Как в ладонях зимы прозревает трава,
Как врастают глаза прямо в самое сердце,
Как в сплетении солнечном маленький взрыв —
И качается ночь, и сдвигается время.
И дышать на измор, и любить на разрыв,
И за кем-то идти сквозь смертельную темень.
Как бессмысленна плоть, где касания нет,
И врастают слова в пересохшее нёбо,
Как сочится сквозь кожу болезненный свет,
Как просто сорваться из нежности в злобу,
Как былые надежды затёрты до дыр,
Как без ветра крыло превращается в бремя.
Как на лёгкий толчок сотрясается мир —
И вбивается ось прямо в самое темя!
Сколько тебя уже вычерпали из меня,
Сколько уже повынесли, посмотри.
Но не проходит дня, не проходит дня,
Чтобы не оказалось, что весь внутри.
В городе N ни снега к ночи, ни сна к утру,
Мне сначала тебя нарисуют, потом сотрут.
Все, кто меня любил, кто меня жалел,
Тоже однажды лишатся и снов, и тел.
Время течёт сквозь нас голубой водой,
Медленной нерпой память ломает лёд,
Переведи меня с этого берега на другой,
Если мою лодку случайно сюда прибьёт.
Снегом внутри заметает любой пробел.
Видишь, как я удачно скроена по тебе.
В городе N даже снег на снег не похож.
Как свою смерть встретишь, так проведёшь.
Мадера и кофе — меню одиноких мужчин.
Не нравится профиль? На это есть много причин.
А, может быть, мало. А, может быть, только одна.
У Вас не бывало? Должна быть серьёзной она.
По этой причине (она как хмельное вино)
Не спится мужчине, не радует то, что должно.
Ему безразлично, что думают и говорят.
Секретно и лично. Похоже, не верите? Зря.
Меню не поможет, не всё отразится в словах.
Важнее, быть может, что бродит у нас в головах,
Чей путь не замечен, но это нас будит в ночи.
Надежда на встречу. И больше не нужно причин.
Я не служанка твоего культа —
Ведь ночь короткая, а день длинный
Зачем ты вылепил меня, Cкульптор?
Зачем напрасно перевёл глину?
Полушутливо погрозил пальчик,
Душа больная унеслась в просинь
Зачем ты вылепил меня, Mальчик?
Ведь это больно — «поиграл-бросил»
Не знал покоя ты, не знал лени —
Не дарят славу на простом блюде
Зачем ты вылепил меня, Гений?
Я не хотела уходить к людям
Назвать «мечтою» — это так просто,
Но от отчаянья куда деться?
Зачем ты вылепил меня, Взрослый?
Давно не ходят поезда в детство
Ложилась карта, да не той масти,
Стоять в музее — словно гнить в склепе
Зачем ты вылепил меня, Мастер?
Уже другую для себя лепишь
Весь мир узнает о твоём даре —
Творить мечты своими руками
Зачем ты вылепил меня, Cтарец?
Я без любви твоей — простой камень.
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Ночь» — 3 695 шт.
