Цитаты в теме «ночь», стр. 158
О, как прекрасна женщина за сорок,
Когда Любовью мир её объят.
И я не верю лживым разговорам,
Что сорок — это Женщины закат.
Нет, сорок — это роз цветение алых
И чувств прекрасных яростный расцвет.
Та женщина достаточно теряла
И находила, в этом весь секрет.
Да, сорок — это светлых чувств цветение
И вера в чудо, что душа хранит.
А за спиной маячит опыт тенью
Он ей свои советы говорит.
Лишь Женщина за сорок всё умеет
Любить, прощать и ждать, ветрам назло.
Она — от боли сердца панацея
И помощь, если станет тяжело.
Она умеет снять рукой обиды
И поцелуем раны исцелит.
Та женщина прекраснейшего вида,
Что в сорок только начинает жить.
Она нежна, как тёплый ветерочек,
Что все твои невзгоды унесёт.
Она царица каждый день, а впрочем,
И ночью, коль придёт любви черёд.
Она прекрасна, чтоб не говорили
Завистники, что в спину ей глядят.
Желаю ей, чтоб ей хватило силы
Такой остаться даже в шестьдесят.
Оставим в прошлом все обиды,
Тревоги зачеркнув рукой,
Я тайны никогда не выдам,
Я буду лишь Любимый твой.
Оставим в прошлом слёзы ночи,
Забудем мы разлуки час,
Пусть память будет им короче,
Пока в душе костёр не гас.
Оставим в прошлом все сомненья,
Забудем боль погасших свеч,
А вспомним только день весенний,
Что мы в душе смогли сберечь.
Оставим в прошлом всё, что было,
Забудем одинокий путь,
Пока в нас бьётся чувства сила,
Пока Любви не обмануть.
Оставим в прошлом все тревоги,
Забудем тишину ночей,
Мы Любим, мы почти что Боги,
Но ты поверить в то сумей.
Оставим в прошлом все кошмары,
Забудем прошлого туман,
Мы Любим, мы живём не даром,
А этот мир нам Богом дан.
Оставим в прошлом слов осадок,
Забудем мыслей перебор,
И мы поймём, что мир так сладок,
Пока мы Любим до сих пор.
Меня научила Любовь всё терпеть,
Терпеть даже там, где нет мочи,
И острую боль в себе прятать уметь,
Не стонать и не выть среди ночи.
Меня научила Любовь понимать
Там, где логика даже бессильна,
И в самые мелочи тонко вникать,
Видеть то, что другим не по-силам.
Меня научила Любовь принимать
Строгой нашей Судьбы неизбежность,
Без оглядки тебе с лихвой отдавать
Всю свою запредельную нежность.Меня научила
Любовь так мечтать,
За спиной прорастали чтоб крылья,
Чтобы вместе с тобой могли улетать
В небеса, где нет места унынию.
Меня научила Любовь верно ждать,
Сохраняя тепло и доверие,
Каждый раз в дорогу тебя провожать,
Оставляя открытыми двери
За тебя, Любовь, буду небо молить
За всё то, чему ты научила,
Ещё только хочу тебя попросить
Чтобы это ты всем подарила!
На мягких шкурах у камина вином невинно забавлялись, трещал огонь, и саламандры за чем-то призрачным гонялись, а вечер плыл, и стало мало касаний лёгких и летящих, и думалось уже неясно, и нравилось сильней и чаще.
Ты целовал, я отвечала. Томительно рыдали свечи, и руки чуткие искали на теле путь, конечно, млечный. И мне хотелось прикасаться, змеей в объятьях извиваясь, а ночь, сойдя на землю в полночь, просыпала на мир стеклярус, и стали звёзды путеводней, и руки чуточку искусней, и я покусывала губы, ведомая тобой и чувством.
А после ты стонал, сжимая в кулак остатки сил и воли, а я вела всё ниже вектор, и мир висел на нити, что ли, и нас качало, нас штормило, и я уже рвалась с катушек, а ты держался из последних, когда мой пульс в запястьях слушал.
Я люблю одиночество лунных ночей,
И неспешный поток в них струящихся мыслей.
Запах воска оплавленных, тонких свечей,
И мелодию в танце кружащихся листьев.
Не тревожно, неспешно, своим чередом,
В запоздалых шагах одиноких прохожих,
Проявляется жизнь за раскрытым окном,
Монотонностью звуков меня не тревожа.
Одиночество каплей хрустальной дрожит,
Проливаясь меж строк наготой первозданной.
Горлом крик многоточий стена заглушит,
И прорвется в стихах амплитудой хрустальной.
Одиночество сжалось до боли в висках,
Воздух в крепкие кольца сжимает запястья,
Боль проходит, оставив следы на руках,
И медово горчит послевкусием счастья.
Когда вдруг мужчина уходит от вас,
Глупо реветь и вернуть всё пытаться.
Не стоит предатель и слёз даже — факт,
Ему всё равно. Так зачем убиваться?
Простите. Забудьте. Пусть с Богом идёт.
Не надо жалеть. Раз случилось, так надо.
Ни вы здесь, ни он — совсем не при чём,
Не тот человек, ни ваш он. Досадно.
Пусть больно, обидно, но раз он ушёл,
Не очень важны и нужны ему были.
И даже опомнится ещё если он —
Вам нужен такой, что покинуть посмеет?
И в страхе потом проводить дни и ночи,
Боясь, что однажды случится опять
Разбитая чашка не станет уж целой —
К былым возвращаться — ошибка вдвойне.
Так пусть же идёт. Он — урок, и не больше.
Он — опыт, пусть горький. Такая вот жизнь.
Захочет вернуть, так везде он найдёт вас,
А нет, так не надо. Любви, значит, нет.
Расскажи мне, как живётся вдалеке?
Где и как проводишь свои дни и ночи.
Что ты видишь в самом сладком сне,
Чьи целуешь страстно губы, очи.
Расскажи мне, как придя домой,
Наливаешь в чашку крепкий кофе.
Как привычен стал мирской покой,
Но в душе он равен катастрофе.
Расскажи мне про обрывки фраз,
Что не стёрлись и тревожат душу.
Что живёт в тебе последний раз,
Поселивший холод в сердце, стужу.
Расскажи мне, как устал от суеты,
Как ушёл в дела и весь в работу.
Расскажи мне, как жалеешь ты,
Выбрав не семью тогда, свободу.
Хранитель крутит пальцем у виска, «по собственному» будучи уволен: он прогулял. Он был немного болен — расслабился, дал подопечной волю А в ней благоразумие искать не то чтобы совсем напрасный труд, но все же кропотливая работа. Недоглядишь — опять она в кого-то Нет — кем-то(шёл бы мимо этот кто-то!), увлечена. Подруги нагло врут, что ни румянца, ни горящих глаз. Коллеги врут обратное: «Влюбилась». Как за такой следить, скажи на милость?
Тут глянешь, что ей этой ночью снилось — и просишься на исповедь тотчас.
Махнул рукой и получил расчет, собрал пожитки в старенький пакетик. Сказал, что все влюбленные — как дети, а за детей родители в ответе (пороли мало). Вечно их влечет туда, где грабли под ноги летят и самых смелых топят, как котят.
За разговорами, за чаем,
За тем, что в комнате тепло,
Мы постепенно замечаем,
Что дело к ночи подошло.
А Бог глядит с иконы прямо.
Хотите — верьте иль не верьте.
Побудь со мной подольше, мама.
Кто знает, что там — после смерти?
Закон спирали или круга?
И тот ли взгляд, и то ли имя?
И встретим ли мы там друг друга?
И если встретим, то — какими?
Не сгинем ли, не одичаем?
Не в разные пространства ухнем?
И можно ли там выпить чаю
И посидеть вот так на кухне?
Что Бог решит, судьбу итожа, —
Не разглядеть за той излукой.
Прости нам маловерие, Боже,
И не наказывай разлукой.
Мне сложно держать твой взгляд. И повода нет, но всё же
Тебя бы перечеркнуть и выпросить новый лист.
Ведь я тебя не спасу, а ты меня уничтожишь,
Они до сих пор стоят за взглядом, который чист,
За вздохом, который прост, и краток, и откровенен,
Ты слишком была должна, и время им всё отдать,
А я в пустоту уйду. ставь прочерк. мне тоже время
Сорваться с небес на дно, и только бы не летать.
Ты помнишь меня. прости. ты плачешь, а мне так больно,
Так страшно писать стихи, в которых незримо ты.
Сорваться равно попасть в безвылазный треугольник,
Они по углам стоят и твой прикрывают тыл.
Мне нечего говорить, но тексты внутри так душат,
Как ночью тебя кошмар, восставший из-за стола.
И сложно держать твой взгляд, который заходит в душу,
И режет тугую нить осколками от стекла.
За окошком завывает вьюга,
Замела метель знакомые тропинки,
И поддерживают ёлочки друг друга,
И дрожат от холода рябинки.
В ожидание праздничного чуда
Город утонул в гирляндах ярких.
В горки превратились снега груды,
Приготовлены сюрпризы и подарки.
Как некстати вьюга расшалилась.
Зря пустилась непогодь в разнос:
Время к полночи упрямо покатилось,
В дверь стучится Дедушка Мороз!
Ночь волшебная,раз в год-живая сказка,
Свечи, музыка, шампанское и смех!
Милый Дед Мороз, сними-ка маску,
Счастья хватит у тебя на всех?
Обещай, что стихнет непогода,
Что исполнятся заветные мечты.
Будем ждать очередного года,
Как предскажешь нам сегодня ты.
Под милым ликом — чёрная душа,
Под ангельской личиной скрыта мразь,
Расчетливо, цинично, не спеша,
Предаст и будет радоваться всласть.
Дождётся скоро дьяволицы мать,
Что и её продаст родная дочь,
Тот путь короткий и недолго ждать —
На смену дню придет немая ночь,
Где жёлтым глазом полная луна
Заставит облик женский поменять
На шкуру оборотня, тишина
Взорвётся диким воем, сатана
Поманит пальцем с ним пойти до дна.
Она пойдет, пусть даже к чёрту в пасть
Наживы ради не лишится сна.
Не женщина, не дочь, а просто мразь.
А еще а еще, ты знаешь, уже прошло
Уже не больно, не горько уже совсем отпустило.
Меня по накатанной, словно с горы, несло
Я любила да, все же, наверно, любила
А еще совершенно тебе не лгала
Я терпела, ждала, и конечно, ночами ревела
Я ревела, смеялась, ревела, смеялась звала
Истеричка, наверное видимо в этом всё дело.
А еще а еще я бы преданной очень была.
Я бы шла так и дальше по краю судьбы твоей смело
А еще я скорее всего умерла
Как бы сильно я жить и любить, (тебя ждать) не хотела
А еще я бы сына тебе родила.
Или двух или трех или дочку не в этом же дело
Но я сердце твое растопить все-таки не смогла
Ну так что же случилось теперь вот я перегорела.
То было на Валлен-Коски.
Шел дождик из дымных туч,
И желтые мокрые доски
Сбегали с печальных круч.
Мы с ночи холодной зевали,
И слезы просились из глаз;
В утеху нам куклу бросали
В то утро в четвертый раз.
Разбухшая кукла ныряла
Послушно в седой водопад,
И долго кружилась сначала
Всё будто рвалася назад.
Но даром лизала пена
Суставы прижатых рук,-
Спасенье ее неизменно
Для новых и новых мук.
Гляди, уж поток бурливый
Желтеет, покорен и вял;
Чухонец-то был справедливый,
За дело полтину взял.
И вот уж кукла на камне,
И дальше идет река
Комедия эта была мне
В то серое утро тяжка.
Бывает такое небо,
Такая игра лучей,
Что сердцу обида куклы
Обиды своей жалчей.
Как листья тогда мы чутки:
Нам камень седой, ожив,
Стал другом, а голос друга,
Как детская скрипка, фальшив.
И в сердце сознание глубоко,
Что с ним родился только страх,
Что в мире оно одиноко,
Как старая кукла в волнах.
Старый пёс мой совсем занемог,
Всё скулил, и скулил этой ночью,
Расставаться настала пора,
Только сердце щемит и не хочет!
Я не верю, что завтра проснусь,
От будильника, а не от носа
На душе беспросветная грусть,
На душе беспросветная осень!
Понимаю, иначе нельзя,
Век собачий не нами отмерен!
Только кто завтра встретит меня,
Фейерверком от счастья, у двери!
Пёс скулил мне: «Хозяин, прости!
Забери мою кость на удачу!
Пусть тебя, на твоём человечьем пути,
Любят все, так как я — по-собачьи!»
Что мне делать теперь? Как мне жить?
Слёзы сами текут — я не плачу!
Мне хотелось от горя скулить,
Точно так же, как ты — по-собачьи.
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Ночь» — 3 695 шт.
