Цитаты в теме «отец», стр. 66
В тот день даже воздух травмировал грудь кастетом,
И в крик обратился случайный гортанный звук,
Клубком размотавшись. Да что бы ты знал об этом!
Когда твоя жизнь разлетается по газетам,
Глазами берёшься искать самый крепкий сук.
Попутно решаешь: «Ни с кем никогда» Заочно
Считаешь мишени, тугой поправляя лук.
Все глупые страхи, рождённые зябкой ночью,
Гуртом эмигрируют прямо под позвоночник.
И вдруг начинаешь бояться своих же рук.
Забитая площадь; прошибла нутро снарядом
Волна троеперстий — надёжный безмолвный тыл.
Тогда на подмостках со мной оказался рядом
Не тот, кто назваться мог мужем, отцом и братом,
Но тот, кто отныне, вовеки и всюду «ты».
Все хорошее в моей голове возникает в деревне. У меня есть квартира в Берлине, но порой Берлин меня изнуряет. Так что я часто живу в своей деревне, севернее, между Шверином и Висмаром. Многие мои друзья, которые здесь с нами в туре, тоже живут там. Моего отца уже давно нет. Но моя мать живет там. Моя дочь Нелле со своим сыном, малышом Фритцем, часто там бывает. Все мы — большая семья. Я рыбачу. Охочусь. Смотрю, не отрываясь, на озеро. Ночами я сплю в лесу и прислушиваюсь. Я слушаю природу. То, что ты слышишь в лесу, – восхитительно. Это — звуки неописуемой красоты. Я ненавижу шум. Я ненавижу болтовню. Я выставляю себя напоказ, и это напоминает чистый мазохизм. После этого мне нужно себя защитить. Шум сводит с ума. Из-за него умирают.
Молитва не всегда пространный монолог,
Иль длинный перечень затейливых прошений.
Иль в храме губ беззвучное движенье,
Или умелое склоненье слова «Бог».
Она души безмолвная тоска
И к ближнему любовь без принуждения,
И жажда, хоть на миг, с Творцом соединения,
Протянутая ввысь просящая рука.
И просто зов во тьме потерянной души,
Без лишних слов, без мысли выражения,
Глубокое до слез благоговенье
В присутствии Творца в ночи, в тиши
И песни задушевный грустный звук,
Или из строф души стихотворение,
И сильное желанье заверение
Любви Отца принять из Божьих рук.
Желанье красоты и вечного добра
И видеть их во всем стремление и уменье,
Безропотное тихое смирение
С утра до вечера и с ночи до утра.
Часть естества, что в нас вдохнул Сам Бог,
Вся тянется к Нему и ищет с Ним общения,
И совершает дивные моления,
Каких придумать человек не мог.
Дура о том, что бывает иначе, ты разве не знаешь, скажи? Ты часто садишься и плачешь, в ладони лицо положив, скучаешь и требуешь сказки. То присказка — все впереди.
Он часто выходит с коляской. В коляске девчонка сидит. Больная, убогая девка, забытое богом дитя. И он ей: «Синицы на ветках! Синицы! Синицы сидят!»
(Бывает, что с мамкой гуляет, и та лишь заботливо плед на ножках ее поправляет, и будто болезни и нет, колени увечные скрыты под клетчатой гладью сукна, и взгляд ни пустым, ни убитым покажется мне из окна. А рядом малыш круглолицый — здоровым родился второй.)
Так вот, говорит он: «Синицы, синицы, крути головой!» А девочка, вроде бы, слышит и силится что-то понять
Отец наклоняется ниже (не видя в окошке меня), он нервно швыряет окурок и резко, срываясь на крик, в сердцах по лицу ее: «Дура! Ты дура! Синицы! Смотри!»
Перед тем, как поехать отдыхать с семьёй и дружной компанией в деревню, отец купил сыну пневматическое ружьё.
После обеда сын попросил отца прогуляться с ним по лесу, однако тот отказался:
— Сын, я тебе ружьё купил? Что ещё надо? Играй сам, я хочу отдохнуть с друзьями.
Сын, опустив голову, побрёл искать цели для стрельбы, а кто-то из друзей сказал:
— Мы, чтобы самим не заниматься с ребёнком, покупаем ему компьютер, ружьё, велосипед или другие игрушки. Считаем, что на этом наша родительская задача выполнена. Говорим, что они для ребёнка, а они, на самом деле, для нас. Ведь часто мы это делаем для того, чтобы ребёнок от нас отстал, занявшись своими игрушками.
Можно об этом сказать очень просто,
Не добавляя почти ничего,
Снится мне часто маленький остров,
Вы не ищите на карте его.
И никуда, никуда мне не деться от этого,
Ночь за окном, на дворе никого,
Только к утру станет зорькой рассветною
Остров Детства, детства моего.
Вот я купаюсь в извилистой речке,
Чувствую сильные руки отца,
И потому мне легко и беспечно,
И потому могу плыть без конца.
И никуда, никуда мне не деться от этого,
Ночь за окном, на дворе никого,
Только к утру станет зорькой рассветною
Остров Детства, детства моего.
С детством расстаться всегда очень грустно,
Белый кораблик уплыл, не вернешь.
Воспоминаний светлое чувство
Станет сильнее, чем дольше живешь.
И никуда, никуда мне не деться от этого,
Ночь за окном, на дворе никого,
Только к утру станет зорькой рассветною
Остров детства, детства моего.
Розан Покоя и Любви
От неба зацелованного прими,
И растворишься в пустоте,
И поклонишься красоте
Как Косм растворяется во вселенной,
Где тишина звучит небесной сферой,
Как света луч — всегда пятно,
А пустота есть вещество.
Ты стал частицей бытия,
Познал и осознал себя,
Узрил, что власть всплывает из низов,
В богатстве ей не жить и не ковать уже оков.
Пройдя религий рознь,
И ночи с днем борьбу,
Бессмысленную братоубийственную войну,
И проявил, кто сеет зло и строит кознь.
Каким бы цветом ты ни был,
Какому б богу не служил,
У всех же вера в одного,
Одна планета, один всем дом.
Стремится каждый к Красоте, Любви,
Желания матерей, отцов так схожи.
Меняется фон Земли,
Человечество меняет кожу.
Моей маме и всем родителям.
Никого нет ближе, чем родители,
Лишь они тебя поймут,
Даже если неба жители,
Крылом обнимут — силу придадут.
Кто тебе придет на помощь,
В час, когда стучит беда,
Только мать с отцом согреют,
Даже если холода.
Пусть отец бывает молчалив,
И угрюмый он заходит в дом,
Кто тебя поддержит в трудный миг
Сильным волевым плечом?
Мама тихо встанет у окошка
И попросит Бога за тебя:
«Ты пошли моей кровинушке немножко
Здоровья, счастья. Я ж не для себя»
Никого нет ближе, чем родители,
Ты их береги, не вечны мы,
Их укутай солнечными нитями —
Позвони им посреди зимы.
Луи: Пап, Джинни Харпер, переезжает!
Энди: Кто?
Луи: Джинни, уезжает в Детройт!
Энди: Что ж, это большой штат, там делают много машин. А, зачем туда переезжать?
Луи: У отца новая работа!
Энди: Ых!
<И, вдруг, у папы загорелись глаза. Наконец-то, сейчас, он даст мне совет, прямо как по телику.>
Энди: Луи, вот что надо сделать, мой мальчик. Послушай меня, узнай, отдал ли уже старик Харпер, кому нибудь своё место для парковки, моё-то далеко, если бы я смог занять его место, мне бы не пришлось по утрам далеко топать, я ведь всю войну прошагал, я не жалуюсь просто хочется поспать утром хотя бы десять минуток.
Когда положение в мире наводит на меня грусть, я думаю о зале перелета в аэропорту «Хитроу». Согласно общему мнению, мы живем в мире ненависти и алчности, но я не согласен. Мне кажется, что любовь повсюду. Зачастую любовь не очень заметна и торжественна, но она повсюду. Отцы и сыновья, матери и дочери, мужья и жены, любовники, любовницы, закадычные друзья В телефонных звонках из башен близнецов, в которые врезались самолеты, не было ненависти или мести. Только признания в любви. Если присмотреться, возникнет подозрение, что любовь реально повсюду.
Я не знаю, какие могут быть трудности в том, чтобы объяснить, что пьянство это зло, что гомосексуализм это зло и грех. Если мы верующие христиане, или мусульмане, или иудеи, мы прекрасно знаем это, никакая религия не может назвать это добром. Только новые самоизмышленные религии, отец которых дьявол. Он внушает людям то, что не есть правда о самом человеке. Такой религией является фашизм, коммунизм, такой же религией является и либерализм. Все эти три самоизмышленные религии внутри себя имели какие-то богоискательские особенности.
— Каждый человек имеет право жить так, как он считает нужным!
— Да, но в доме должна быть дисциплина, и ее можешь добиться только ты! Твои отец все держал под контролем, приучал всех к порядку, и это лишь укрепляло нашу семью.
— Мама, дисциплина не означает, что мы должны довить друг на друга, не оставляя друг другу и капли свободы!
— Что бы ни делал твой папа, он делал это к всеобщему благу, в этом выражалась его любовь!
— Когда любовь переходит все границы, она начинает душить, мама!
— Т. е. наша любовь душила тебя?
— Ну, мама, к чему все эти воспитательные беседы? Приехала погостить, так и веди себя как гостья!
— Я считала этот дом своим, а оказывается я здесь гостья?!
— Ты знаешь, кто я сейчас? Что я не просто одинокая вдова, живущая в маленькой квартирке, я уже кто-то, Гарри. Все меня любят! Скоро миллионы людей увидят меня и полюбят! Я расскажу им о тебе и о твоем отце, я расскажу им, как он любит красное платье и как хорошо нам было, помнишь? Ради этого стоит просыпаться утром. Ради этого худеть и быть здоровой. Ради этого надевать красное платье. Улыбаться ради этого, наконец. Это наполняет смыслом завтрашний день. А что у меня есть, Гарри? Чего ради мне стелить постель и мыть посуду? Я это делаю, но зачем? Я одинока. Сеймер покинул меня, ты покинул меня. Мне не о ком заботится. Не о ком. Что у меня есть? Я одинока Гарри. Я стара.
— У тебя есть подруги, мама.
— Это не одно и тоже. Я им не нужна. Тебе есть, ради кого жить Нет, Гарри! Мне нравится так чувствовать, мне нравится думать о красном платье и телевидении, о твоем отце и о тебе. Теперь, видя солнце, я улыбаюсь.
— Что ты тут делаешь, почему не в самолете?
— Я был в аэропорту, сидел все и думал. Сейчас хоть объяснения есть, смогу дружкам сказать, почему у меня здесь ничего не вышло. Скажу — отец умер, пришлось вернуться, взять на себя бизнес. Знаете, откуда у меня эти мысли?
— Нет .
— Это меня мой отец так думать научил, отнял у меня уверенность в себе, чтобы не было у меня никакого вдохновения, понимаете?
— Да
— Мне не нужны объяснения. Единственный, кто может сказать мне, что я слабоват, — это вы. И даже тогда, вряд ли я соглашусь!
Я свалил из Нью-Йорка в сорок девятом по весне,
Без цента в кармане поехал по стране.
Осень в Монтане — дождь и темно.
Отца своего я нашёл в казино.
Отец, где ты был, дай ответ.
Один я как перст с десяти юных лет.
Сказал отец: «Сынок, лучше дальше иди,
Я вот-вот умру от чахотки в груди».
Проехал Миссисипи, проехал Теннесси,
Возвращаться домой мне не по пути.
Мой дом теперь в Медоре и в Траки,
Домой возвращаться мне не по пути.
Что бы не случилось и в дождь, и в зной,
Женат я на дороге и девчонки одной.
Бог меня любит, я люблю его,
От меня ему не нужно больше ничего.
А могильным червям вечно хочется жрать,
Но меня им придётся долго, очень долго ждать.
Удалось из Монтаны на товарном свалить
В ту ночь, когда отец приказал долго жить.
Проехал я все дыры, где лишь крысы могут жить,
Но живого меня им домой не затащить.
Проехал Оклахому и Эль-Кахон
И даже Техачапи и Сан-Антон.
Домой не по пути, домой не по пути,
Домой не по пути.
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Отец» — 1 483 шт.
