Цитаты в теме «плохое», стр. 92
Слишком много знакомых и просто хороших людей,
Новых лиц хоровод завлекает, танцует, кружится
Слишком мало действительно лучших и верных друзей,
На которых возможно везде и во всём положиться.
С другом можно молчать, он всегда понимает без слов,
И не видеться долго — неделями, даже годами,
Ведь ни время, ни острые шпили чужих городов
Никогда не разрушат связные мосты между Вами.
Друга можно простить. И пускай он стократно не прав,
Улыбнувшись в ответ, никому мы не сделаем хуже.
Очень важно в какой-то момент удержать за рукав
Тех, кто дорог нам, истинно близок, приятен и нужен.
Дружбу надо ценить, но не только в периоды гроз
Вспоминая о ней, когда счастье струится слезами,
Мы всего лишь оплатим любовью вступительный взнос
В то богатство, что скромно в народе зовётся друзьями.
Следует обратить самое пристальное внимание на воздействия, идущие от близких людей, и отмечать реакцию на них. Можно заметить много значительного. Темные могут приближаться через них и вредить незаметно. Кто же подумает, что сердечно расположенные к вам люди хуже врагов и опаснее, ибо не осознают причиняемого вреда. Бессознательные помощники тьмы, так назовем их. Следует помнить, что темные злоумышленники вредят не только через далеких, но и через близких поражают ауру, если сознательно не оберечься. Зорко следите за тем, что приносят близкие в своей ауре и передают вам. Вред их может превысить пользу, и тогда нужно подумать: не нужно ли отдалить или отдалиться самому. Отдалиться можно, ничего не меняя вовне, но внутренне яро оградившись и сердце закрыв, ибо вред, превышающий пользу, быть может велик.
За тобой через года иду, не колеблясь.
Если ты — провода, я — троллейбус.
Ухвачусь за провода руками долгими,
буду жить всегда-всегда твоими токами.
Слышу я: «Откажись! Пойми разумом:
неужели это жизнь — быть привязанным?!
Неужели в этом есть своя логика?!
Ой, гляди — надоест! Будет плохо».
Ладно! Пусть свое гнут — врут расцвечено.
С ними я на пять минут, с тобой — вечно!
Ты — мой ветер и цепи, сила и слабость.
Мне в тебе, будто в церкви, страшно и сладко.
Ты — неоткрытые моря, мысли тайные.
Ты — дорога моя, давняя, дальняя.
Вдруг — ведешь меня в леса! Вдруг — в Сахары!
Вот бросаешь, тряся, на ухабы!
Как ребенок, смешишь.
Злишь, как пытка...
Интересно мне жить.
Любопытно!
Таёжные цветыНе привез я
таежных цветов —
извини.
Ты не верь,
если скажут, что плохи
они.
Если кто-то соврет,
что об этом читал
Просто,
эти цветы
луговым
не чета!
В буреломах,
на кручах
пылают
жарки,
как закат,
как облитые кровью желтки.
Им не стать украшеньем
городского стола.
Не для них
отшлифованный блеск хрусталя.
Не для них!
И они не поймут никогда,
что вода из-под крана —
это тоже вода
Ты попробуй сорви их!
Попробуй
сорви!
Ты их держишь,
и кажется,
руки
в крови!
Но не бойся,
цветы к пиджаку приколи
Только что это?
Видишь?
Лишившись земли,
той,
таежной,
неласковой,
гордой земли,
на которой они
на рассвете взошли,
на которой роса
и медвежьи следы,-
начинают
стремительно вянуть
цветы!
Сразу
гаснут они!
Тотчас
гибнут они!
Не привез я
таежных цветов.
Извини.
Теперь почти все дети ужасны. И хуже всего, что при помощи таких организаций, как разведчики, их методически превращают в необузданных маленьких дикарей, причем у них вовсе не возникает желания бунтовать против партийной дисциплины. Наоборот, они обожают партию и все, что с ней связано. Песни, шествия, знамена, походы, муштра с учебными винтовками, выкрикивание лозунгов, поклонение Старшему Брату — все это для них увлекательная игра. Их натравливают на чужаков, на врагов системы, на иностранцев, изменников, вредителей, мыслепреступников. Стало обычным делом, что тридцатилетние люди боятся своих детей.
Мне жалко этого ребенка,
Что до сих пор живет во мне —
Моя с косичками девчонка
Сама с собой наедине
Она устала от игрушек,
От невнимания и слез,
От жизнью спрятанных ловушек,
То в жар бросаясь, то в мороз.
На, погремушку, поиграй,
А хочешь кубики с картинками?
Сидит, играет Баю бай!
А глазки полнятся слезинками!
Играет так сама с собой,
Рисует, смотрит на обои.
И ей играть так не впервой,
Оставьте все ее в покое!
Моя серьезная малышка,
И все, как надо, понимает!
Сидит тихонечко, как мышка,
Шевелит губками, читает
Все знает о душевной боли,
И знает, что такое ждать,
И выживать уметь в неволе,
И в одиночестве страдать!
Ну, ведь должны еще быть дети,
Которым плохо, как и ей?
Что тоже делали «секреты»
И верили в волшебных фей.
Мама! Я твой нерожденный ребенок!
Я не собачка, я не котенок!
Частичка тебя, твоей плоти — кровинка!
Ты — мама моя, я — твоя половинка!
Мама, мне страшно! Мама, мне больно!
Скажи им — не надо! Скажи им — довольно!
Мамочка, дай мне на свет появиться!
Мамочка! Мама, позволь мне родиться!
Мама, я выбрал тебя не случайно
Мама, мне плохо Мне очень печально!
Не дай нас с тобой никому разлучить,
Я буду послушным, я буду любить
Я вместе ложусь с тобой, вместе встаю,
Я радуюсь вместе с тобой, устаю
Представь, что меня никогда не увидишь?!
Мама! За что ты меня ненавидишь?
Глупость — ценнейший дар, — продолжал Кан. — Но тот, кто её утратил, никогда не приобретет вновь. Она спасает, как шапка невидимка. Опасности, перед которыми бессилен любой интеллект, глупость просто не замечает. Когда-то я пытался искусственно поглупеть. Практиковался в глупости и даже преуспел. Иначе мои проделки во Франции могли бы плохо кончиться. Но все это, конечно, жалкий эрзац по сравнению с истиной, бьющей через край глупостью, особенно если она сочетается с такой внешностью, какой могла бы позавидовать сама Дузе — Кан усмехнулся. — Глупость Кармен — это уже глупость Парсифаля, она почти священна.
Солнце улыбнулось тёплыми лучами
Кажется, невзгоды исчезают сами
Тоже улыбаюсь, глядя в поднебесье,
А оттуда птицы отвечают песней
Небо исцеляет, нет на нём ни тучи
Я себе сказала: «Будет только лучше»
За спиной оставлю страхи и сомненья
Помню только счастья сладкие мгновенья
Никаких упрёков больше ждать не буду
Кто желал плохого — просто позабуду
Пожелаю следом — стать душой добрее.
Я прощу обиды, ведь прощать умею
Солнечное утро, как призыв небесный,
Быть такой как небо — искренней и честной
Нет, ещё не поздно исправлять ошибки!
Новый день, как в сказке золотая рыбка
Загадай желанье доброе душою,
Бог его исполнит, он всегда с тобою
Пусть душа, как солнце, миру улыбнётся
Пусть с улыбки тёплой новый день начнётся.
Полуграмотные, косные люди, такие, как этот ваш приятель, только воображают, что способны думать, а на самом деле какой вопрос ни возьми, в голове у них полнейшая путаница из готовых штампов То это «бесчеловечная жестокость пруссаков», то «немцев надо истребить — всех до единого». Вечно они толкуют, что «дела сейчас плохи», но притом «нет у них веры в этих идеалистов». Сегодня Вильсон у них «мечтатель, оторванный от практической жизни», — а через год они осыпают его бранью за то, что он пытается претворить свои мечты в жизнь. Мыслить четко, логически они не умеют, умеют только тупо противиться любой перемене. Они считают, что необразованным людям не следует много платить за работу, но не понимают, что если не платить прилично необразованным людям, их дети тоже останутся без образования, и так мы и будем ходить по кругу. Вот он — великий класс, средняя буржуазия!
Я животное, ты же видишь, я животное. У меня нет слов, меня не научили словам, я не умею думать, эти гады не дали мне научиться думать. Но если ты на самом деле такой всемогущий, всесильный, всепонимающий разберись! Загляни в мою душу, я знаю, там есть все, что тебе надо. Должно быть. Душу-то ведь я никогда и никому не продавал! Она моя, человеческая! Вытяни из меня сам, чего же я хочу, — ведь не может же быть, чтобы я хотел плохого!.. Будь оно все проклято, ведь я ничего не могу придумать, кроме этих его слов: СЧАСТЬЕ ДЛЯ ВСЕХ, ДАРОМ, И ПУСТЬ НИКТО НЕ УЙДЕТ ОБИЖЕННЫЙ!
Ничего нет хуже, как оставить что-то недоделанным. Не важно, сколько лет прошло, – незаконченные дела возвращаются снова и снова, грызут нас и точат, как зубная боль, и на них, как на дрожжах, в наших умах бродит горькое ядовитое зелье: вина и стыд. Они отравляют удовольствие и порождают неудовлетворенность, которая в нашем сознании оторвана от настоящего источника, так что мы виним что-то другое и нагромождаем новые проблемы поверх старых. И в конце концов у нас в головах вырастает куча хлама, в глубине которой – тлеющий уголь, невидимый, но оттого не менее опасный. В любую минуту может полыхнуть пламя, и пожар уничтожит безопасный маленький мирок, в котором мы пытались жить все это время.
И все хорошее в нас останется благими намерениями
Всем сильным ублюдочного мира сего! Я ненавижу ложь, но правда ваша еще хуже лжи. Вы превратили Город в благоустроенный хлев, а граждан Города — в сытых свиней. Я не хочу быть сытой свиньей, но я не хочу быть и свинопасом, а третьего в вашем чавкающем мире не дано. В своей правоте вы самодовольны и бездарны, хотя когда-то многие из вас были настоящими людьми. Есть среди вас и мои бывшие друзья, к ним я обращаюсь в первую очередь. Слова не действуют на вас, и я подкрепляю их своей смертью. Может быть, вам станет стыдно, может быть — страшно, а может быть — просто неуютно в вашем хлеву. Это все, на что мне осталось надеяться. Господь да покарает вашу скуку! Это не мои слова, но я под ними с восторгом подписываюсь — Денни Ли
– Сильный дождь.
– А ты меня никогда не разлюбишь?
– Нет.
– И это ничего, что дождь?
– Ничего.
– Как хорошо. А то я боюсь дождя.
– Почему?
Меня клонило ко сну. За окном упорно лил дождь.
– Не знаю, милый. Я всегда боялась дождя.
– Я люблю дождь.
– Я люблю гулять под дождем. Но для любви это плохая примета.
– Я тебя всегда буду любить.
– Я тебя буду любить в дождь, и в снег, и в град, и что еще бывает?
– Не знаю. Мне что-то спать хочется.
– Спи, милый, а я буду любить тебя, что бы ни было.
– Ты в самом деле боишься дождя?
– Когда я с тобой, нет.
– Почему ты боишься?
– Не знаю.
– Скажи.
– Не заставляй меня.
– Скажи.
– Нет.
– Скажи.
– Ну, хорошо. Я боюсь дождя, потому что иногда мне кажется, что я умру в дождь.
– Что ты!
– А иногда мне кажется, что ты умрешь.
– Вот это больше похоже на правду.
Разность людей от рождения огромна. Преодолеть её, соединить всех так же как и преодолеть различие народов, можно только общим путем — путем знания. Но надо смотреть, что за путь объединяет народы. Горе, если он не направлен к добру, и ещё хуже, если какой-нибудь народ считает себя превыше всех остальных, избранником богов, призванным владычествовать над другими. Такой народ заставит страдать другие, испытывая всеобщую ненависть и тратя все силы на достижение целей, ничтожным перед широтою жизни
И представляете, я вдруг посмотрел на часы и увидел, как стрелки идут, идут, неумолимо так идут, их ничто не остановит, и они действительно съедают время, воруют его. Вот они подошли к двенадцати, и пропал час, пропал день, пропал год. Они его украли. Мы всегда так ждем этот праздник, я говорю про Новый год, как будто мы уже заранее решили, что у нас все плохо и неинтересно, а вот завтра начнется новый год, и все изменится к лучшему. Понимаете? В нас как будто с самого рождения вкладывают мысль о том, что нужно думать только о будущем и жить только завтрашним днем. И мы все так и поступаем. А вдруг сегодняшний день — это вообще самое лучшее, что было, есть и будет во всей твоей жизни? А ты этого и не заметил, не увидел, не понял, и только в глубокой старости ты вдруг начнешь осознавать, что вот он — самый лучший год в твоей жизни, он был так давно, а ты его пропустил, не оценил, все ждал чего-то лучшего.
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Плохое» — 4 915 шт.
