Цитаты в теме «правда», стр. 150
— У нас достаточно знаний, чтобы изменить ход событий. Но без тебя я не справлюсь
— Ты и со мной не справляешься, ты думаешь, что я запарываю каждое дело. Ты даже думаешь, что мне нужна компаньонка!
— Не надо, я не это имел в виду.
— Нет, ты имел в виду именно это. Знаешь, в чём я там исповедовался? В чём был мой сильнейший грех? В том, сколько раз я тебя подставлял. Я этого больше не повторю.
— Сэм
— Что случается, когда ты снова решаешь, что мне нельзя доверять? К кому ты обратишься в следующий раз? К очередному ангелу, очередному вампиру? Ты хоть представляешь, каково это — смотреть, как твой брат
— Так, прекрати! Ты правда так думаешь? Ведь в этом нет ни капли, ни капли правды! Слушай, да, у нас бывали разногласия, чёрт, я наговорил кучу гадостей, которые тебя осадили Но, Сэмми, не надо. Я ради тебя убил Бэнни, я собираюсь позволить этому и другим сукиным детям, убившим маму, жить из-за тебя! И не смей думать, что тогда или сейчас было что-то, что я ставил выше тебя! Такого не было никогда, слышишь? Пойми же ты наконец, умоляю тебя
— Новичок, ты можешь быть менее продуктивен только при одном условии — если превратишься в стену, к которой прислонился. Правда тогда ты сам станешь опорой для очередного придурка, который будет прислоняться к тебе и думать о том какой же он придурок. Я понимаю, это слишком сложная сентенция для твоего понимания, но ты не переживай — я займусь своими делами, а ты притворись, что работаешь, хотя у тебя нет твоей корзиночки с пирожками, всё равно тебе пора скакать отсюда, милая ты моя красная шапочка. Давай, скачи отсюда к бабушке со своими пирожками. Давай-давай, прыг-прыг давай прыг-прыг давай к бабушке прыг-прыг прыг-прыг давай-давай, к бабульке.
«Как ты думаешь, что я думаю во время орального секса?»
«Откуда мне знать?
Если бы он у нас был, я мог бы как-то по твоему лицу что ли,
не знаю, правда, как, но постараться уловить твои мысли,
понять, о чем ты думаешь»
«Это что же получается, если бы я это делала,
то ты бы вместо того, чтобы получать райское наслаждение,
сверлил бы мои мозги, тщетно пытаясь распознать, о чем я думаю?
Я так и знала! Ты не умеешь просто наслаждаться,
просто получать удовольствие.
Тебе надо постоянно о чем-то думать и думать!»
«Ты еще дополни это своей любимой фразой, что я не человек, а просто машина»
С женой развелись, но работаем в одном офисе.
Как-то вечером, уже рабочий день закончился, смотрю она задержалась, что-то ксерокопировать осталась.
Я подошёл, положил её руку на стекло ксерокса и нажал на пуск.
Вышла бумага, рассматриваю её руку. Спрашиваю: А где кольцо обручальное?
А она говорит: Так мы ведь в разводе.
А я ей говорю: В разводе, то в разводе, но видишь от колечка бороздка осталась и даже такая тупая машина как ксерокс её заприметила и четко отпечатала.
Она посмотрела и говорит: А ведь, и правда.
Решили с бывшей женой продолжить беседу о копировальных машинах и их свойствах, но уже в кафе.
Кто рано встаёт, тому Бог подаёт.
Проснулся, вижу рядом стоит Бог и подаёт мне руку. Над головой его тонкий круг свечение источает, во лбу звезда горит, и звездочки чуть ниже на плечах его мерцают.
Взял он меня за руку и проводил в душ.
Душ, правда, какой-то прохладный, и очень освежающий.
В душе радость, сердце поёт, но какая-то нехорошая трезвость стала к горлу подступать, чувствую в животе война миров, а в рот как кошки насрали.
Стал присматриваться, а передо мной погоны, четыре звёздочки слева, четыре справа, значит капитан.
Честь мне отдаёт, приветствует, но фуражку с кокардой, что звездой во лбу только что была, не снимает.
Как я мог окружность фуражки ментовской за нимб принять в толк не возьму. Или может солнце не с той стороны встало?
Да, хреновое это дело — вытрезвитель.
Смех, веселье, радость —
У него все было,
Но, как говориться, жадность
Фраера сгубила
У него — и то, и се,
А ему — все мало!
Ну, так и накрылось все,
Ничего не стало.
Подымайте руки, в урны суйте
Бюллетени, даже не читав, —
Помереть от скуки! Голосуйте,
Только, чур, меня не приплюсуйте:
Я не разделяю ваш Устав!
Слухи по России верховодят
И со сплетней в терции поют.
Ну, а где-то рядом с ними ходит
Правда, на которую плюют.
Жизни после смерти нет.
Это все неправда.
Ночью снятся черти мне, убежав из ада.
Как в старинной русской сказке — дай бог памяти! -
Колдуны, что немного добрее,
Говорили: «Спать ложись, Иванушка!
Утро вечера мудренее!».
Как однажды поздно ночью добрый молодец,
Проводив красную девицу к мужу,
Загрустил, но вспомнил: завтра снова день,
Ну, а утром — не бывает хуже.
Как отпетые разбойники и недруги,
Колдуны и волшебники злые
Стали зелье варить, и стал весь мир другим,
И утро с вечером переменили.
Ой, как стали засыпать под утро девицы
После буйна веселья и зелья,
Ну, а вечером — куда ты денешься —
Снова зелье — на похмелье!
И выходит, что те сказочники древние
Поступили и зло и негоже.
Ну, а правда вот: тем, кто пьет зелье, —
Утро с вечером — одно и тоже.
Слова, сказанные в темноте, — разве они могут быть правдой? Для настоящих слов нужен яркий свет.
— Откуда ты все это знаешь?
— Оттого что люблю тебя.
Как она обращается с этим словом, подумал Равик. Совсем не думая, как с пустым сосудом. Наполняет его чем придется и затем называет любовью. Чем только не наполняли этот сосуд! Страхом одиночества, предвкушением другого «я», чрезмерным чувством собственного достоинства. Зыбкое отражение действительности в зеркале фантазии!
Но кому удалось постичь самую суть? Разве то, что я сказал о старости вдвоем, не величайшая глупость? И разве при всей своей бездумности она не ближе к истине, чем я? Зачем я сижу здесь зимней ночью, в антракте между двумя войнами, и сыплю прописными истинами, точно школьный наставник? Зачем сопротивляюсь, вместо того чтобы очертя голову ринуться в омут, — пусть ни во что и не веря?
Наши души, не правда ль, ещё не привыкли к разлуке?
Всё друг друга зовут трепетанием блещущих крыл!
Кто-то высший развёл эти нежно-сплетённые руки,
Но о помнящих душах забыл.
Каждый вечер, зажжённый по воле волшебницы кроткой,
Каждый вечер, когда над горами и в сердце туман,
К незабывшей душе неуверенно-робкой походкой
Приближается прежний обман.
Словно ветер, что беглым порывом минувшее будит,
Ты из блещущих строчек опять улыбаешься мне.
Всё позволено, всё! Нас дневная тоска не осудит:
Ты из сна, я во сне
Кто-то высший нас предал неназванно-сладостной муке!
(Будет много блужданий-скитаний средь снега и тьмы!)
Кто-то высший развёл эти нежно-сплетённые руки
Не ответственны мы!
Теперь тебе не надо «уезжать»
И создавать ненужные страницы,
Из-за угла следить, как — будто, тать,
Хитрить с завидной ловкостью лисицы.
Я долго ожиданием жила,
И верила в твои «крутые» басни.
Из розового хрупкого стекла
Ты мне очки вручил однажды кстати.
В них мир был ласков, сказочно хорош.
И ты казался мне прекрасным принцем.
Как правда, в них была любая ложь,
Уютен дом камин глинтвейн с корицей.
Но лето принесло с собой жару,
Я окна, двери открывала настежь
И сквозняком однажды поутру
Очки упали и разбились к счастью.
И вот теперь растеряно смотрю
На то, чем больше жизни дорожила
И на того, кому любовь свою
Тепло и нежность отдавать спешила.
Не мир, а так убогенький мирок,
Чужой мужчина чёрствый и жестокий,
На месте замков — щебень и песок
Остались только на страницах строки.
Тебе я благодарна за стихи.
Пусть в них всего лишь чувства иллюзорность.
Прощаю отпускаю и прости
Мне чистых глаз несломленную гордость.
Прозрачный лёд зеленых глаз
Растает вмиг под взглядом карих
Когда вся нежность теплых фраз
Моими будет петь стихами
Меня твой морок не страшит.
В него не верю. Знаешь, милый,
Не надо тела без души
Назло пророчествам Сивиллы,
Тебе доверюсь я сполна.
Отдам что есть и то, что будет.
И счастья теплая волна
Омоет горечь наших судеб.
Пусть плачет черная свеча
И воля выпита глотками,
Не одинока я сейчас, —
Богата чувств твоих ростками.
Уходит боль в моё «вчера».
«Сегодня» вижу в цвете радуг
Вся ложь теперь, как мишура,
Осыпалась. Осталась правда.
Я сберегу и сохраню
Росток тепла, любви, доверия.
Свеч колдовских не дам огню
Нас довести до отчуждения.
В королевстве кривых зеркал
Я построила замок воздушный.
И сама поселилась там,
Искривленным законам послушна.
В этом замке царила любовь,
Что под маской таила холод.
Усмехалась она за спиной:
«Утоли — ка, попробуй, голод»
Счастья мыльные пузыри
Там искрились под светом ложным.
Чтоб подольше жили они,
Приходилось ступать осторожно
И, согласно кривому жанру,
Принц был тоже, а как без принца?
В нем фантомного много шарма,
Под камзолом — в заплатах джинсы.
Так жила я, не понимая —
Мир мой соткан нитью иллюзий,
Настоящая жизнь, другая —
За окошком, со счастьем и грустью
А потом пришли холода,
В сердце ложью вонзились острой
Не оставив от замка следа,
Заметая мечты порошей
Пусть мне холодно, одиноко,
Только всё моё - без обмана.
Лучше правда, горька и жестока,
Чем воздушных замков дурманы!
Я тебя, как никто, никого, никогда -
Завершаю строку, как всегда, многоточием.
Недосказанность эхом гудит в проводах.
Расшифруешь её, если только захочешь.
Я тебя, как никто, никого, никогда
Вариантов не много, не правда ли, милый?
Это слово я взглядам чужим не отдам,
Чтоб, сорвавшись в эфир, оно в миг не остыло.
Я тебя, как никто, никого, никогда
Ты напрасно боишься душою согреться.
Строишь стену меж нами из прочного льда,
Брешь теплом растоплю и навешу в ней дверцу!
Я тебя, как никто, никого, никогда
Даже если уйдешь, растворишься средь прочих
Слёзы? Нет! Таял лёд. Это просто вода
Я тебя, как никто я тебя очень — очень.
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Правда» — 3 620 шт.
