Цитаты в теме «правда», стр. 151
— Что ты мне сказала вчера об этом Бройере? То есть о его профессии?
— Он архитектор.
— Архитектор, — повторил я несколько огорченно. Мне было бы приятнее услышать, что он вообще ничто.
— Ну и пусть себе архитектор, ничего тут нет особенного, верно. Пат?
— Да, дорогой.
— Ничего особенного, правда?
— Совсем ничего, — убежденно сказала Пат, повернулась ко мне и рассмеялась. — Совсем ничего, абсолютно нечего. Мусор это — вот что!
— И эта комнатка не так уж жалка, правда, Пат? Конечно, у других людей есть комнаты получше!..
— Она чудесна, твоя комната, — перебила меня Пат, — совершенно великолепная комната, дорогой мой, я действительно не знаю более прекрасной!
— А я, Пат у меня, конечно, есть недостатки, и я всего лишь шофер такси, но
— Ты мой самый любимый, ты воруешь булочки и хлещешь ром. Ты прелесть!
Она бросилась мне на шею:
— Ах, глупый ты мой, как хорошо жить!
— Только вместе с тобой, Пат. Правда только с тобой!
— Вы думаете, я не знаю, что, лежа в моих объятиях, вы представляли себе, будто я — Эшли Уилкс? Приятная это штука. Немного, правда, похоже на игру в призраки. Все равно как если бы в кровати вдруг оказалось трое вместо двоих. О да, вы были верны мне, потому что Эшли вас не брал. Но, черт подери, я бы не стал на него злиться, овладей он вашим телом. Я знаю, сколь мало значит тело — особенно тело женщины. Но я злюсь на него за то, что он овладел вашим сердцем и вашей бесценной, жестокой, бессовестной, упрямой душой. А ему, этому идиоту, не нужна ваша душа, мне же не нужно ваше тело. Я могу купить любую женщину задешево. А вот вашей душой и вашим сердцем я хочу владеть, но они никогда не будут моими, так же как и душа Эшли никогда не будет вашей. Вот потому-то мне и жаль вас.
Помни! Женщина всегда во всем взаимна,
Что подаришь, то взамен сполна получишь,
До поры, до времени она наивна,
А обидишь так держись подальше лучше
Окружи ее заботой и любовью,
На другого никогда не променяет,
Ну, а если сделаешь ей очень больно,
То с землею злобно образ твой сравняет
А, возможно, просто вмиг она исчезнет,
Если равнодушием ей сердце ранишь,
И любовь умрет и больше не воскреснет,
Знай, что женщину так просто не обманешь
Она чувствует, где правда, где фальшиво,
И любовь мужскую бесконечно ценит,
Помни! Женщина всегда во всем взаимна,
Береги свою родную драгоценность.
Как страшно нам признаться, что больше всего мы любим быть рабами. Сразу и рабом, и господином! Именно в любви раб — это переодетый господин. Мужчина, который должен завоевать женщину, подчинить, заставить ее повиноваться во всем, — разве он не раб этой рабыни? Правда, женщине так легко нарушить баланс сил в этих отношениях. Малейшая попытка проявить самостоятельность с ее стороны — и у обходительного деспота темнеет в глазах, и голова идет кругом. Но если оба они способны безрассудно броситься навстречу, ничего не утаивая друг от друга, повинуясь во всем один другому, если они взаимозависимы, разве не наслаждаются они полной и невиданной свободой?
Раз уж вполне законно подстрекать любознательность, то вернее было заглянуть в корень, объяснить себе, зачем она врет таким вопиющим образом. Последствия этой болезни не были для меня ясны — еще не были. Чуть-чуть задуматься — и я бы догадался, что самый первый и самый разрушительный ее результат — отчуждение; удар, нанесенный первой замеченной ложью, по эмоциональной окраске похож на тот, который испытываешь, когда распознаешь в человеке, стоящем перед тобой, душевнобольного. Страх перед ложью, боязнь предательства — это чувство идет от врожденного страха перед потерей личности. Пройдет вечность, прежде чем правда станет точкой опоры не только для одиночек, но и осью, вокруг которой будет вращаться человечество. Моральный аспект всего — лишь сопутствующее обстоятельство, за ним скрывается некая глубоко запрятанная, почти забытая цель.
Ежедневно мы убиваем наши лучшие душевные порывы. Вот почему у нас начинает
болеть сердце, когда мы читаем строки, написанные рукой мастера, и чувствуем,
что они словно выдраны из наших сердец, ведь наши собственные прекрасные
стремления задушены в зародыше, ибо нет веры в силы, ни дара различать истинную
красоту и правду. Любой человек, когда успокаивается и становится предельно
откровенным с самим собой, способен говрить глубочайшие истины. Все мы
происходим от одного источника. Поэтому нет никакой тайны в происхождении вещей.
Мы все являемся частью творческого процесса, а, следовательно, все мы короли,
музыканты, поэты; просто нам необходимо раскрыться, обнаружить силы, спрятанные
в глубине нас самих.
Из того немногого, что я прочитал, я смог заметить, что люди, творящие жизнь, люди, бывшие сами по себе жизнью, мало едят, мало спят и собственности у них мало или нет вообще. Нет у них иллюзий и насчет долга, обязанностей перед родными и близкими или заботы о благе государства. Им нужна правда, и только правда. И лишь один вид деятельности признают они — творчество. Никто не может купить их услуги, потому что они сами положили себе отдавать все. И отдавать безвозмездно, ибо только так и можно это делать. Вот какая жизнь влекла меня: подлинная жизнь здравого смысла. Это была настоящая жизнь, а не ее подобие, так предпочитавшееся большинством.
Мне Вас не терять — раз я Вас до сих пор не нашла
На скользких ступенях не падать /со страхом разбиться/
А Вам никогда не соврут обо мне зеркала —
В них быстро и слишком поспешно сменяются лица
Мне Вас забывать, ещё множество раз забывать
А Вам — уходить, обещая сто раз не вернуться
Вы делите с кем-то на ночь ледяную кровать
И делитесь утром лимонною долькой на блюдце
Вас столько в себе, что порой Вы не знаете сам,
Какой Вы сейчас ну, а «завтра» Вас вряд ли изменит
Я Вас узнаю, как порой узнают по глазам
И правду, и ложь. Только это — гораздо больнее
Мне Вам не писать невозможно почти что ещё
Готовит для Вас, для меня одиночество-с***?
Укройте меня из надежд не до шитым плащом
Входите. Открыто. Вам, можно, конечно, без стука.
Не отдавай февральским вьюгам
Меня как будто бы взаймы.
Мне нужен ты — врагом ли, другом,
Знакомым ангелом зимы,
Моей раскромсанною правдой,
Приговорённой не сгорать,
Нежданным гостем или братом
Да что с того, что «просто брат»?
Каким-то давним предсказанием
Колдуньи старой "век назад"
Со странно-детскими глазами
И полутенью в образах
Беспечным призраком и звуком —
Сродни ночному сквозняку.
Бери февраль мой на поруки,
Его печаль, его тоску
Мне нужен ты — не ложью правой.
Бесстыдной грешностью. Пускай!
Врагом ли, другом, гостем, братом
Не отдавай. Не отпускай.
Моя подруга феминистка, я с ней дружу, но есть момент, она коза и онанистка, как подтверждает документ. Она парней не замечает и говорит, они козлы, они глупы, слабы, неряхи, самоуверенны и злы. Но каждый вечер порно сайты штудируя одной рукой, ух, знали бы какие вещи творит она рукой второй. И ходит вечно злая-злая, Баба-яга один в один, и говорит, что я — ублюдок, козёл, гадёныш и кретин. Я ненавижу феминисток, но если честно вам сказать, они конечно к правде близко, но не так близко, вашу мать! Просто они чуть-чуть несчастны, просто чуть-чуть не повезло, мы их не понимаем часто и от того в них это зло. Моя подруга феминистка, мне её жаль, ведь это бред! Но верю я, что счастье близко, ей только б каплю подобреть.
Правда Хорошая штука по сути,
Нужно почаще её говорить,
Не раз и не два, а сто десять раз в сутки,
Её в разговоре употребить
Если кто инвалид или толстый и страшный,
Если тушь потекла и ботинки в дерьме,
Если ты человеку сей правды не скажешь,
Не будет по жизни удачи тебе
Если кто-то упал и запачкался очень,
И стоит весь несчастный одежда в грязи,
Подойти и крикни ему что есть мочи:
«От это ты грязный, ну правда, прости!»
Если кто-то без денег, больной и побитый,
И дома воды нету месяца три,
Скажи ему прямо: «Чувак ты не бритый!
Ужасно воняешь, глазища протри!»
Правда хорошая штука по сути,
Нужно почаще её говорить,
И только тогда все хорошие люди,
Будут тебя уважать и любить.
На туалетном столике валялись пачки денег и свежеиспечённых паспортов, с которыми я мог бы уехать куда угодно. Но ехать было некуда: не было такого места на земле, где я не ощущал бы пустоты, оставленной теми, кого я потерял, пустоты безымянной, лишённой смысла и любви.
Человек, спасающийся бегством, старается, преодолевая боль, вырвать из сердца своё прошлое, остатки своего бывшего «я», память о тех местах, где он вырос, о тех людях, кто любил его. Бегство позволяет ему выжить, теряя себя самого, но он всё равно проигрывает. Мы можем отвергнуть своё прошлое, но оно продолжает мучить нас, оно следует за нами как тень, которая назойливо, вплоть до самой смерти, шепчет нам правду о том, кто мы такие.
Я не очень-то хороша в публичной речи. Или в речи вообще. Или, если поразмыслить, на публике. И у меня плохо получается лгать. Так что я лишь скажу, что по моему опыту старшая школа — отстой. Если бы мне пришлось пройти через все это заново, я бы уже в средней школе ходила бы на все дополнительные занятия и курсы, чтобы из восьмого класса поступить сразу в колледж. Как бы то ни было, наделив вас неизменным фактом, что старшая школа — отстой, я бы хотела добавить, что если вам посчастливилось иметь хорошего друга и семью, которая о вас заботится, это не должно быть так ужасно. В целом, мой совет — это твердо верить в то, во что вы верите, до тех пор или по меньшей мере, когда опыт не докажет обратное. И помните: когда король выглядит голым, значит, он голый. Правда и ложь — это не одно и то же. И нет ни одного дела, времени или момента в жизни, который не может быть улучшен пиццей. Спасибо.
У человека есть свобода воли, причем троякая. Во-первых, он был свободен, когда пожелал этой жизни; теперь он, правда, уже не может взять ее назад, ибо он уже не тот, кто тогда хотел ее, тот он лишь в той мере, в какой, живя, исполняет свою тогдашнюю волю. Во-вторых, он свободен, поскольку может выбрать манеру ходьбы и путь этой жизни. В-третьих, он свободен, поскольку тот, кто некогда будет существовать снова, обладает волей, чтобы заставить себя при любых условиях идти через жизнь и таким способом прийти к себе, причем дорогой хоть и избираемой, но настолько запутанной, что она ни одной дольки этой жизни не оставляет нетронутой. Это троякость свободной воли, но это ввиду одновременности и одинаковости, одинаковость по сути в такой степени, что не остается места для воли, ни свободной, ни несвободной
Печенег (отрывок). Жениться никогда не поздно. Я сам женился, когда мне было сорок восемь лет, говорили — поздно, а вышло не поздно и не рано, а так, лучше бы вовсе не жениться. Жена скоро при
скучает всякому, да не всякий правду скажет, потому что, знаете ли, несчастной семейной жизни стыдятся и скрывают ее.
Иной около жены — «Маня, Маня», а если бы его воля, то он бы эту Маню в мешок да в воду! С женой скука, одна глупость. Да и с детьми не лучше, смею вас уверить. У меня их двое, подлецов. Учить их тут в степи негде, отдать в Новочеркасск в ученье — денег нет, и живут они тут, как волчата. Того и гляди, зарежут кого на дороге.
Я знаю, что ты - богиня!
Не первый год я живу с тобою,
А ты скрываешь другое имя!
Бываешь часто такой земною,
Но я то знаю, что ты — богиня!
Однажды ночью я видел точно —
Во сне ты словно летала где-то.
Ты знаешь тайный живой источник,
На все вопросы там есть ответы!
Ты временами совсем другая —
Околдовала меня когда-то.
Всё успеваешь легко, играя,
Запоминаешь дела и даты.
Скажи мне честно, кто ты такая?
Как ты попала в наш город южный?
Какая сила тебя толкает?
Наверно, это кому-то нужно?
Ты улыбнешься в ответ на это.
Мол, это правда, но лишь отчасти
И скажешь тихо: — С другой планеты
Я прилетела тебе на счастье!
СЕКС в ЛИФТЕ
Когда закрылись двери лифта,
Вдруг, между небом и землей,
Возникла городская нимфа
И стала говорить со мной.
Я, улыбаясь осторожно,
Погладил грудь ее слегка.
Она кивнула: Все возможно!
И на колено мне легла.
Мелькали этажи и даты,
Года, названия, города.
И мы взлетели с ней куда-то,
Чтоб не расстаться никогда.
И нарастало удивление,
Восторг, очарование, стон
Как мимолетное виденье,
Как быстрый юношеский сон.
Минута может длиться вечно,
Пока душа твоя поёт,
Пока тебя уносит нечто,
Пока не кончился полет.
Там — правда — это правда тела,
Она важнее срочных дел.
Я видел, как она хотела,
И чувствовал, как я хотел.
Всё это так внезапно было,
Я сдвинул тонкое белье
О, как она меня любила,
А я, в ответ, любил ее.
Потом открылись двери лифта,
И не узнать мне ни за что —
Кто это был? Богиня мифа?
Студентка, сдавшая зачет?
Прощай, мой нелюбимый человек!
Настал момент расстаться, наконец-то.
Осталось улыбнуться и одеться
И совершить намеченный побег.
Как это глупо – безнадежно врать –
И не кому-то, а себе, как будто
Получишь счастья лишнюю минуту,
Как будто - правда – это главный враг.
Как получилась эта ерунда,
Когда страданья превратились в норму?
Ведь можно жить спокойно, по-иному,
Чтоб не губить летящие года.
Как хорошо, что будет сделан шаг,
Потом другой и я уйду в пространство.
А главное – мне надо постараться
Не обернуться, от тебя спеша.
Попытка уходить обречена,
Когда ты начинаешь разговоры.
Пока еще не завершились споры,
Пока сердца не высохли до дна.
Но это – окончательный уход.
Меня сегодня не дождется ужин.
Мне твой прощальный взгляд уже не нужен!
Я начинаю личный новый год!
Все рассосется в будущем, поверь,
Так говорят психологи, врачи.
Запри за мною поплотнее дверь –
На тумбочке лежат мои ключи.
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Правда» — 3 620 шт.
