Цитаты в теме «причина», стр. 69
Разве истинный поэт или художник не ясновидящий? Разве он не единственный ясновидящий на нашей Земле? Конечно же, нельзя считать ясновидцем ни ученого, ни тем более психиатра. Какая же часть человеческого организма у ясновидящего нужней и ранимей всего? Конечно глаза. И как бы ни было противоречиво заключение судебного эксперта — пусть он объявит причиной смерти Туберкулез, или Одиночество, или Самоубийство, неужто Вам не понятно, от чего умирает истинный поэт-ясновидец? И я заявляю, прав я или не прав, что настоящего поэта-провидца, божественного безумца, который может творить и творит красоту, ослепляют насмерть его собственные сомнения, слепящие образы и краски его собственной священной человеческой совести.
Осенняя прогулка.
Снова листопад кружится,
Пролетев прощальный круг,
Листик к листику ложится
Укрывая всё вокруг.
Вспоминаю, как гуляли,
С папой осенью вдвоём
Листья взглядом провожали,
И болтали обо всём
Тихо спросит, — Как ты, дочка?
И вздохнув, прижмёт к себе, -
Нет любимее цветочка,
Для меня на всей земле!
Утону в глазах любимых,
И прижмусь к нему сильней, -
Просто мне необходимо
Быть тебе всего нужней
Рассмеёмся словно дети,-
Знаешь, нет других причин,
Ты единственный на свете,
Самый лучший из мужчин!
Вдруг коснётся губ листочек,
Как во сне услышу я,-
Мой единственный цветочек,
И сейчас люблю тебя.
Одна из моих любимыхИстина не всегда обитает на дне колодца. В насущных вопросах она, по-моему, скорее лежит на поверхности. Мы ищем ее на дне ущелий, а она поджидает нас на горных вершинах. Чтобы уразуметь характер подобных ошибок и их причину, обратимся к наблюдению над небесными телами. Бросьте на звезду быстрый взгляд, посмотрите на нее краешком сетчатки (более чувствительным к слабым световым раздражениям, нежели центр), и вы увидите светило со всей ясностью и сможете оценить его блеск, который тускнеет, по мере того как вы поворачиваетесь, чтобы посмотреть на него в упор. В последнем случае на глаз упадет больше лучей, зато в первом восприимчивость куда острее. Чрезмерная глубина лишь путает и затуманивает мысли. Слишком сосредоточенный, настойчивый и упорный взгляд может и Венеру согнать с небес.Убийство на улице Морг.
Где-то месяц над крышами лазает.
А любовь замерла, молчит.
И согласна на эвтаназию.
Ты ведь тысяча сто причин
Ей, как довод и право выбора.
А хватило б и пары фраз.
И любовь, распятая дыбою,
Тихо плачет, жалея нас.
Ты построил по - круче Геделя
Теорему с формулой лжи.
И любовь умирает медленно.
Ну, а мы остаемся жить.
И становимся радиоволнами.
Каждый с выбранной частотой.
Друг для друга почти безмолвные.
Ты освоишься с пустотой?
Что ворвется холодным вечером,
Когда город накроет мгла.
Ты простишь себе, как доверчива
И послушна она была?
И, напившись однажды до смерти,
на кровать упадешь без сил.
И покажется, что - о, Господи!
Не любовь, а себя казнил.
А когда исчерпаешь все «за» и «против», окончательный выбор подчас случаен. Так гласит Академия Подворотен. Я шучу, ты почувствуешь, как скучаешь. Как тоска, отметая твои причины, или принципы это, наверно, ближе, виновато, неизлечимо, обо мне ностальгией пишет. Вышивая среди причастий моим именем текст молитвы, невозможная сопричастность нашим прошлым в тебе разлита.
И не тонет, и не сгорает, то что мог бы сложить иначе, в твоем сердце перебирая, все, что ты безнадежно прячешь, от себя, от меня, от Бога, что осталось от Хиросимы.
Я могла бы прийти к порогу. Только это невыносимо.
Она не плачет больше.
Приходит с работы в восемь.
Холод ее сковал. Или еще по каким причинам
Ее волосы чем — то похожи на осень.
Она все больше теперь молчит и
Кажется все в порядке, река не меняет русла.
В общем, как было, так, собственно, и осталось.
Только в ее молчании столько грусти,
А ты вспоминаешь, как звонко она смеялась
Какой-нибудь шутке. И просто так, от счастья,
О чем-либо рассуждая, смешно, занятно.
Теперь она от тебя уходит — в себя — так часто.
И тебе кажется, в следующий раз не придет обратно.
А пустота ледяным заползает в душу,
И разливается непреходящей болью.
Эмилиан Сципион, Карфаген разрушен.
Что же ты плачешь, его посыпая солью.
Я шагаю по подсохшей корочке ожога.
Легкий укол и сукровица проступает
сквозь трещины.
Боли никогда не бывает слишком много,
Но самая страшная —
даруется рукой женщины
Причем любимой.
Только любимой,
единственной на земле
Возможны вариации, но без того чувства
Еще можно выжить, выпрямиться в седле,
Выломать тело до тихого костного хруста.
Пустить коня, именуемого Судьбой,
Вскачь по выжженной душе,
чтобы горячий пепел
Взвился вверх, наполнил легкие ворожбой
И скомкал горечью строчек прощальный лепет.
Ты — любишь.
Я — люблю.
Разве это причина
Для того, чтобы вечно быть вместе?
Где был светлый лик, там сейчас личина
И прогорклый вкус ежедневной лести
Если такое допущено богом на небесах,
Значит, это — крест и расплата за вечность —
близко
И ты когда-нибудь тоже почувствуешь
тот же страх
За жизнь,
приравненную к выцветшей
долговой расписке
Жизнь в пяти эпизодах
Детство
Боже, какая гадость — пенка на молоке
Манная каша — мерзость. Лука ошмётки в супе.
Страшные звуки ночью где-то на чердаке
И на картинке в книжке —
Баба Яга на ступе.
Юность
Боже, какая гадость — стыдные волоски
Мамина шляпа — мерзость.
Прыщик на подбородке.
Слёзы в подушку ночью,
Призрак моей тоски.
И причащение взрослых —
Горькая рюмка водки.
Молодость
Боже, какая гадость —
Он не пришёл домой
Запах измены — мерзость.
Пошлый белесый волос.
Страх одинокой ночи чёрною бахромой.
И телефонный зуммер тихо играет соло.
Зрелость
Боже, какая гадость — сети моих морщин
Мамина шляпа — мерзость. Стирка, кастрюли, дети.
Ночь, головные боли тенью иных причин.
И осознание искрой — прожитые две трети.
Старость
Боже, какая гадость — список моих лекарств
Муки склероза — мерзость. Память о прошлом, ступор.
Боль превращает ночи в наипошлейший фарс.
Пенки. Прыщи. Измены. Стирка. И я — и ступа.
Покров прошлого скроен из обрезков наших чувсвт и прошит нитями, которые не всегда разглядишь. чаще всего лучшее, что мы можем сделать,-завернуться в него, прикрыв себя, или тащить его за собой в нашем стремлении вперед. Но все имеет свою причину и все назначение. Зарождение каждой жизни, каждой любви, каждого действия, чувства и мысли имеет свои основания и призвано сыграть определенную роль. И порой мы понимаем их. Иногда мы видим прошлое очень ясно, и связи между отдельными его частями предстают пред нами так четко, что каждый шов, скрепляющий их, приобретает смысл, и мы читаем послание, зашифрованное в нем, В любой жизни, как бы полно или, наоборот, убого она ни была прожита, нет ничего мудрее неудачи и нет ничего яснее печали. Страдание и поражение — наши враги, которых мы боимся и ненавидим, - добавляют нам капельку мудрости и потому имеют право на на существование.
Вот бы взять и стать везучим -
Чтобы все как у людей,
Чтоб тепло в мороз трескучий,
Чтобы лето без дождей.
Чтоб друзья звонили чаще,
Узнавая, что да как,
Чтоб негаданное счастье -
Просто так.
Вот бы взять и стать степенным,
Бросить с пятницы курить,
Написать роман толстенный
И деньгами не сорить.
Чтоб огонь горел в камине,
Чтобы с кисточкой колпак,
Чтобы радость без причины –
Просто так.
А звезды падают все выше
В озеро алой зари,
И рыжий кот запел на крыше.
Let it Be... Let it Be...
Вот бы взять и стать могучим,
Не судить и не жалеть,
Разогнать над миром тучи
И простудой не болеть,
Чтоб забыть свою усталость,
Сделать к небу первый шаг,
Чтобы ты со мной осталась-
Просто так.
Вот бы взять и стать везучим, Let it Be...
Вот бы взять и стать степенным,
Let it Be...
Чтобы ты со мной осталась
Последнее солнце роняет себя на купол,
Осталось разбиться в тетради в попытках жить.
Из нас не получится даже тряпичных кукол —
Внутри вместо ваты осколки красивой лжи.
Во благо, во имя плевать по какой причине
Мы выбрали этот способ ломать мосты,
Сегодня нет повода выть и бежать на имя.
Сегодня нет. Нет его. Детка давай, остынь.
Напейся, порви блокноты, смени прическу,
Купи новый галстук. Не парься по мелочам.
Мы будем прохожими холодно и не броско,
Похожими только шрамами на плечах
И ровными взглядами, где ничего от наших,
Умевших когда — то каяться и сжигать
Мы станем мудрее и может быть, веком старше,
Поймем, что когда — то нам было, кого терять.
Шуршала осень. Билась ночь
О тротуар дождливым степом.
Они сидели молча. Врозь.
Она пыталась греться пледом,
А он курил, смотрел в окно,
И посмотреть в глаза не мог ей,
Когда-то женщине родной,
Теперь — чужой и одинокой,
К которой он пришел, как гость,
Пришел со стуком, без ключей, и,
Как камнем бросил "не срослось",
"Я ухожу", "прошу прощенья",
Так получилось, ты пойми, ведь,
знаешь, сердцу не прикажешь,
Он говорил и говорил
И по душе водил, как сажей,
Как саблей по вискам рубил,
Как молотками по запястьям:
"Она другая". "Полюбил".
"Прости, бывает. Я с ней счастлив"
И мог назвать бы сто причин
И оправдаться перед ней, но
Вдруг воздух сделался
Ничьим и даже, будто, тяжелее —
Она молчала. Так молчат,
Когда у горла сталь щекочет —
Она смотрела, как стоят
У двери маленькие дочки
И ни-че-го ему в ответ.
Он уходил тяжелым шагом
Молчала женщина в окне,
А на руках любовь держала.
Он проявляется красными или синими.
Строчками. Он заходит не постучав.
Слишком не твой, чтобы помнить его по имени.
Слишком опасный, чтоб по нему скучать.
Он начинается медленно и задумчиво -
Так у каминов потягивают глинтвейн ,
Слишком красивый, чтобы придумать лучшего.
Слишком чужой, чтобы сделать тебя своей.
Ты его пишешь так же, как пишут тайное
На оборотах забытых и пыльных книг,
Ты никогда не просишь "не забывай меня".
Он же молчит о том, как к тебе привык.
Только одна причина вот так
безумствовать передавая сердце через тетрадь.
- Слишком реальная, что бы тебя почувствовать.
- Слишком придуманный, чтобы тебя искать.
"Друзья"
Эти губы цвета граната
От поцелуя помада,
Что бы я ничего не забыл.
Каждый новый козырь — «крести»,
Рад любым от тебя известиям,
Убеждаю себя, что разлюбил.
По-другому нельзя,
Мы теперь с тобой лишь друзья,
До тебя, у меня их не было.
Но, не смейся,
Не имей я таких «друзей»,
Моя жизнь была бы скучней,
А за черной, следует белая.
Время тянет меня в пучину,
Кто не хочет, ищет причину,
Все конечно же именно так.
Но пойми, зачем эти сложности,
Если я не имею возможности,
Рассказать тебе, что и как.
По-другому нельзя,
Мы теперь с тобой лишь друзья,
До тебя, у меня их не было.
Но, не смейся,
Не имей я таких «друзей»,
Моя жизнь была бы скучней,
А за черной, следует белая.
Она любила рисковать
И ставить всё на кон,
Любила небо целовать
И солнцу слать поклон,
Любила желтую луну
И шелест буйных трав,
А я — любил ее одну,
И в этом был неправ.
Я дорожил ее судьбой,
Любил в ней суету.
Вступал с обидчиками в бой
И защищал мечту.
Я был заряжен на успех,
Не прозябал ни дня.
Она, самой себе на грех,
Любила лишь меня.
И всё бы было, так ведь нет —
Без видимых причин
Не может с музой жить поэт,
Я должен жить один.
Да и она всегда одна
Должна, как видно, быть,
Чтоб не приелась нам весна
И страсть весну любить.
Ему и ты ему: «Все отлично. Я не нуждаюсь ни в чем».
Включаешь единоличность — и бог себе, и господин.
А сама аж скулишь — так хочешь уткнуться в его плечо.
Этот, девочка, — даже больше, чем единственный из мужчин.
Этот, знаешь ли, твой до строчки. Но не выписать их вовне,-
Ты не помнишь ни время суток, ни недель, ни других имен,
Если их не дают по словно выводить на его спине
В час, когда за кроватью к окнам предрассветный крадется сон.
Этот — твой — и на этом точка. Отпускай себя в январи,
Забывай города и страны, все, что было сквозь дни, не с ним.
Он такой, что от этой искры нестерпимо горит внутри
Этот больше, чем просто больше. И не надо искать причин.
Здравствуй, мой одинокий мужчина,
Не до конца забытое прошлое,
Бессонных ночей моих причина,
Забылось плохое, осталось хорошее.
Здравствуй, влюблённость моя безумная,
Печаль моих глаз необъяснимая,
Моих поступков цель неразумная,
Тот, с кем была я до боли ранимая.
Здравствуй, моё воспоминание,
Самое светлое, самое грустное,
Я не ищу с прошлым свидания,
Там остаётся только ненужное.
Здравствуй, мой одинокий мужчина,
Непонятой мной грустью охваченный,
Тот, кто мне дорог без всякой причины,
По воле судьбы мне предназначенный.
В лоне царствия земного
Среди пьянства и утех
Изменился лик святого —
Модным стал сегодня грех.
Поклоняемся желаньям,
Чувствам, стилю и семье,
Без любви стремимся к знаниям,
Ходим днём в ночном белье.
Ритуалам бьём поклоны,
К боли ближнего остыв,
Просим счастья у иконы,
Бога в сердце позабыв.
Разобщились по сектантствам,
Где б повыгоднее в рай,
Внешней формой и убранством
Скрыть ли сумрачный сарай?
Молим к тем, в кого не верим,
Веря тем, кто снимет боль,
По науке душу мерим,
Разбавляя знанием соль.
Чей-то истиной стреляем
Уловленные сердца,
В тьме кромешной доверяем
Лишь злотым огням тельца.
По причине беззаконий
Охладеет в нас любовь
Отсекая хвост драконий
Снова пустим чью-то кровь?
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Причина» — 1 542 шт.
