Цитаты в теме «причина», стр. 77
Томатный сок
Вам нравится томатный сок?
Спросили как-то анонимно
И популярным стал ответ:
- Люблю его за витамины
Вдруг кто-то гордо произнес:
- В аптеке витаминов целый воз!
А для любви есть веские причины,
В его названии таится моё имя
- Вы, Том? Вы, женщина!
Тогда, конечно, Сорри!
Вот как! Еще, Вам, нравится в нем соль,
Которая напоминает море
Сейчас весна нам дарит свет,
И так прекрасна веточка мимозы
- Отнюдь! В ней доминирует лишь цвет,
И то моей любимой розы
- За романтичность, Вас, благодарим,
Теперь ведь каждый точно знает:
Томатный сок здоровье всем дает,
А ваше имя, его только укрепляет.
Есть два вида гения: один, который прежде всего зарождает, оплодотворяет и хочет оплодотворять, другой же охотно дает себя оплодотворять и рождает. Точно так же и среди гениальных народов есть такие, которым выпала на долю женская проблема беременности, тайная задача образовать, вынашивать, заканчивать — греки, например, были народом такого рода < >; и другие, которые сами должны оплодотворять и делаться причиной нового уклада жизни, — как, например, евреи. Есть народы, которые мучаются и возбуждаются неведомой горячкой и, неудержимо выходя из себя, влюбленные и сладострастные по отношению к чуждым расам < >, и при этом властолюбивые, как всё, что чувствует в себе полноту сил к оплодотворению, и, следовательно, сознает себя существующим по «милости Божией». Эти два рода гения ищут друг друга, как мужчина и женщина; но они так же не понимают друг друга, как мужчина и женщина.
— У Майкла есть Бен, у тебя есть Джастин, даже у Эммета есть Джордж! Господи боже, почему у всех, кроме меня, есть кто-то?..
— Причина того, что у тебя нет бойфренда, в том, что ты не хочешь его иметь.
— Не хочу?
— Если бы он был, это бы поставило под сомнение твое прочно укоренившееся мнение о самом себе как о бесполезном мешке дерьма, который никому не нужен. Поэтому ты интересуешься теми парнями, которые, как ты заранее знаешь, тебя отвергнут, а потом стоишь и ноешь, как старшеклассница. Хотя в действительности ты получил именно то, чего и хотел — то есть ничего.
Если бы каждое мгновение нашей жизни бесконечно повторялось, мы были бы прикованы к вечности, как Иисус Христос к кресту. Вообразить такое — ужасно. В мире вечного возвращения на всяком поступке лежит тяжесть невыносимой ответственности. Это причина, по которой Ницше назвал идею вечного возвращения самым тяжким бременем.
А коли вечное возвращение есть самое тяжкое бремя, то на его фоне наши жизни могут предстать перед нами во всей своей восхитительной лёгкости.
Но действительно ли тяжесть ужасна, а лёгкость восхитительна?
Самое тяжкое бремя сокрушат нас, мы гнёмся под ним, оно придавливает нас к земле. Чем тяжелее бремя, тем наша жизнь ближе к земле, тем она реальнее и правдивее.
И напротив, абсолютное отсутствие бремени ведет к тому, что человек делается легче воздуха, взмывает ввысь, удаляется от земли, от земного бытия, становится полуреальным, и его движения столь же свободны, сколь и бессмысленны.
Так что же предпочтительнее: тяжесть или лёгкость?
Нино опаздывает. По мнению Амели, для этого может быть только три причины:
1) Он не нашел снимок.
2) Не успел его склеить из-за того, что три бандита-рецидивиста решили ограбить банк и взяли его в заложники. За ними гналась полиция департамента, но им удалось уйти, а он в это время спровоцировал аварию. Когда он очнулся, то ничего не помнил. Его подобрал на дороге один дальнобойщик — бывший зек. Решив, что Нино в бегах, он спрятал его в контейнере и отвез в Стамбул. Там Нино подвернулись афганские террористы. Они предложили ему воровать с ними советские боеголовки. Грузовик подорвался на мине на Таджикской границе, он один остался в живых. Его приютили в горной деревне, и он стал боевиком маджахедом. И зачем тогда Амели так дергаться из-за парня, который будет до конца своих дней жрать борщ и носить на голове дурацкий горшок?
3)
Устала я от Ваших тесных рук
И от тускнеющей в глазах печали.
Мне хочется, мой милый друг,
Чтобы меня Вы впредь не замечали.
Устала я от всех пустых звонков
И от речей влюблённых до рассвета,
От Ваших грустных и ненужных слов,
Зачем Вы ждёте от меня ответа?
Зачем к ногам моим Вы стелите цветы,
Ведь сердце отторгает — что не мило.
Вы так упорно строите мосты,
Которые сжигаю, что есть силы.
Послушайте меня, мой милый друг:
Судьба имеет на сей счёт свои причины.
И нет, поверьте, холоднее рук,
Чем руки нелюбимого мужчины.
— Ты мне так ничего про себя и не рассказал.
— Как же, не рассказал. Я тебе рассказал, как мне не везёт с женщинами. Я, правда, забыл упомянуть одну вещь, из-за которой женщины бегают за мной, как кошки за рыбёшкой.
— Знаю. Ты умеешь слушать других и искренне любишь детей.
— Нет, не поэтому. Я просто невероятно богат.
— Ужасно, что ты думаешь, что деньги — единственная причина твоей привлекательности для женщин. Веришь или нет, у меня сегодня прекрасный вечер, потому что ты такой Такой скромный, милый и необыкновенный. И ещё потому, что Вудди Ален заставил нас пересмотреть каноны мужской красоты.
— Мне показалось, ты сказала, что я тебе нравлюсь таким, как я есть.
— Да, это правда, деньги тут не причём. Абсолютно не причём.
— Это хорошо, потому что про деньги я соврал.
— Мы тебе костыляем, а ты каждый раз возвращаешься Зачем ты это делаешь?
— Зачем? Зачем альпинист лезет на самую высокую вершину? Зачем моряк в одиночку переплывает океан? Зачем дрессировщик входит в клетку к голодному хищнику, а? Не знаешь? У всех этих поступков одна причина, чувак.
— Типа гордость?
— Нет. Типа женщины. Я — идиот! Вы все идиоты. Да-да, потому что мы мужики. И женщины крутят нами, как хотят, начиная с детского сада, когда предлагают съесть гусеницу и заканчивая: «Дорогой, потри мне спинку, ведь тебе самому это так нравится.»
И мы едим! И трём! И так было, и так будет, потому что мы — мужики, а они — женщины. И они будут вечно толкать нас на идиотские поступки, а мы будем вечно их совершать! Вот скажи мне: ты когда-нибудь катался на горных лыжах?
— Нет.
— Значит будешь. Если твоя девушка этого захочет.
И вот ты катишься кубарем с горы, трещат то ли лыжи, то ли кости, врезаешься в дерево, вскакиваешь и, как ни в чём не бывало, кричишь: «Всё в порядке!» А они знают, что не всё в порядке, знают, но как бы не замечают ни этих пятен на снегу, ни куска лыжи, торчащего из твоей задницы. Понимаешь, пока есть женщины, мы будем совершать эти идиотские поступки, чтобы произвести на женщин отличное впечатление. Вот почему я здесь. Вот почему ты здесь. Вот почему они все здесь.
Господи, как же я по тебе скучаю, ты бы знал.
И каждую секунду ты в моей голове.
Каждый день, мелькают люди,
За ними тени — гляди, гляди,
А я сижу как вкопанная
И все вокруг мелькает
А я сижу как неприкаянная
И даже не знаю, куда пойти,
В голове так бесчисленно много
Везких причин выкинуть тебя из головы.
И сразу думается — а зачем?
И добавляется — ни к чему.
Этой теплой зимой все неспешно тает
С самого декабря и я тону.
Я читаю до дыр все, что под руки попадется,
Я глушу каждую мысль о том,
Какие ягоды на твоих губах.
И как ты пахнешь,
Когда только открываешь глаза по утрам.
И кажется, будто знаю как.
Слаще только музыка по ночам
У раскрытого настежь окна
В теплый летний дождь
И спящая кошка.
Мне бы тебя хоть совсем немножко.
Хоть на самую малую долю этого времени.
Но у меня его нет, а тебе оно ни к чему.
Да, я тихо иду ко дну.
Я молча капитулирую и утекаю
С первыми зимними льдами.
Я засыпаю, и Господи, ты бы знал,
Как я по тебе скучаю.
Я показал тебе район, где я жил, бары, мою школу. Я познакомил тебя со своими друзьями, родителями. Я слушал тебя, когда ты учила свои роли, слушал твое пение, твои надежды, твои желания. Я слушал музыку твоих слов, а ты слушала меня, слушала мой итальянский, немецкий, русский. Я подарил тебе плеер, а ты подарила мне подушку. И однажды ты поцеловала меня Время шло, время мчалось, и все казалось настолько легким, таким простым, свободным, новым и неповторимым Мы ходили в кино, мы ходили танцевать, ходили по магазинам. Мы смеялись, кричали, мы плавали, мы курили, мы брились. Время от времени ты кричала Я ходил к тебе в консерваторию, я готовился к экзаменам, я слушал твое пение, твои надежды, твои желания. Я слушал музыку твоих слов, а ты слушала меня. Мы были близки, так близки, еще ближе Мы ходили в кино, мы ходили плавать, мы смеялись вместе. Ты кричала, иногда по поводу, иногда без. Время шло, время мчалось. Я ходил к тебе в консерваторию, я готовился к экзаменам, ты слушала, как я говорил на итальянском, немецком, русском, французском. Я готовился к экзаменам. Ты кричала, иногда с причиной, через некоторое время без повода. Ты кричала без повода. Я готовился к экзаменам. Экзамены, экзамены Время шло, ты кричала. Ты кричала, ты кричала Я ходил в кино..
— Что такого природа дает нам? Разве она не жадна, не разрушительна, не жестока, не непостоянна и не совершенно черства? Не замечали ли вы, что она лучше всего умеет убивать и калечить? Разве вы не видите, что зло — ее естественный элемент? Что ее творческие порывы только наполняют мир кровью, слезами и горем.
— Она — наша мать!
— Какая мать тратит столько своей энергии, причиняя страдания, беспощадно и систематически убивая собственных детей? Стоит только бросить взгляд на эту вашу «мать», и станет понятно, что она создает только, чтобы уничтожить. Все, что она делает, так это убивает! А мы — ее дети! Так почему же, мы, должны вести себя иначе? Я убил бы такую мать!
Что же касается Бога Природа, по крайней мере, существует независимо от нашей воли, наших желаний. А Бог Он просто создан из человеческих страхов и надежд.
Люди всегда были несчастны. И они всегда боялись. Они ищут причину бед и надеются остановить свои страдания. И они породили такую химеру, как Бог, в надежде, что он исполнит их желания!
Бог — не более, чем химера, рожденная нашими опасениями и слабостью.
— Но религия преподает нам
— Что говорит христианская догма, об этом вашем могущественном Боге? Что ваша религия говорит о нем? Все, что я вижу, так это непостоянное и варварское существо, создавшее однажды мир, чтобы потом только и сожалеть об этом. Слабое существо, неспособное сотворить человека таким, как он хочет!
— Но если бы бог создал нас совершенными, зачем нам надо было бы стараться быть достойным спасения?
— Какая банальность! Почему бы людям, не быть достойным их Бога? Создать нас неспособными к злу это было бы деянием, достойным Бога! Но давая человеку свободу выбора, вы даете ему искушение. Бог в его бесконечной мудрости должен был знать, куда это ведет. Он вводит в заблуждение существ, созданных им, исключительно для собственного развлечения! Такой Бог ужасен! Такой Бог чудовищен! Такой Бог вреден! И он заслуживает только нашей ненависти и мести!
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Причина» — 1 542 шт.
