Цитаты в теме «слово», стр. 318
Как прекрасно прощаться с тем,
Кому ты ничего не должен,
Кто тебе ничего не должен,
И вообще для тебя никто.
Как прекрасно уйти самой,
Никого не ругая «прошлым»,
Отрешиться от общих тем,
Завернувшись в свое пальто.
Как прекрасно, когда к нему
Остаешься ты равнодушной,
Ничего в тебе не затронут
Никакие его слова.
Слишком больно, когда они
Западают нелепо в душу,
Когда рядом — идешь ко дну,
Либо чувствуешь, что жива.
Как прекрасно одной стоять
На огромной, пустой дороге,
Ощущая внутри полет,
Наслаждаясь осенней ночью
А потом возвращаться к дому,
И в холодной постели спать,
Встретив ласково у порога,
Свое чертово одиночество
Как прекрасно прощаться с тем,
Кому ты ничего не должен.
Я наравне с другими
Хочу тебе служить,
От ревности сухими
Губами ворожить.
Не утоляет слово
Мне пересохших уст,
И без тебя мне снова
Дремучий воздух пуст.
Я больше не ревную,
Но я тебя хочу,
И сам себя несу я,
Как жертву палачу.
Тебя не назову я
Ни радость, ни любовь.
На дикую, чужую
Мне подменили кровь.
Еще одно мгновенье,
И я скажу тебе,
Не радость, а мученье
Я нахожу в тебе.
И, словно преступление,
Меня к тебе влечет
Искусанный в смятении
Вишневый нежный рот.
Вернись ко мне скорее,
Мне страшно без тебя,
Я никогда сильнее
Не чувствовал тебя,
И все, чего хочу я,
Я вижу наяву.
Я больше не ревную,
Но я тебя зову.
Исповедь
Я поставил несколько фильмов — «Ирония судьбы», «Служебный роман», «Гараж», О бедном гусаре замолвите слово», «Вокзал для двоих», «Жестокий романс», «Забытая мелодия для флейты», «Дорогая Елена Сергеевна» В этот период параллельно «с многочисленными и разнообразными занятиями и обязанностями существовало что-то вроде внутреннего монолога или, если хотите, стихотворного дневника. В стихах фиксировалось то, что не находило себе места, да и не могло найти, в сценариях и фильмах мучительное желание высказаться о личном, только моем, стремление поделиться чем-то заветным, жажда исповеди и побудили меня к стихотворству. Исповедь, я думаю, то, к чему властно тяготеет каждый вид искусства. В этом смысле поэзия наиболее интимна. В искренности, правдивости чувств, обнажении тайников души, умение заглянуть в человеческие глубины, наверное, суть поэзии.
Распято время. Тиканье часов
Бессилья гвозди глубоко в запястья
Загонит. Я спущу голодных псов
По следу, пахнущему нашей страстью.
По следу слова, по шагам любви.
Глаза в огне и глубоко дыханье,
и до разрыва — ноздри у земли
С ошейником тугим из понимания того, что явь
Не воплотится в сон, хоть сон, порой,
Реальней всякой яви
Я выгоняю псов из мыслей вон,
Чтоб воем тишины не нарушали
Которой мне достаточно глотка.
И захлебнуться. А по следу звери
Опять к тебе, сорвавшись с поводка,
Чтоб умереть, твоей достигнув двери.
Осеннее утро проткнуло ветвей наготой
Печальное небо, унылое серостью красок,
И листья засыпали стол на открытой террасе,
Дарившей вчера еще теплый уют и покой
Фонарь над столом помнит медленный вальс мотыльков,
Куда-то пропавших за серую дымку тумана,
Заливистый смех, перезвон веселящий стаканов,
Надрывность гитары и вторящих ей голосов
Страницы романа и ночи июльской тепло,
Мерцание свечи, аромат засыпающих лилий
Молчанье двоих, что друг друга когда-то любили,
Но стали чужими. Чье время уже истекло
Бессильно вернуться, распавшись на тысячи слов
По капле сквозь пальцы печально и как-то нелепо
Как жизнь забирая из листьев, короткое лето
Уходит, опавших надежд оставляя покров.
А он говорил ей: «Живи без мечты и снов.
Всему есть пределы и точки в конце строки.
Слова — это ложь, значит мир состоит из слов »
А ей так хотелось коснуться его руки
Она закрывала на правду глаза и вновь
Училась, как в школе, прилежно кроить и шить,
Неровность душевную, вытачки «под любовь»
А он говорил ей: «Возьми, лучше, крепче нить,
Иначе порвется. Стихом ли, молчаньем ли,
Проверкой на прочность, без сути и без причин »
И долго курил, обжигая покой внутри,
Себя представляя на месте ее мужчин.
Я сама заболела тобой.
Заразилась от слов,
Лихорадку фантазий беспечно впустила в тело.
Не привитая я от болезненно-ярких снов,
Бесполезно ищу ответы.
Скажи, что делать?
Я сама заболела тобой.
И дыханье жжёт
Невозможность эта слиться с тобой губами.
Постарается врач, но он вряд ли найдёт ответ,
Лихорадки причину, вспыхнувшей между нами
Я сама заболела тобой?
И мне ночь, как день,
Недоступность тебя мою иссушила кожу.
Каждый шорох, оконной рамы косая тень
Мне прошепчут тихо «Тобой заболел он тоже»
Я сама заболела тобой и лекарства нет
Этот вирус в крови и быстро пройдёт едва ли.
Я не врач, но мне кажется, знаю простой ответ:
Мы такой любовью всегда заболеть мечтали.
Слышишь?
Кто-то из нас двоих не стерпел обиды
Слова раскрошив во рту, как печенье «Конти»
И это так больно, больно так больно видеть
Как ты дрожащей рукой раскрываешь зонтик
И лица — совсем чужие — все мимо, мимо
А дождь — холостой и тихий — по краю крыши
Мы снова зачем-то клин вышибаем клином
И это так глупо, глупо так глупо, слышишь?
Мир утонул в молчании, и ветер в окна
Злобно, наотмашь, швыряет слова обиды
Гордость упрямо идет босиком по стеклам
И это так больно, больно тебя не видеть
Резко, пощечиной, хлопнули наши двери
Разве не каждый, кто встал между нами, лишний?
И хрупкое наше счастье сейчас не верить
Да, это глупо, глупо так глупо, слышишь?
Романс на двоих
Я спою о безумной любви,
О крушении хрупких надежд.
Ты, Колян, там фанеру вруби
Да высокие малость подрежь.
О прогулках по саду в ночи,
О луне, утонувшей в пруду,
Ты звучи, моя запись, звучи,
Я в тебя как-нибудь попаду.
О сияньи волос золотом,
О венке, что из роз тебе сплел
Ты чего там, уснул за пультом?
Ты ж меня подставляешь, козел!
О губах твоих алых, как мак.
О зубах твоих белых, как лед.
Это ж крупная лажа, чувак,
Это ж с бабками полный пролет.
О словах, от которых я пьян,
О немеркнущем чувстве святом.
Все. Линяем отсюда, Колян,
За базар я отвечу потом.
О рейтингах немного прозы...не буду проводить никаких параллелей .Везде одно и то же. Прочитал ряд статей местных «Мэтров» Стихиры — о рейтингах. На душе гадостно и тошнотворно жалко времени
Визг, клекот, гвалт, потрясание кулаками не норматив и идиоматические выражения тут же Оскорбления и обвинения — не счесть им числа. Ташкентский вокзал, да нет, скорее Китайская барахолка И это Лидеры?, это Десятка?, это Элита отнюдь, тут более подходяще другое слово. В погоне за рейтингом — они перестают «писать», в бесконечной гонке на "Олимпе" успевают «творить», превращая поэзию в бессмыссленный фарс. За спиной мастеров стройные ряды их неофитов — воинственных и «просветленных» и потому стычки перерастают в бесконечные сражения и войны. А поэзия, спросите вы? Как же она? А никак еще дышит «Старушка», но все реже и реже.
Ассорти...Загадка
Как не любить людей простых природу,
Все, что ни есть — в поступках и словах,
Иной на воле — будто в кандалах,
Другой в тюрьме — но здесь, обрел свободу(?!)
Друг
Вы с детства с ним — давайте без прикрас,
Ему шептали обо всем, частенько врали,
Даря немногое, в ответ просили, брали,
Но помня многое, он все же любит вас
Женитьба
По мере сил (и выше) — вам подарки,
Любой из нас захвачен кутерьмой,
Вы перед свадьбой: — «Ангел! Котик, мой!»
Чуть погодя — прислуга, и кухарки
Клевета
Скажу одно, зачем ходить кругами,
Коль про врагов затеян этот стих,
Чем больше грязи бросите вы в них,
Тем больше «ямочка» под вашими ногами.
Пусть будет...Человек — единственное известное мне явление во Вселенной, которое, встав не с той ноги поутру, может одним словом обложить всю эту вселенную: «Пропади всё пропадом!», — и понесутся во мрак небытия звезды с планетами, шаровые скопления, галактики, метагалактики, ещё более супергалактики, и ещё более супер-супер-супер А потом человек зевнет, выпьет кофе и скажет: «Ладно, хрен с ним, пущай будет » — и понесутся обратно, причем под ручку с ядреным овощем, а точнее, с корнем хреном, опять супер-супер-супергалактики обратно в бытие.
За кулисами
Вы стояли в театре, в углу, за кулисами, А за Вами, словами звеня, Парикмахер, суфлер и актеры с актрисами
Потихоньку ругали меня.
Кто-то злобно шипел: «Молодой, да удаленький.
Вот кто за нос умеет водить».
И тогда Вы сказали: «Послушайте, маленький, Можно мне Вас тихонько любить?»
Вот окончен концерт Помню степь белоснежную
На вокзале Ваш мягкий поклон.
В этот вечер Вы были особенно нежною, Как лампадка у старых икон
А потом — города, степь, дороги, проталинки
Я забыл то, чего не хотел бы забыть.
И осталась лишь фраза: «Послушайте, маленький, Можно мне Вас тихонько любить?»
Три ложки чёрного душистого на турочку,
Пол — ложки сахара, плита огнём мерцает,
Я вспоминаю мою музу, трубодурочку,
Сосёт под ложечкой и сердце замирает.
Я обожаю мою птичку, рыбку, лапочку,
Я для неё готов в огне своего пыла
Свернуться стелькой,
Скажем, комнатного тапочка,
Зубною щёткой стать,
Шампунем или мылом.
Дрожу мечтательно, целуя фотомордочку,
Она икает, словно ухает сова.
Мне б постучать когтем,
К примеру, в её форточку.
И прошептать сакраментальные слова.
Нет, прокричать их громко —
Громко что есть силищи,
Глубокий вдох Второй
Что б голос не дрожал:
Пока разглядывал твоё я фоторылище,
Гадюка подлая, весь кофе убежал!
Рассыпав соль с утра случайно
Сидит ссутулившись старик,
Боясь, что сбудется предание
И соль рассорит с бабкой их.
Собрал в ладонь он осторожно
Крупицы соли со стола,
Но сердце дребезжит тревожно,
Ведь соль единственной была!
Залез на печку чертыхаясь,
Накрылся старым сюртуком
И в теплой дреме расплываясь,
Решил, что купит соль тайком.
Старушка с рынка возвратилась,
Решила свежий суп сварить,
Но очень сильно удивилась,
Суп нечем было посолить!
Тогда старуха торопливо
Полезла в дальний закуток,
Где с давних пор она хранила
С запасом соли свой кулёк.
Вдруг храп раздался с печки,
От страха вздрогнула рука
И соль посыпалась на плечи
Из полетевшего кулька.
Старуха сильно рассердилась,
По печке застучала кулаком,
И снова сильно удивилась:
Дед в магазин сходил тайком,
Без слов он соль ей протянул
И сонно сладенько зевнул.
Путь к себе
Иду на ощупь, но бесстрашно,
И не скрываю цель свою
Быть с совестью в ладу мне важно!
Не прячу мысли, не таю
Учусь, ошибки исправляю,
Бывает плачу и грущу
А как иначе? Я не знаю
ЛИШЬ ТАК Я ПУТЬ К СЕБЕ ИЩУ!
Иду, порою спотыкаюсь,
Хоть падаю, опять встаю
И радуюсь, и удивляюсь,
Когда себя, вдруг, узнаю
В тех, кто обидев, не заметил,
Кто бросил грубые слова,
Кто на Любовь мне не ответил —
Во всех, во всём ищу себя
И наконец-то, понимаю -
Дают урок враги, друзья,
Благодарю и отпускаю
И вновь на мир смотрю любя!
А не нужно уже цветов.
Ни жёлтых и никаких Одуванчики отцвели и разлетелись белыми парашютиками Ты — всего лишь причина, породившая этот стих, рвущийся в клочья звук с чудовищными промежутками.
Что толку пенять на зеркало, которое лишь амальгама — не счастья, и не несчастья, а так просто ртутная На лицах обоих царапины, ссадины — метки храма давно разучившихся плакать в пустынях своих безлюдных.
И завтра уже не нужно!
И слов дежурных — диссонируют, режут По живому. А те, что ещё маячат и строят упрямо замки из ровных таких кирпичиков, каждый со знаком качества и меткою «прежде» — внешне же просто чудо! Обладающее, однако, изнанкой
А пауза затянулась
Называемая твоей толерантностью и моей любовью, но странною и странное сочетание когда-то — нежности, радости, слабости, сладости, теперь уже — вычитания, отрицания, расставания. Расстояние
увеличивающееся так стремительно
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Слово» — 7 188 шт.
