Цитаты в теме «смерть», стр. 170
— Итак, класс, кто может дать мне еще один пример позитивного или негативного стимулирования?
—
— Отлично, класс. Игнорируйте меня точно как он это делал! Кевин?
— Ну, а
— Заткнись, Кевин! Дарья?
— Хм чтобы ребенок прекратил плакать, мать может сказать: «Ну все! Я отправляю тебя в Эль Пасо к твоему настоящему отцу». Каждый раз, когда ребенок начнет выводить ее из себя, мать может помахать перед его лицом билетом на самолет или даже повесить на стену рядом с картинкой с клоуном. Этот билет отобьет у ребенка желание плакать, как и вообще проявлять любые эмоции навсегда.
— Хорошо, это
— Годами позже, один только вид самолета или просто звук мотора над головой может открыть ящик Пандоры и выпустить подавляющийся годами гнев, разрушая неустойчивую детскую психику и приводя к психическим расстройствам или даже смерти
— Мне нравится ход твоих мыслей.
В вечерней майской тишине,
В тяжелом жарком полусне
Внезапно стало ясно мне —
Я был когда-то на войне.
Я был живой, я был чудак.
Я упустил всего пустяк —
И что-то сделал я не так
В одной из тысячи атак. И все.
Я рухнул прямо в грязь.
Смерть черным смерчем пронеслась
Не испытал любовь и страсть,
Еще не надышался всласть.
Хотелось жить, хотя б чуть-чуть
Но что-то прожигало грудь.
Холодный ветер начал дуть.
И стал коротким дальний путь
И вот я здесь: дышу, живу,
Имею дом, люблю жену.
И я почти не вспоминаю
Про ту ужасную войну.
Всего пять дней я был на ней!
Я мог бы стать храбрей, сильней,
Но стал одним из миллионов,
Упавшим в грязь среди полей.
И майской ночью снится мне,
Как кровь стекает по спине,
Как неожиданно и просто
Я умираю на войне.
Так хорошо, что все прошло,
Что все мы победили зло,
И что я появился снова,
Что мне в итоге повезло.
НЕ ТРОГАЙТЕ ПРАЗДНИК ПОБЕДЫ!
Оплачены страшной ценою
Военных сражений года.
Но радостный праздник со мною
Был с самого детства всегда.
Я ждал его вместе со всеми,
Рассматривал вновь ордена
И в майских парадах весенних
Другою казалась война.
И плыли над площадью флаги,
И пели солдаты в строю,
О подвигах и об отваге,
Про смерть и удачу свою.
Победа! — красивое слово!
Подарок для нас и для Вас.
Победа! — и слышится снова
Военного времени вальс.
Смотрите, идут ветераны!
Из вечности в вечность идут.
И взрослыми ставшие рано,
Они победили беду
Забудем на время про беды
И, доблести павших верны,
Отметим величие Победы
И эхо далекой войны.
Пусть память шагает по следу,
Горит, как от ран ножевых
— Не трогайте нашу Победу!
Оставьте ее для живых!
ТОТ САМЫЙ ДОЛГОЖДАННЫЙ МАЙ
Услышав о военных фразу,
И повернувшись вдруг ко мне,
Бывает, спрашивают сразу: —
А это о какой войне?
О той войне — ужасной самой,
О бесконечной той войне
Где смерть ходила вслед за славой,
Где год за десять был вполне!
О той — отечественной, страшной,
Где жизнь была ценой в пустяк
Мужчины погибали наши,
А иногда — запросто так.
Потом, конечно, были войны,
Но всех их не сравнишь с одной,
Так будем памяти достойны,
Оплаченной такой ценой!
И, если говорят «Победа!»,
То никогда не забывай,
Про ту войну, про кровь, про деда
Про самый долгожданный май!
Не стучись в дверь, которая нарисована на стене предыдущими поколениями, обманувшихся в своих пустых мечтах. Войди в Истинную Дверь — Христа.
Если во сне ты будешь просить всех людей, которых ты увидишь, чтобы они разбудили тебя, сможешь ли ты проснуться с их помощью? Не просыпаешься ли ты независимо от них?
Так и наше Спасение приходит к нам не от этого мира, но извне — от Бога, пребывающего за его пределами.
Эта жизнь похожа на водопад, в котором легко погибнуть, но трудно подняться к его истокам.
Водопад времени обращает в прошлое каждое мгновение твоей жизни, но там, откуда время берет свое начало — времени не существует: именно там вечность ждет тебя.
Если привяжешься к мирским желаниям — узнаешь мир смерти, познай цену мирских желаний, пока они тебя не убили.
Хочу узнать, что ниспошлет судьба,
Какие жизнь мне изменения предвещает.
Все нагадать себе смогу сама, «Таро» —
Подсказку даст услужливая память.
Арканы старшие ложатся в круг,
Из них я выбираю карты на удачу.
Надеюсь, повезет.
А может, вдруг, звезду достану,
Мир и Солнце к ним в придачу
Нет, видимо, сегодня не мой день
И карты, как обычно, это понимают.
Они меня как будто взяли в плен —
Повешенный, смерть или Дьявол выпадают
Звезда, Мир, Солнце — соответственно XVII, XIX, XXI карты, относящиеся к Старшим Арканам Таро. Эти карты считаются наилучшими по значению. В основном, сулят радость и благополучие.Повешенный, Смерть, Дьявол — XII, XIII, XV карты. При учете названий не сулят совершенно ничего хорошего.
Происходит в жизни много разного:
Встречи, праздники, разлука, смерть.
Но то единственное — прекрасное,
Вряд ли знает каждый человек.
Как чудесно всё-таки быть женщиной,
Знать, что скоро будешь мать,
Чувствовать твои прикосновения
И биение сердца ощущать.
На себя смотрю я часто в зеркало —
Радостью полны мои глаза.
И жалеть мне больше нечего,
Ведь от любимого я жду тебя.
С гордостью сейчас хожу по улицам,
Смотрят вслед завистливо мне все.
А любимый мой сказал мне:
«Умница, за него люблю тебя ещё сильней!»
Как трудно верить в собственную смерть,
Когда стоишь у самого истока
И небо ослепляет синевой,
И жизнь летит без цели и без срока.
Извилистой дорогою спеша,
Судьбой гоним и призраком любим,
В местах, где захоронена душа,
Так трудно верить в Иерусалим.
Как трудно верить, просто слепо верить,
Как трудно свято верить в тишину.
И в зной пустынь, где ты ни разу не был,
И в богом не забытую страну.
Но в этой жизни, где твой срок недолог,
Где от себя тебе не убежать,
Ты понимаешь, с долей сожаления:
Как трудно верить и как просто знать.
Дай мне тему, дай мне пищу,
Дай мне счастье или боль,
Чтобы спелось, чтобы вышло,
Чтобы отыгралась роль
Жизни, смерти, бездны, пика,
Расставания и любви,
Дай икону с горьким ликом
Или сердце разорви.
Дай попробовать губами
Чем горит твоя душа,
Что скрывает по крыльями,
Обнажаясь не спеша.
Дай почувствовать подкожно
Злую соль открытых ран,
Чтобы было невозможно,
Чтобы мысли — как капкан.
Чтобы билось, вызревало,
Криком рвало тишину,
Слишком много, слишком мало,
Чтобы выло на луну.
Чтобы слово, даже слово
Плавилось, текло огнем.
Чтобы не было другого,
Чтобы я и мир — вдвоем.
Что я знаю о жизни? Разрушения, бегство из Бельгии, слёзы, страх, смерть родителей, голод, а потом болезнь из-за голода и бегства. До этого я была ребенком. Я уже почти не помню, как выглядят города ночью. Что я знаю о море огней, о проспектах и улицах, сверкающих по ночам? Мне знакомы лишь затемненные окна и град бомб, падающих из мрака.
Мне знакомы лишь оккупация, поиски убежища и холод. Счастье? Как сузилось это беспредельное слово, сиявшее некогда в моих мечтах. Счастьем стало казаться нетопленая комната, кусок хлеба, убежище, любое место, которое не обстреливалось.
– Вы хотите умереть, Вулл?
Похоже, это позабавило северянина.
– Я хочу жить вечно в стране, где лето длится тысячу лет. Я хочу замок в облаках, чтобы смотреть на весь мир сверху вниз. Я снова хочу быть двадцатишестилетним. Когда мне было двадцать шесть, я мог сражаться весь день и трахаться всю ночь. Неважно, чего мы хотим. Зима почти пришла, мальчик. А зима и есть смерть. Пусть лучше мои люди погибнут в бою за дочурку Неда, чем от голода в одиночестве, в снегу, с замерзающими на щеках слезами. Об умерших такой смертью не поют песен.
Для человека, который никогда не путешествовал, всякое новое место, сколько-нибудь отличающееся от родного края, выглядит очень заманчиво. Если не говорить о любви, больше всего радости и утешения приносят нам путешествия. Все новое кажется нам почему-то очень важным, и разум, в сущности, лишь отражающий восприятия наших чувств, уступает наплыву впечатлений. В пути можно забыть возлюбленного, рассеять горе, отогнать от себя призрак смерти. В простом выражении «я уезжаю» кроется целый мир не находящих выхода чувств.
— Ты ведь священник?
— Да
— И ты веришь в ад?
— Одно время я служил в маленьком пригороде в Англии, и каждое воскресенье после службы я видел мальчика, который стоял у входа в церковь. И однажды мальчик признался, что забил до смерти свою собаку лопатой. Он сказал, что пёс укусил его младшую сестру за щеку и он хотел отомстить. Мальчик волновался, не отправят ли его за это в ад. Я сказал ему, что Бог поймёт его, если мальчик раскается и, конечно, простит его. Но мальчику не нужно было прощение, он боялся только того, что если попадёт в ад, этот пёс будет там ждать его
Медленно спускаюсь я с холма. Спокойной ночи, милая моя, буйное сердце мое, думаю я. Прощай, Изабелла! Ты не утонула, это вдруг становится мне ясно. Ты не померкла и не умерла. Ты только отступила вглубь, ты отлетела, и даже не это: ты вдруг стала незримой, подобно древним богам, оттого, что изменилась длина волны, на которой их видели, ты здесь, но ты неуловима, всё всегда здесь, ничто не исчезает, по нему только проходят свет и тени, оно всегда тут — наше лицо до рождения и после смерти, оно иногда просвечивается сквозь то, что мы считаем жизнью, и на миг ослепляет нас, поэтому мы никогда потом уже не бываем прежними.
Не все больные следят за церковной службой. В задних рядах сидят неподвижно, сидят, словно окутанные грозной печалью, как будто вокруг них лишь пустота, — впрочем, может быть, так только кажется. Может быть, они пребывают в совсем других мирах, в которые не проникает ни одно слово распятого Спасителя, простодушно и без понимания отдаются той музыке, в сравнение с которой звуки органа бледны и грубы. А может быть, они совсем ни о чём не думают, равнодушные, как море, как жизнь, как смерть. Ведь только мы одушевляем природу. А какая она сама по себе, может быть известно только этим сидящим внизу душевнобольным; но тайны этой они открыть не могут. То, что они увидели, сделало их немыми. Иногда кажется, что это последние потомки строителей Вавилонской башни, языки для них смешались, и эти люди уже не могут поведать о том, что увидели с самой верхней террасы.
Если судить по извещениям о смерти и некрологам, то можно вообразить, что человек — абсолютнейшее совершенство, что на свете существуют только благороднейшие отцы, безупречные мужья, примерные дети, бескорыстные, приносящие себя в жертву матери, всеми оплакиваемые дедушки и бабушки, дельцы, в сравнении с которыми даже Франциск Ассизский покажется беспредельным эгоистом, любвеобильнейшие генералы, человечнейшие адвокаты, почти святые фабриканты оружия — словом, если верить некрологам, оказывается, на земле живут целые стаи ангелов без крыльев, а мы этого и не подозревали.
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Смерть» — 3 997 шт.
