Цитаты в теме «смертный», стр. 20
Ну что тебе надо еще от меня?
Чугуна ограда. Улыбка темна.
Я музыка горя, ты музыка лада,
Ты яблоко ада, да не про меня!
На всех континентах твои имена
Прославил. Такие отгрохал лампады!
Ты музыка счастья, я нота разлада.
Ну что тебе надо еще от меня?
Смеялась: «Ты ангел?» — я лгал, как змея.
Сказала: «Будь смел» — не вылазил из спален.
Сказала: «Будь первым» — я стал гениален,
Ну что тебе надо еще от меня?
Исчерпана плата до смертного дня.
Последний горит под твоим снегопадом.
Был музыкой чуда, стал музыкой яда,
Ну что тебе надо еще от меня?
Но и под лопатой спою, не виня:
«Пусть я удобренье для божьего сада,
Ты — музыка чуда, но больше не надо!
Ты случай досады. Играй без меня».
И вздрогнули складни, как створки окна.
И вышла усталая и без наряда.
Сказала: «Люблю тебя. Больше нет сладу.
Ну что тебе надо еще от меня?».
Опасные мысли — это мысли, заставляющие шевелить мозгами.
******
Идиот убежден, что все, кроме него, идиоты.
******
Из всего, что свойственно богам, наибольшее сожаление вызывает то, что они не могут совершить самоубийства.
******
Сороконожка. Попробуй походить.
Бабочка. Хм, попробуй полетать.
******
Совесть — серьезное увлечение.
******
Чтобы считаться человеком, у которого слово не расходится с делом, нужно достичь совершенства в умении оправдываться.
******
Во все времена гений вешал свою шляпу на гвоздь, до которого нам, простым смертным, не дотянуться. И не потому, что не смогли найти скамеечку.
******
Больше всего нам хочется гордится тем, чего у нас нет.
******
Слабый боится не врага, а друга. Он бестрепетно повергает врага, но, как слабый ребенок, испытывает страх непреднамеренно ранить друга. Слабый боится не друга, а врага. Поэтому ему повсюду чудятся враги.
******
Насмехающиеся над другими боятся насмешек над собой.
Драматический артист должен в исполнении воздерживаться от всего, что не составляет сущность его роли, но тщательно отыскивать и воспроизводить все ее типические черты. Его игра должна быть согласна с природой, но не быть её повторением. Нет сомнения, что Юлию Кесарю случалось иногда кашлять и чихать, как и всем другим смертным, и художник, который в его роли вздумал бы кашлять и чихать, не отступил бы от природы, но он своим реализмом умалил
бы идею Юлия Кесаря, ибо его сущность состояла не в чиханье, которое он разделял и с другими римлянами, но в чертах, ему одному принадлежащих.
В один прекрасный день я посмотрел фильм Хичкока «Головокружение». Во время просмотра я вдруг мысленно закричал: «Если я, по крайней мере, не попытаюсь стать кинорежиссером, я буду очень об этом жалеть, лежа на смертном одре!» После этого, подобно Джеймсу Стюарту, гонявшемуся за таинственной женщиной, я наугад искал своего рода иррациональную красоту. Безусловно, фильм Хичкока изначально оказал на меня огромное воздействие. Но сейчас среди тех, чье влияние толкает меня вперед, такие люди, как Софокл, Шекспир, Кафка, Достоевский, Бальзак, Золя, Стендаль, Остин, Филип К. Дик, Желязны и Воннегут.
Ну, и что же ты мечешься? Сделай то, что ты хочешь! Сделай это прямо сейчас! Ты же чувствуешь, что это именно то, что тебе надо! Чувствуешь!? Об этом кричат все клеточки твоего тела. К этому рвётся твоя Душа. Твой ангел-хранитель уже утомился делать отмашку: Эй, ну сделай наконец то, что хочешь!
Давай-давай-давай! Он уже устал и вяло опустил свои крылышки. А вот мозг работает активно!
Он упорно думает. Анализирует! Он высасывает из чего угодно и что угодно, лишь бы сделать всё наоборот. Лишь бы — лишить тебя того, чего хочет твоё сердце, твоя Душа. Мозги часто ошибаются. Они — величина физическая и смертная. А вот Душа Она существует как Естество. И она вечна. Так, с кем ты сейчас хочешь посоветоваться?
Я тебя никогда не увижу в фате,
Подвенечного платья воланов не будет,
Нам с тобой никогда не парить в высоте,
Мы с тобою обычные, смертные люди.
Дома всё как у всех – телевизор, комод,
На работе – начальство, интриги и сплетни
И пусты вечера в стенах каменных сот
И в табачном дыму умирает столетник
Но я встречу тебя в неназначенный час,
Захлебнусь от любви, задохнусь, утону я,
И морщинки твои возле радостных глаз
С замиранием сердца опять расцелую.
Мы прошли чередой бесконечных разлук,
Но любовь в наших душах как прежде нетленна.
Нежность ласковых губ и дрожание рук
Нас умчат в небеса, за границы Вселенной.
А назавтра опять мы придём к суете,
В омут жизни бросаясь легко и отважно
Я тебя никогда не увижу в фате
Да и Бог с ней, с фатой.
Ты со мной.
Это важно
Талисман на несчастье
Я не Ангел, право слово.
И не Демон, раз с душой:
Пусть с заблудшей и хреновой,
С червоточиной большой.
Я как стойкая проказа.
Не касайся! Я больна.
Дикий сгусток метастаза,
Смертной порчи пелена.
Я зачем-то существую
Может Бог меня хотел
Разместить, как неживую,
Посреди живущих тел?
А я все же жить пытаюсь,
Острым крошевом давясь,
С новой силой расшибаюсь,
И подолом белым в грязь.
Я зову тебя сиреной
Через утренний туман.
Я - проклятье Мельпомены,
На несчастье талисман
Уходи, заткнувши уши.
Не оглядывайся! Нет!
Ты Меня прошу не слушай
Мой несчастный Оберег.
Улыбалась тебе, улыбалась,
Рот свело, стал звериный оскал.
Настроение поднять всё пыталась,
Не могу уже больше достал
Улыбалась тебе, улыбалась,
Сколько можно канючить и ныть.
И на что мне такое вот, сдалось?
Я ж, мужчину хотела любить
Улыбалась тебе, улыбалась,
А теперь от тоски, ну, хоть вой.
Как с ребенком все нянчусь и маюсь,
Скука смертная, рядом с тобой
Улыбалась теперь, только скалюсь,
Понимаю становишься лишним
Если хочешь, чтоб рядом осталась,-
Мужиком будь и радуйся жизни.
Солнце в тучи прячется стыдливо,
Под «вуаль» укрыв свои лучи,
Опадают яблоки и сливы,
Там и сям кучкуются грачи
У соседей свадьба на подходе —
Смертный приговор для кабана
И жена, копаясь в огороде,
Не вполне уже обнажена
Дождик разбивает капли оземь,
Разливаясь грязью серых луж,
Календарь показывает Осень —
Пору околачивания груш
И опять, попасть пытаясь в «Гиннес»,
Грешником, летящим в тартары,
Градусник опустится на минус.
Но, как плюс — исчезнут комары.
Почему бы не любить вон того, хорошего?
Что ко мне приходит часто с нежностью и лаской.
Только для меня всегда он, как гость не прошенный,
Я с таким трудом пытаюсь скрыть тоски гримаску!
Он готов хоть на край света вслед за мной отправиться.
Утешать в страданиях от любви к другому.
Ну не нравится он мне, ну совсем не нравится!
Он давно уже привык к такому вот облому.
Ах, судьба — игрок лихой, что же ты наделала?
На кону моя любовь И крутится рулетка.
Снова выпало зеро Ставила на белое.
Вот зараза эта жизнь — выигрыши редки.
И велела полюбить ветреного, вредного.
Может тоже для него я, как скука смертная?
Что же делать мне теперь с головою бедною?
Ох, сведет меня с ума чувство безответное.
Чтобы разум сохранить, для себя решила я —
Настоящая Любовь — только лишь взаимная.
А разменивать себя чувствами фальшивыми,
В небе журавля ловить — то затея гиблая.
Кому удел не тлетворный в тлетворных столетьях дан?
Что прочно? — Ладья газелей*. Что вечно? — Пьянящий жбан.
Возьми же вина в дорогу, — ведь жизнь не сравнишь ни с чем.
Путь к раю подобен чаще, и мало на нем полян.
Один ли познал я тленность? Ученый что знает мир,
Постиг и свое бессилье, и знаний вечный изъян
Взгляни же премудрым оком на мудрый, бегущий мир:
Весь мир, все дела мирские, все смуты его — обман.
Достигнуть встречи с тобою мечтала душа моя,
Но смерть на дорогах жизни — грабитель и злой буян.
Всем ведомо: знак, что роком начертан на смертном лбу,
Не смоешь ничем, о смертный, с челом он твоим слиян.
Все зданья падут, разрушась, и травы на них взрастут, —
Лишь зданье любви нетленно, на нем не взрастет бурьян.
Прохожие люди трезвым не встретят меня вовек!
О вечность! Хмельная чаша! Хафиз этой чашей пьян.(перевод К. Липскерова)
Ладья газелей - здесь диван газелей
Быть частью, звеном на пути бытия,
Простой передачей в цепи обновления?
В чём миссия или задача моя?
В чём смысл, в чём секрет моего появления?
Земля нам — горнило, чистилище, фронт?
Ведёт нас судьба или знак зодиака?
Что вечно скрывает от нас горизонт —
Там сполохи света иль омуты мрака?
В глазах сумасшедших, в учёных умах,
В гранёном стакане, в дыму папиросы,
На смертном одре и в родильных домах —
Вопросы, вопросы, вопросы, вопросы
И тяжесть от них, и брожение в крови.
Не думай, а просто живи, как придётся —
С любовью, надеждой и верой живи.
Глядишь, сам собою ответ и найдётся.
Простой, как вода, или ясный, как день,
Как миг озарения во тьме без просветов:
Есть сферы, которым предписана тень —
Вопросы, что вечно живут без ответов.
Она идёт по жизни невесомо,
Что есть душа на глаз и вес?
Она красива для знакомых,
Она сурова для повес.
Не взвесят чувства вздорные невежи,
И не возвысят милость нежных рук,
А горизонты так безбрежны,
Что обрекают сомнем мук.
Она горда, сильна, прелестна,
Но и хрупка, как полевой цветок,
Она девчонка и невеста,
И женщина, несущая восторг.
Понять других и быть непонятой другими,
Что может быть больнее доли сей?
Таков удел возможен для богини,
Но не для смертных с искрою очей.
Она живет в ладу с собою,
Лелея душу, как дитя,
Судьбу не пестуя молвою,
Хранит свой крест для святочного дня.
Она идёт по жизни невесомо,
С высоко поднятой главой
И прячет даже от знакомых,
Сердечный груз с непонятой душой.
Действительно, в эшафоте, когда он воздвигнут и стоит перед вами, есть что-то от галлюцинации. До тех пор пока вы не видели гильотину своими глазами, вы можете более или менее равнодушно относиться к смертной казни, можете не высказывать своего мнения, можете говорить и «да» и «нет», но если вам пришлось увидеть её – потрясение слишком глубоко, и вы должны окончательно решить, против неё вы или за неё. Одни восхищаются ею, как де Местр; другие, подобно Беккарии, проклинают её. Гильотина – это сгусток закона, имя её vindicta*, она не нейтральна и не позволяет вам оставаться нейтральным. Увидев её, человек содрогается, он испытывает самое непостижимое из всех чувств. Каждая социальная проблема ставит перед ножом гильотины свой знак вопроса. Эшафот – это виденье. Эшафот не помост, эшафот – не машина, эшафот – не бездушный механизм, сделанный из дерева, железа и канатов. Кажется, что это живое существо, обладающее неведомой зловещей инициативой: можно подумать, что этот помост видит, что эта машина слышит, что этот механизм понимает, что это дерево, это железо и эти канаты обладают собственной волей. Душе, охваченной смертельным ужасом при виде эшафота, он представляется грозным и сознательным участником того, что делает. Эшафот – это сообщник палача. Он пожирает человека, ест его мясо, пьёт его кровь. Эшафот – это чудовище, созданное судьёй и плотником, это призрак, который живёт какой-то страшной жизнью, порождаемой бесчисленными смертями его жертв.
В начале времен мужчины и женщины были сотворены не такими, каковы они теперь, — это было существо единое, но с двумя лицами, глядевшими в разные стороны. Одно туловище, одна шея, но четыре руки и четыре ноги и признаки обоих полов. Они словно срослись спинами. Однако ревнивые греческие боги заметили, что благодаря четырем рукам это существо работает больше, а 2 лица, глядящие в разные стороны, позволяют ему всегда быть настороже, так что врасплох его не застать, а на четырех ногах можно и долго стоять, и далеко уйти. Но самое опасное — будучи двуполым, оно ни в ком не нуждалось, чтобы производить себе подобных. И Зевс, верховный олимпийский бог, сказал тогда: «Я знаю, как поступить, чтобы эти смертные потеряли свою силу» И ударом молнии рассек существо надвое, создав мужчину и женщину. Таким образом народонаселение земли сильно увеличилось, но при этом ослабло и растерялось — отныне каждый должен был отыскивать свою потерявшуюся половину и, соединяясь с ней, возвращать себе прежнюю силу, и способность избегать измены, и свойство работать долго, и шагать без устали. И это-то вот соединение, когда два тела сливаются в одно, мы и называем сексом.
Говорят, что главные качества Бога – это милосердие, доброта, готовность прощать, что он – Бог любви, что Он всемогущ. Но при этом за первое же ослушание человек был изгнан из Рая и стал смертным. Потом несчетное количество людей умирает — не страшно, и под конец Бог посылает своего сына, чтобы он спас людей. И сын этот сам погибает страшной смертью, перед смертью взывает к Богу, спрашивает, почему тот его оставил. И все это для чего? Чтобы своей кровью искупить грех первого человека, которого Бог сам же спровоцировал и наказал, и чтобы люди вернулись в Рай и вновь обрели бессмертие. Какая-то бессмысленная возня, ведь можно было просто не наказывать так строго их всех за то, чего они даже не делали. Или отменить наказание за сроком давности. Но зачем жертвовать любимым сыном, да еще и предавать его? Где здесь любовь, где здесь готовность прощать, где здесь всемогущество?
Если Бог и имеет какие-то качества или отличительные свойства — это уж точно не любовь, не справедливость и не всепрощение. Судя по тому, что творилось на Земле с момента ее сотворения, Богу свойственна только одна любовь — он любит интересные истории. Сначала устроит заварушку, а потом смотрит, что из этого выйдет.
Капеллан согрешил, но из этого вышло не зло, а добро. Общепринятая мораль подсказывала ему, что – врать и увиливать от своих обязанностей – это грех, а грех, как всем известно, есть зло. А зло не может породить никакого добра. И тем не менее капеллан чувствовал себя превосходно, точно он сотворил добро. Следовательно, из этого логически вытекало, что лгать и увиливать от исполнения своих обязанностей – вовсе не грешно. В минуту божественного просветления капеллан изобрел спасительную карманную философскую систему. Он был в восторге от своего открытия. Это была воистину чудесная система!
Он обнаружил, что даже без особой ловкости рук можно истолковать порок как добродетель, клевету как истину, импотенцию как воздержание, высокомерие как застенчивость, грабеж как филантропию, жульничество как честность, богохульство как мудрость, жестокость как патриотизм и садизм как справедливость. Пользоваться этой системой мог любой смертный, большого ума для этого не требовалось. Таким образом, капеллан, бодро и весело расправился со всем набором поступков, безнравственных с общепринятой точки зрения.
Давайте помечтаем. Предположим, что в XXI веке homo sapiens будет развиваться по пути, который большинству из нас представляется благом. Итак, все социальные, экологические и политические проблемы решены. Нет больше голодных, нет бездомных, каждому гарантирован уровень существования, необходимый для чувства собственного достоинства. Каждый человек уважает себя, а стало быть, уважает и других. Раздоры остались в прошлом, все толерантны, наблюдается бум армяно-азербайджанских браков, а израильтяне и палестинцы добровольно объединились в одно государство и не нарадуются друг на друга. Из преступников уцелели только сексуальные маньяки, которых заботливо лечат в санаторных условиях. Коррупция превратилась в тему исторических романов. Озоновая дыра залатана, на Марсе цветут яблони. Медицина не может спасти и воскресить только тех, кто случайно упал в чан с серной кислотой. Разница между полами определяется с трудом, но это ничего, потому что дети всё равно рождаются в инкубаторах, а спермы нобелевских лауреатов запасено на тысячу лет вперед. Три четверти населения планеты составляют те, кому за восемьдесят, но и это не страшно — всем всего хватает, один работающий способен прокормить сотню. В общем, осуществились все наши мечты.
Но человек остался смертен и всё равно не знает, откуда он взялся, зачем живёт и куда денется после смерти.
Но жизненный инстинкт за невостребованностью поник до нулевой отметки. Человек близится к совершенству, а совершенство — это смерть.
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Смертный» — 425 шт.
