Цитаты в теме «страсть», стр. 64
Писать стихи — не значит быть поэтом,
Уметь ласкать не значит полюбить.
И тлеет жизнь безвкусной сигаретой,
Которую так просто потушить.
Смотри в меня и молча раздевайся,
Успей спасти наш загнанный мирок,
Разбей по нотам самой юной страсти
И рукавом сотри последней срок.
Да просто будь на сантиметр глубже,
Будь здесь на расстоянии тепла,
Вплети меня в узоры этих кружев,
Которые не больше, чем слова.
Хотя Не стоит. Запирай засовы,
Ломай в руке хрустальные шары
Еще одной, уже ненужной ссоры
В пространстве исковерканной зимы.
Весна придет. Она придет, я знаю.
Она войдет к нам в души налегке,
И будет время для любви и чая,
И первый поцелуй на языке.
Но между тем и этим старым светом,
Я не могу никак одно забыть:
Писать стихи — не значит быть поэтом.
Уметь ласкать не значит полюбить.
Иди ко мне. Садись к огню.
Мы помолчим о самом главном.
О том, что свет сошел к нулю.
О том, что там, за перевалом
Тяжелых, опустевших лет
Сойдут снега двух одиночеств
И новой повести сюжет
Взойдет травой звенящих строчек.
Садись к огню. И пусть полет
Дыханья смешивает небо,
Пусть тает этот острый лед
В глазах твоих, глядящих слепо
На полу крик былых страстей,
На полу дрожь шагов по миру.
Иди ко мне и будь моей.
Стань новой не звучавшей лирой.
Стань птицей, жадно пьющей газ,
Хватающей его крылами.
Стань тем, что будет больше нас.
Стань тем, что будет после с нами.
Коснись души, раздетой словом,
Давно потерянной в ночи,
Найди хотя бы просто повод
Садись к огню. И помолчим.
Кто я? Что я? Только лишь мечтатель,
Синь очей утративший во мгле,
Эту жизнь прожил я словно кстати,
Заодно с другими на земле.
И с тобой целуюсь по привычке,
Потому что многих целовал,
И, как будто зажигая спички,
Говорю любовные слова.
«Дорогая», «милая», «навеки»,
А в душе всегда одно и тоже,
Если тронуть страсти в человеке,
То, конечно, правды не найдешь.
Оттого душе моей не жестко
Не желать, не требовать огня,
Ты, моя ходячая березка,
Создана для многих и меня.
Но, всегда ища себе родную
И томясь в неласковом плену,
Я тебя нисколько не ревную,
Я тебя нисколько не кляну.
Кто я? Что я? Только лишь мечтатель,
Синь очей утративший во мгле,
И тебя любил я только кстати,
Заодно с другими на земле.
Невысокий и коренастый, с некрасивым лицом, он казался порядочным парнем. Рассудительный, благоразумный, исполненный сознанием долга но не из тех, что заставляют девичье сердце биться чаще. А Дейенерис Таргариен, кем бы ещё она ни являлась, всё же была юной девушкой, как она и сама себя называла, когда ей хотелось разыграть невинность. Как и полагается доброй королеве, Дени в первую очередь думала о народе – иначе никогда бы не вступила в брак с Хиздаром зо Лораком – но в глубине души до сих пор жаждала поэзии, страстей и смеха. «Ей хочется огня, а Дорн послал ей землю».
Можно делать припарки из лечебной грязи при лихорадке для снятия жара. Можно посадить семена в почву и вырастить урожай для того, чтобы кормить детей. Земля будет питать вас, тогда как пламя только охватит, но глупцы, дети и юные девушки всегда выбирают пламя.
В его петербургском мире все люди разделялись на два совершенно противоположные сорта. Один низший сорт: пошлые, глупые и, главное, смешные люди, которые веруют в то, что одному мужу надо жить с одною женой, с которою он обвенчан, что девушке надо быть невинною, женщине стыдливою, мужчине мужественным, воздержным и твердым, что надо воспитывать детей, зарабатывать свой хлеб, платить долги, — и разные тому подобные глупости. Это был сорт людей старомодных и смешных. Но был другой сорт людей, настоящих, к которому они все принадлежали, в котором надо быть, главное, элегантным, красивым, великодушным, смелым, веселым, отдаваться всякой страсти не краснея и над всем остальным смеяться.
Кто бывал искушаем, падал и воскресал, найдя в себе силу хранительную, кто одолел хоть раз истинно распахнувшуюся страсть, тот не будет жесток в приговоре: он помнит, чего ему стоила победа, как он, изнеможенный, сломанный, с изорванным и окровавленным сердцем, вышел из борьбы; он знает цену, которою покупаются победы над увлечениями и страстями. Жестоки не падавшие, вечно трезвые, вечно побеждающие, то есть такие, к которым страсти едва притрагиваются. Они не понимают, что такое страсть. Они благоразумны, как ньюфаундлендские собаки, и хладнокровны, как рыбы. Они редко падают и никогда не подымаются; в добре они так же воздержны, как в зле.
У нее есть время на рифмоблудство,
На любовь в стихах, на словесный фризби.
У нее лежит мармелад на блюдце,
А на яндекс. ру — ассорти из писем.
В них и сласть, и страсть, где-то сказка, чудо,
Где-то боль граблями набитых шишек.
И крадутся пальцы на ощупь к блюдцу:
Она вечно ест, когда что-то пишет.
Не она, а ей управляют строки,
Внутрь врываясь, раня — хоть ставь заплатки.
А дела? Да видно, не так уж плохи,
Раз жует вишневые мармеладки.
А дела? Да видимо, регулярно:
Раз в неделю — стих, раз в дней десять — голод
По нему. Такой, что эпистолярно
Крутит так, что слышно сквозь письма голос.
У нее есть время на игры с рифмой,
Что сладка, как мед, иль остра, как перец,
Иль горька, иль смесь вкусовой палитры
У него — нет времени в это верить.
Милый, взорвем эту ночь? Устроим ночь бес предела?
Вижу ведь: ты не прочь. Взглядом, изгибом тела,
Сбивчивым пульсом скажи. Упругими я сосками
Отвечу. И первые искры начнем высекать губами
Ты шепчешь что-то про звезды, про вспышку, огни, цунами
Что-то о том, что страсть движет сегодня нами
Про ангела во плоти Про то, что вот-вот сорвешься
Что-то типа: «О, солнце, да ты ведь сейчас нарвешься.
Скинь с себя ткань Хочу » Пальцы скользят быстрее
По моему белью. Сама так шустро не умею
Снимать одежду, а ты — все пуговки, как барьеры,
Прошел одну за одной, сменив на мне интерьеры.
Не можешь уже терпеть — я чувствую твердость духа
Меж бедер своих, а ты — об этом же шепчешь на ухо.
Сожги. И пепел развей. Возьми все мои силы.
Только не выводи себя из меня, милый.
А если б совпала масть, сейчас бы она лежала
На теплом твоем плече и что-то тебе шептала
О вечном, о волшебстве, о тайнах своих на ушко,
А ты бы смеялся, но(!) стоически все их слушал.
Вы вместе б могли мечтать за чаем под одеялом.
Ты б книжки ей стал читать. А ей бы всё было мало:
Вдыхала б она всю жизнь твои романтичные сказки.
И ласки в ее глазах. Черт! Сколько было бы ласки.
А сколько она любви по-детски наивной, чистой
Могла б подарить тебе, чтоб всё-таки ты случился,
Совпал, пересекся с ней во времени и в пространстве.
Она бы могла с тобой уверовать в постоянство.
Тебе одному лишь - страсть, огонь ночью, нежность утром.
Вы вместе б могли познать все прелести камасутры.
Всё было бы на двоих: безумие, строки, песни
__________________________________________
Увы, но с мечтой больней.
Ведь это всего лишь «если б»
Всё то, что не убивает, —
Делает нас сильнее.
(Чувства — и те сгорают.
Страсть — и того быстрее)
Мечты? — на осколки бьются,
Что в сердце потом осядут.
И стать Королевой Снежной
Так просто — уже не надо
Тебе ни тепла, ни ласки.
Лишь взгляд из-под лба скользящий.
А я не хочу быть снежной.
Хочу — живой, настоящей!
Хочу словам твоим верить.
Да разве ты сам не понял,
Есть что-то важнее игр
Есть что-то помимо кроме
Пусть скажешь, пряма, наивна,
Открыта и в чем-то — дура.
Но веришь? Могу быть стервой,
Жестокой и даже грубой.
Словами колоть? — да просто!
Вот только тебя — не смею
Но всё ж не жалей, не стоит
Не надо любить, жалея.
Демон порока и сладких земных страстей,
Право, неловко, но Вы завладели мной.
Стала я писем ждать и от Вас вестей.
Пусть и нельзя Вам верить всецело
Но Вы разбудили во мне основной инстинкт.
Краска от писем Ваших бежит к щекам:
Похоть, соблазн и жажда — во всем сквозит.
Но Вы со мной о чувствах, mon cher в стихах
Если срывается с губ Ваших вдруг «люблю» —
В голосе дрожь, значит, в сердце у Вас — война.
Стало быть, Вам и душу б к ногам мою?
Стало быть, вся до капли я Вам нужна?
Даме негоже, конечно, но я Вас жду.
Выпита быть лишь Вами хочу до дна.
Чтоб, обладая мной, повторили вслух
То, что писали: такая у Вас одна.
Жду. Если б знать могли, право слово, как:
Жертвуя честью, долгом, судьбой и всем.
Давеча Вы подали в письме мне знак.
Что ж Я дарю Вам ночь эту. Je vous aime.
Не ворошите прошлое напрасно,Не теребите прожитые дни:Всё то, что было страшным и прекрасным,Всё то, что потеряли и нашли.Не ворошите прошлое, не стоитПеребирать обиды прошлых лет,Никто на этом счастья не построитИ не прочтёт пророческий ответ.Не ворошите прошлое Пусть дремлетВулкан когда-то пламенных страстей,Пусть настоящему Ваш разум внемлет,Слагая главы новых повестей.Не ворошите прошлое, хоть сложноЗаставить сердце жить насущным днём,Ступайте смело в «завтра», и, возможно,Оно согреет Вас своим огнём.
Главная проблема — что в тебе настоящее, а что нет. Ты говоришь, в этом городе нет ни споров, ни обид, ни страстей? Замечательно! Дай мне бог здоровья — и я зааплодирую вот этими руками. Но подумай сам: если нет споров, обид и страстей — значит, нет и обратного. Радости, блаженства, любви. Ведь именно потому, что существуют отчаяние, разочарование и печаль, на свет рождается Радость. Куда ни пойди — ты нигде не встретишь восторга без отчаяния. Вот это и есть настоящее, а еще есть Любовь. Что у тебя с девчонкой из Библиотеки? Возможно, ты действительно ее любишь, но это чувство ни к чему не приводит. Потому что она своего настоящего лишена. Человек, который забыл, кто он на самом деле, — не человек, а ходячий мираж. Какой смысл приручать такого человека? И ради чего жить такой жизнью до бесконечности?
Я себя приучила любить тебя без надрыва,
И не ждать каждый день, как спасенья, твоих звонков,
Одержимость — когда ты, как-будто стоишь у обрыва,
А любовь — это шанс избежать двух последних шагов.
Ревновать я себе очень строго тебя запретила,
Ты со мной потому, что другая тебе не нужна!
Одержимость — когда страсть подобна тротилу,
А любовь — когда в страсти ты все же нежна,
Я себя научила не лезть в твою зону комфорта,
Для двоих эта зона порой нереально тесна,
Одержимость — когда за присест ты съедаешь пол торта,
А любовь — это будто ты вечно чуть-чуть голодна
Я себе обещала всегда говорить тебе правду!
А нужна ли тебе я? Ну это не мне ведь решать
Одержимость — когда удержать даже силою надо,
А любовь — рядом быть, но при этом совсем не держать.
Сквозь солнца свет смотрю я на тебя
И радуюсь тому, что мы близки.
Ты словно танец радуги, огня,
Как сон, что своей страстью рвёт меня
На чувства, словно тряпку на куски!
И просыпаться мне не хочется совсем –
Я опьянен тобой назло всем, вопреки.
Я перепутал выходы от клем –
От сердца клем! И тысячи проблем
Врываются и рвут вновь на куски!
Так быть или не быть – вот в чем вопрос!
Как долго плыть мне по течению реки?
Как долго сердце выдержит тот кросс,
В который (cntrl, alt, delete и сброс!)
Ты отправляешь разрывая на куски!
Душой влечет к тебе и телом тоже
В мечтах - тебе я раб и господин!
Что сделать мне, чтоб мысли стали схожи?
Чтоб оказалась ты не только в ложе!
Итак, уже я лезу вон из кожи
Но, как и прежде я совсем один.
Быстро все превращается в человеке; не успеешь оглянуться, как уже вырос внутри страшный червь, самовластно обративший к себе все жизненные соки. И не раз не только широкая страсть, но ничтожная страстишка к чему-нибудь мелкому разрасталась в рожденном на лучшие подвиги, заставляла его по забывать великие и святые обязанности и в ничтожных побрякушках видеть великое и святое. Бесчисленны, как морские пески, человеческие страсти, и все не похожи одна на другую, и все они, низкие и прекрасные, вначале покорны человеку и потом уже становятся страшными властелинами его. «Мертвые души»
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Страсть» — 1 540 шт.
