Цитаты в теме «связи», стр. 23
Будь легче, Баронне. Позволь своему разуму пораспутничать, как ему хочется. Засыпай с одной, просыпайся с другой — я имею в виду идеи, — покидай одну ради другой, ухаживай за всеми, не привязываясь ни к одной. Мысли — это женщины, Баронне, ими дышат, за ними бегают, от них хмелеют, а затем желание вдруг делает зигзаг, и мы отправляемся искать в другую сторону. Философия — это случайная связь, её ни в коем случае нельзя принимать за большую любовь. < > Побольше лёгкости, дружок Баронне, мысль должна быть не тяжелее пера. Разве мужчина когда-нибудь обладает женщиной? Разве человек когда-нибудь владеет истиной?
Из представления о том, что пространство и время образуют замкнутую поверхность, вытекают также очень важные следствия относительно роли Бога в жизни Вселенной. В связи с успехами, достигнутыми научными теориями в описании событий, большинство ученых пришло к убеждению, что Бог позволяет Вселенной развиваться в соответствии с определенной системой законов и не вмешивается в ее развитие, не нарушает эти законы. Но законы ничего не говорят нам о том, как выглядела Вселенная, когда она только возникла, – завести часы и выбрать начало все‑таки могло быть делом Бога. Пока мы считаем, что у Вселенной было начало, мы можем думать, что у нее был Создатель. Если же Вселенная действительно полностью замкнута и не имеет ни границ, ни краев, то тогда у нее не должно быть ни начала, ни конца: она просто есть, и все! Остается ли тогда место для Создателя?
В конечном счете смысл революции именно таков: это вызов идее первородного греха. В первую очередь, еще не приступив к разрушению установленного порядка вещей, революция стремится освободить человека от жесткой связи с далеким прошлым, которой подчиняет его религия, и достигает этого, расшатывая авторитет богов, ослабляя их власть над умами. Ведь боги, приковывая нас к доисторическим временам, насаждают пренебрежение к Будущему, фетишу всех поборников прогресса, от безобидных ворчунов до анархистов.
Но нигде, ни в каком, даже, казалось бы, самом тихом месте, в отдалении от отдалённых покосов, какой-нибудь отдалённой сибирской деревни, нигде невозможно почувствовать себя просто человеком в каком-то просто природно-географическом пространстве. Всё время чувствуется страна, определённая страна, наша страна. И даже если не видеть ничего и никого, идти через поле, без дороги, не иметь при себе никакого средства связи, и вокруг не слышать людей И нет домов, и даже ни один телеграфный столб, с табличкой на русском языке, или линия электропередачи не нарушает естественности пейзажа и нет в небе белой полоски от самолёта, который намекал бы на век и время Всё равно, если ты идёшь по этому полю, то это уже не Канада, и даже не Аляска В том, как ты идёшь, уже чувствуется и видна наша страна.
Женщина любит мужчину, а он лишь позволяет любить себя, ему с ней не плохо и только. Она красива, сексуальна, умна, порядочна, эта связь ему приятна и льстит и он прекрасно понимает, что она будет прекрасной женой, ну во всех же отношениях устраивает. Но не любит он ее, и все тут. И хочет не очень-то почему-то. И проходит время, они расстаются, и благополучно живут с другими, и вот годы спустя он вспоминает ее и недоумевает: да почему же он ее не любил? Да ведь она была лучшей женщиной в его жизни. Причем он это и тогда понимал. А вот не тянуло
Я восхищаюсь женщинами, которые однажды перестают рыдать и учиняют какое-нибудь «безобразие»: меняют работу, заводят нового любовника, принципиально «отличного от других», уезжают к черту на кулички или наращивают себе сиськи, не важно, главное – меняются. И в этой связи опять-таки забавляет реакция окружающих. Вы удивитесь, но далеко не все приходят в восторг от того, что бедняжка больше не плачет. Такое поле для деятельности пропало, ее же можно было утешать, опекать, презирать, а теперь что? Поначалу будут спрашивать: «Ты счастлива? Уверена? Это именно то, что ты хотела? Может быть, ошибаешься? » А потом, если она станет упорствовать в своем счастье, люди ее осудят за то, что предала свое прошлое.
Неверность ровным счетом ничего не значит. Это такое невинное развлечение, как и мастурбация, разве что в процессе задействованно женское тело.
Любовная связь — это уже совсем другая история. Когда вместо банального траханья ты начинаешь знаиматься любовью. Тебя интерисует не женское тело как таковое, и даже не женщина вообще. Тут кроется нечто иное, чего я всегда старательно избегал. Моя потребность в физической измене уже давно сформировалась в пагубную привычку. Женщины могли поразить любой мой орган, кроме сердца. Пусть телом и разумом я был монофобом, но сердцем я всегда оставался моногамным. И оно было занято Кармен. Роза знает, что между нами никогда бы не случился роман, если бы не болезнь Кармен. Но Кармен больна. И весной 2000 года молодая женщина Роза — электронный адрес Roseanneverschueren@hotmail. com, прозвище Богиня, в моей записной книжке Борис — становится первой в моей жизни любовницей.
Покров прошлого скроен из обрезков наших чувсвт и прошит нитями, которые не всегда разглядишь. чаще всего лучшее, что мы можем сделать,-завернуться в него, прикрыв себя, или тащить его за собой в нашем стремлении вперед. Но все имеет свою причину и все назначение. Зарождение каждой жизни, каждой любви, каждого действия, чувства и мысли имеет свои основания и призвано сыграть определенную роль. И порой мы понимаем их. Иногда мы видим прошлое очень ясно, и связи между отдельными его частями предстают пред нами так четко, что каждый шов, скрепляющий их, приобретает смысл, и мы читаем послание, зашифрованное в нем, В любой жизни, как бы полно или, наоборот, убого она ни была прожита, нет ничего мудрее неудачи и нет ничего яснее печали. Страдание и поражение — наши враги, которых мы боимся и ненавидим, - добавляют нам капельку мудрости и потому имеют право на на существование.
Если б я тебя любила,
Ты бы знал об этом вечно.
Все, к кому такое было,
Подтвердят чистосердечно,
Что любовь моя имеет
Исключительные знаки
И не знать о ней не смеет
Даже светоч в зодиаке!
Млечный Путь — с пеленок, с детства
Стал ей скатертью-дорогой:
У меня такие средства
Связи близкой и далекой.
Это, друг, невероятно —
Чтобы я тебя любила,
Но ключи от снов забыла
И ни с чем ушла обратно!
Если б я тебя любила,
Ты бы знал об этом вечно.
Все, к кому такое было,
Подтвердят чистосердечно.
1. Маргарита, скажи своему деду, что чай налит и ложкой покручено.
2. – Деда, и чего ты ее (бабушку) боишься? – спрашивала Маргарита, кивая в сторону кухни.
Дед отвечал нарочито громко, чтоб слышала баба:
– Волк собаки не боится, просто он лая не любит.
– Деда, – опять подавала голос эта интриганка, – и за что только ты ее любишь?
– Как за что! – обижался дед. – А ножки?!
3. Под старость понимаешь, что менять надо себя, а не жен
4. Просто сегодня в связи с погодой, наверное, у меня разболелось одиночество. Но это чепуха, старые раны всегда ноют в непогоду.
5. ...потому что настоящая музыка – это, пацан, настоящая тоска. Особенно когда дело касается фагота, который поет лишь о том, что было и вернуть невозможно...
Я прячу тебя у сердца, в черновиках,
На не загорелой коже под обручальным.
В нас поровну вложено радостей
И печали, как в тех, кто не раз границу пересекал.
Кто знает, как нужно упрямо
И верно плыть, когда связи прерваны,
Сбит нутряной фарватер,
И помнить, как неприкрыты,
Почти что святы дороги к любви
Не сглаживая углы,
С тобой становясь отчетливей и острей,
Я прячу тебя за ценными мелочами,
Что нас отличали от прочих и отличают.
И где-то у сердца храню тебя, словно крест.
1) Ненавижу старуху лесничиху, да и дочек ее тоже. Я давно наказала бы их, но у них такие большие связи! Они никого не любят, ни о чем не думают, ничего не умеют, ничего не делают, а ухитряются жить лучше даже, чем некоторые настоящие феи.
2) Мне так хочется, чтобы люди заметили, что я за существо, но только непременно сами. Без всяких просьб и хлопот с моей стороны.
3) Старые друзья — это, конечно, штука хорошая, но их уж ничем не удивишь!
4) Неужели не дождаться мне веселья и радости? Ведь так и заболеть можно.
5) Мы, настоящие феи, до того впечатлительны, что стареем и молодеем так же легко, как вы, люди, краснеете и бледнеете. Горе старит нас, а радость — молодит.
6)Очень вредно не ездить на бал, когда ты этого заслуживаешь.
Не всякий умеет слушать человека. Иной слушает слова, понимает их связь и связно на них отвечает. Но он не уловил «подголосков», «теней звука» «под голосом», — а в них-то, и при том в них одних, говорила душа.
«Человек о многом говорит с интересом, но с аппетитом — только о себе» (Тургенев). Сперва мы смеемся этому выражению, как очень удачному Но потом (через год) становится как-то грустно: бедный человек, у него даже хотят отнять право говорить о себе
Я, напротив, замечал, что добрых от злых ни по чему так нельзя различить, как по выслушиванию ими этих рассказов чужого человека. Охотно слушают, не скучают — верный признак, что этот слушающий есть добрый человек. С ним можно водить дружбу. Можно ему довериться. Но не надейтесь на дружбу с человеком, который скучает, вас выслушивая: он думает только о себе и занят только собою. Столь же хороший признак о себе рассказывать: значит, человек чувствует в окружающих братьев себе. Рассказ другому есть расположение к другому.
Это я зависима?
Не болтайте глупости!
Я хоть раз из Интернета
Выйти не смогла?
Пропадаю сутками
С мышкой на компьютере?
О, не лезьте в душу мне,
Это лишь мечта, что глаза?
Ну, красные, узкие, уставшие,
Так ведь возраст виноват,
А не Интернет
Просьбы игнорирую?
Надо будет, выполню!
Только дело важное
Предъявите мне.
Если что? Не может быть
Связь нарушит кто-нибудь?
Ну, наверно, два часа
Как-то проживу
Только гада этого,
Если где-то встречу я,
То его по косточкам
Точно разберу!
Порой по улице бредёшь —
Нахлынет вдруг невесть откуда
И по спине пройдёт, как дрожь,
Бессмысленная жажда чуда.
Не то, чтоб встал кентавр какой
У магазина под часами,
Не то чтоб на Серпуховской
Открылось море с парусами,
Не то чтоб захотелось — и ввысь,
Кометой взвиться над Москвою,
Иль хоть по улице пройтись
На полвершка над мостовою.
Когда комета не взвилась,
И это назови удачей.
Жаль, у пространств иная связь,
И времена живут иначе.
На белом свете чуда нет,
Есть только ожидание чуда.
На том и держится поэт,
Что эта жажда ниоткуда.
Она ждала тебя сто лет,
Под фонарём изнемогая
Ты ею дорожи, поэт,
Она — твоя Серпуховская,
Твой город, и твоя земля,
И не взлетевшая комета,
И даже парус корабля,
Сто лет, сгинувший со света.
Затем и на земле живём,
Работаем и узнаём
Друг друга по её приметам,
Что ей придётся стать стихом,
Когда и ты рождён поэтом.
Я открываю почтовый ящик —
Связь между прошлым и настоящим,
Я как корабль, где-то там стоящий,
Затертый между льдин.
Я остаюсь в этом нашем прошлом
Между святым и постыдно пошлым —
Ты уж прости, если только можно,
И строго не суди.
Kак бы хотелось остаться прежним,
Пусть не святым, но любимым, нежным,
Даже когда за окошком снежно —
Только бы ты была.
Линия нашей судьбы прямая,
Но горькой правды не принимая,
Я каждый год ожидаю мая,
Словно цветок тепла.
Эта тоска просто выше крыши,
Может быть, всё-таки, ты услышишь,
Что-то предложишь немного выше,
Чем мой привычный сплин.
Ты разорвёшь сети одиночеств,
Где пропадаю и дни, и ночи,
И откровения тех пророчеств,
Где я совсем один.
Я открываю почтовый ящик,
Что-то в своей темноте таящий,
Пусть говорят, что совсем пропащий,
Пусть говорят — не верь!
Пусть говорят, что проходит лето,
Я ведь упрямый, ты знаешь это —
Ты напиши, я уже с ответом
И открываю дверь.
Ты иная. Я это знаю.
Милый ангел, не верь кликушам,
Пусть заходится вороньё!
Просто тихо открой мне душу,
Я свою отпущу в неё.
Понимаешь, тебя ругают
Не за нашу с тобою связь,
А за то, что во мне другая,
Им не равная прижилась.
Да, иная. Ты — дочь Синая.
Я себя в эту ночь утех
Не преступником распинаю
На горящем твоём кресте,
А святым, и бесстыдно жадным,
Обнажённым до красоты!
И сливаются шоколадный
С бледно-розовым тел кресты.
Не пугайся своих эмоций.
Я давно уже не боюсь.
Это нежность, в которой бьётся
Параллельных желаний пульс.
Ты иная. Я это знаю —
У тебя на спине тату,
Где не Господа распинают,
А господнюю чистоту.
Пусть осудит церковник строгий
Криком: «Происки сатаны!»,
Я целую господни ноги, на иконе твоей спины.
И в каждом будет суровый ветер,
Нордичен, едок, упрям и зол.
Нарушит связи, разрежет сети,
Разденет ветви, швырнет песок
На стылой пустоши прямо оземь,
Подхватит шторы, нырнет в окно...
И каждый, спрятавшись,
Пусть попросит себя
И ветер лишь об одном:
Чтоб стало тише, ясней
И проще дышать и думать,
Любить - простив.
Чтоб ровно каждый, кто ныне ропщет,
Сжимая ветер в своей горсти,
Вдруг стал нежнее, теплей, ранимей,
Но смог осилить любую боль.
Чтоб не случалось идущих мимо.
Чтоб каждый сделался, словно бог -
Не во всевластии и расправах,
А в милосердии - и уже
Не наносил бы другому раны,
Поняв, как рана умеет жечь...
Ну, а пока, разрезая сети,
Линчуя связи дамасском слов,
Бушует в каждом жестокий ветер,
Чтоб всем хотелось любить - назло.
Столько всего нам хотелось бы объяснить перед годом грядущим, новым. Да только важно,
что зима потихоньку скручивает нить прочных связей. И эта нить существует в каждом,
кто способен хоть что-то чувствовать, знать и греть вдох глубинный, сохраняющий чье-то имя.
Видишь, первый мороз до уверенности окреп: в этом холоде зимнем время, как мудрый схимник,
отсекающий все ненужное, чтоб внутри эта нить в нас сильней держала еще кого-то
нам родного и чтобы голос нам говорил: "Ты нашел, ты обрел единственно верный остров".
Нам все кажется: нужно многое объяснить... Но без слов понимает тот, кто тебе отпущен.
Мы рождаем тепло, и тепло происходит с Ним. И тогда он нас благословляет на год грядущий.
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Связи» — 511 шт.
