Цитаты

Цитаты в теме «сын», стр. 17

Когда Ямамото Китидзаэмону было пять лет, его отец Дзинэмон приказал ему зарубить собаку, а в возрасте пятнадцати лет его заставили казнить преступника. Раньше всем молодым людям, по достижении четырнадцати или пятнадцати лет, обязательно приказывали участвовать в казни. Когда господин Кацусигэ был молод, господин Наосигэ приказал ему практиковаться в умерщвлении с помощью меча. Говорят, что тогда ему пришлось отсечь головы более чем десяти преступникам подряд.
Долгое время такая практика была очень распространена, особенно среди высших сословий, но сегодня в казнях не участвуют даже дети людей из низших сословий, и это исключительный недосмотр. Сказать, что человек может обойтись и без этого, или что нет никакой заслуги в том, чтобы убить приговоренного к смерти, — значит искать
оправданий. Получается, что если у человека слабый воинский дух, то ему не остается ничего иного, как следить за красотой ногтей и ухаживать за собственной внешностью?
Если заглянуть в душу человеку, которому неприятны подобные вещи, то можно увидеть, что он использует весь свой изворотливый ум, пытаясь найти оправдание своему нежеланию убивать, в основе которого лежит обычное малодушие. Но Наосигэ приказывал своему сыну рубить головы, потому что так нужно.
В прошлом году я ездил на место казни в Касэ, для того чтобы испытать себя в обезглавливании, и испытал исключительно хорошие ощущения. Думать, что это может повредить твоему душевному равновесию, — признак малодушия.
Когда господин Набэсима Цунасигэ был ребенком, Ивамура Кураносукэ назначили старшим. Один раз Кураносукэ увидел, что перед маленьким Цунасигэ лежат золотые монеты, и спросил прислуживавшего ему человека: «По какой причине ты положил их перед молодым господином?» Слуга ответил: «Господин только что услышал, что ему принесли подарок. Он сказал, что еще не видел его, поэтому я его принес». Кураносукэ строго отругал этого человека, сказав: «Положить такие презренные вещи перед важным лицом — крайнее проявление необдуманности. Ты бы и сам мог додуматься, что это не то, что подобает класть перед сыном господина. Впредь прислуживающие слуги должны очень внимательно к этому относиться».
В другой раз, когда господину Цунасигэ было около двадцати лет, он однажды по каким-то делам отправился во дворец в Наэкияме. Когда отряд приближался к дворцу, он попросил дать ему трость. Миура Дзибудза-эмон, который носил его сандалии, быстро нашел палку и собирался подать ее молодому господину. Кураносукэ увидел это, быстро забрал палку у Дзибудзаэмона и строго его отчитал, сказав: «Ты хочешь сделать из нашего важного молодого господина бездельника? Даже если он и попросил палку, ее не следует ему давать. Это свидетельствует о том, что слуга, прислуживающий господину, не отдает себе отчет в своих действиях».
Дзибудзаэмона позднее повысили и дали ему должность тэакияри, и Цунэтомо услышал эту историю непосредственно от него.
Человек из того же отряда, что и Агора Гэндзаэмон, совершил какой-то бесчестный поступок, и поэтому предводитель отряда дал ему записку, в которой содержался его смертный приговор, и велел отнести ее Гэндзаэмону.
Гэндзаэмон внимательно прочитал записку и затем сказал этому человеку: «Здесь говорится, что я должен убить тебя, поэтому я покончу с тобой на восточном берегу. Раньше ты практиковался в фехтовании на мечах... Теперь тебе понадобится все твое умение».
Человек ответил: «Я поступлю так. как вы скажете», и они вдвоем вышли из дома.
Они пошли вдоль края рва, но не успели сделать и пятнадцати шагов, когда кто-то из слуг Гэндзаэмона окликнул его с противоположной стороны. Когда Гэндзаэмон начал поворачиваться, приговоренный человек напал на него с мечом в руке. Гэндзаэмон быстро отступил назад, выхватил меч и зарубил этого человека. Затем он возвратился домой.
Он снял с себя одежду, спрятал ее в сундук и запер на ключ. До конца своей жизни он никогда никому ее не показывал. После его смерти одежду осмотрели, и оказалось, что она разрезана лезвием меча. Это рассказал его сын. Гэндзаэмон.