Цитаты в теме «тело», стр. 110
Я бежала по тонкому льду,
Согревая дыханием руки
В легком летнем-весеннем пальто,
Под тревожно вечерние звуки
Под ногами искрящийся снег,
Под одеждой избитое тело,
Я исчезла! Ушла! Умерла!
Провалилась сквозь землю! Сгорела!
Хрустнул тонкий ледовый асфальт,
Гулко эхом в лесу отразился,
И исчез в гробовой тишине,
Чей то бдительный пес разразился
Громким лаем в своей конуре,
Отработав еду и подстилку,
Я бегу по замерзшей реке,
В рукаве, пряча острую вилку
То ли ветер так щипит глаза,
То ли яркие всполохи снега,
По щеке прокатилась слеза,
Пожалев ущемленное эго
Сквозь тупую телесную боль,
Ощущаю немую усталость,
Ну давай же! Осталось чуть-чуть!
Будет время по позже на жалость!
Наконец на другом берегу,
Обернувшись и выдохнув шумно,
Вилку выкинув, снова бегу
Оставлять при себе не разумно
Не жалею, ни капли Увы
Плод твоей извращенной опеки
Ты убил человека во мне,
Я убила тебя в человеке.
Я так странно к тебе привязана, -
Нет, не телом Душой Бродят
Мысли во мне неотвязные.
Дай поверить мне в то, что ты — мой.
Как привыкла к тебе, не заметила, -
Очень тихо вошёл в мою жизнь.
Об одном лишь молю каждый день тебя:
Ты,пожалуйста,в ней, задержись.
Дай поверить мне в то, что нужна тебе,
И в слова, что ты мне говоришь.
Я люблю их Но больше мне нравится
То, о чём ты так долго молчишь
Я так странно с тобою связана,
Ты умеешь красиво молчать
Я душою к тебе привязана,
Но, не в силах об этом кричать.
Прости, что я сегодня без тебя,
Завернут в одеяло медицины,
На сердце- швы, грудная клетка- в шинах,
Но тело ждёт любовного огня.
Прости, что в этот холод февраля
Дыханием лицо не обогрею,
Мне больно оттого, что не сумею
Сегодня прошептать тебе "моя..."
Мне больно в этих стенах ждать рассвет,
Когда нас разделяют километры,
Дыхание моё ветра и ветры
Пусть донесут, как пламенный привет
Как пламя, столь скучающей души
По взгляду, по губам и поцелуям
Я знаю- расстояние минуем
И я тебе скажу: "со мной дыши..."
*Поздно, — сказал Вильгельм. — А когда времени не хватает, хуже всего — потерять спокойствие. Мы должны вести себя так, будто в запасе вечность.
*После этого, за много лет, по многим другим чтениям я убедился, что, читая книги по медицине, почти всегда начинаешь испытывать те самые боли, о которых рассказывается.
*Однако в сознании все было перепутано, поскольку отдых среди дня никогда не идет на пользу телу, и покой мы обретаем, только если спим в ночные часы.
*И учти, что первейший долг порядочного следователя — подозревать именно тех, кто кажется честным.
Ах, лето! Солнышко блистая,
Теплом ласкает нежно грудь.
В траве пушистой утопая,
Про всё на свете позабудь.
Доверься матушке-природе,
Открой ей горести свои.
Она всегда тебе поможет,
Её лишь только позови.
В небесной синеве купаясь,
Мелькнут вдруг ласточки, и ты,
В природе как бы растворяясь,
Взметнёшься к ним от суеты.
Умчишься ввысь, где мир чудесных
Лазурных замков и дворцов.
Там отдохнёшь душой и телом
От тяжести земных оков.
Но в сладкой дрёме упоенный,
Вдыхая нежные цветы,
Не позабудь, что во вселенной
Такой нет больше красоты.
Здесь минус тридцать, холодно,
Не читай хватит что этот холод меня достал,
Не повезло, что декабрь по душе прошел
Сыплет седой часовщик снеговую соль
Вниз на бескрайнюю стынь, в океаны глаз,
Выдох в продрогшей горсти застывает враз.
А часовщик нальет в небеса чернил,
Чтоб написать «зима» на плече земли,
Ей умереть бы быстро, ее не трож,
Телом горячим бежит только дрожь да дрожь,
И оставляет в сознании боль да боль,
Отогревая дыханием соль да соль
Невыносимо ее даже просто листать
Я ведь просила же холодно не читай.
В плечо твое надежное уткнусь.
Нещадно бьет озноб, ломая кости.
Опять в наш дом пришла нежданно в гости
И на руки вскочила кошкой грусть.
Не стоит прочь бедняжку прогонять.
Пускай живет, ей места тоже хватит.
Устроится под старою кроватью,
Но только пусть не трогает меня.
Дождь замок строит из хрустальных струй,
Мурлычет грусть, свернувшись на постели.
Я ощущаю жар в уставшем теле,
Как будто руки поднесла к костру.
Укрой меня крылом от всех забот
И убаюкай сокровенным словом.
А чтоб наутро встала я здоровой,
Шепни сейчас на ушко: «Все пройдет!
" Как в омут погружаясь в тихий сон,
К щеке твоей небритой жмусь щекою
И в первый раз, что я люблю,
Не скрою, целуя твой седеющий висок.
Улыбнись, я знаю — ты можешь свести с ума,
Осушить океаны, моря и прочие жилы.
Я пришла к тебе с миром, ночью, пришла сама,
Чтобы лед растопить и понять, что мы еще живы.
Улыбнись, я знаю — с тобой обрету покой,
Успокоюсь духом, но снова взбунтуюсь всем телом.
А ты ночью нежно укроешь меня рукой
И включишь футбол по телику между делом.
Улыбнись, мне нравится цвет твоих карих глаз
И вкус терпкого кофе, который ты варишь мне утром.
Ты способен свести с ума всего парой фраз
И совсем не нужно владеть техникой Камасутры.
Оставь меня дома, захлопни дверь,
Отключи телефон, выключи свет.
С утра есть иллюзия, что все не так уж плохо,
С утра есть сказка со счастливым концом.
Иду в поход - два ангела вперед!
Один - душу спасает, другой - тело бережет.
Собака выла всю ночь под окном -
Мы все прекрасно знаем, что случается потом.
А она, закончив дело - под чужое окно,
Развенчивая сказку со счастливым концом...
Иду в поход - два ангела вперед!
Один - душу спасает, другой - тело бережет.
Но вера осталась, и надежда живет!
Я знаю, что любовь никогда не умрет!
Лишь дай мне иллюзию, что все не так уж плохо
И расскажи мне сказку со счастливым концом...
Пойду в поход - два ангела вперед!
Один - душу спасает, другой - тело бережет.
Последний поход - два ангела вперед!
Один - душу спасает, другой - тело бережет.
Один — это не одиночество.
Одиночество раздевает дочиста
Не тело, сытое или голодное,
А душу уже далеко не свободную,
Друзьями истерзанную, врагами побитую,
Но, до конца, пока не добитую.
Душа ещё рвётся и, даже, кричит,
Но ум утомлённый лишь тупо молчит.
Как будто злого духа пророчество.
Но это начало лишь одиночества.
А дальше страшнее, а дальше всё злей,
Хотя продолжаешь ты жить средь людей.
Общаешься, меришь шаги по квартире,
Но это в другом, потерянном мире.
Кругом пустота, кругом чернота.
И каждая мысль почему-то не та.
Нет жалости, злобы. Зачем? — всё одно,
Закрытое мутным туманом окно.
Но умирать, почему-то, не хочется.
Когти сжимает свои одиночество.
И не понять то ли день, то ли ночь.
И никому уж тебе не помочь.
Забыт старый дом, позабыто отчество.
Самая страшная казнь — Одиночество.
Вам звонил абонент в 23.47.
Вы, наверное, были уставшей совсем.
Или были с другим,
Или видели сны
И не знали, что вы абоненту нужны.
Вам звонил абонент.
Абонент Вас просил,
Когда внутренний голос вовсю голосил,
Чтоб, осилив закон притяжения Земли,
Вы поднять телефон этот всё же смогли.
Абонент Вам звонил,
Абонент Вас хотел,
Только дело не то чтоб в слиянии тел,
Просто нужен был так — не на вечер — на век
Одному человеку другой человек.
Просто в городе М. зарядили дожди,
Просто кто то совсем
Безнадёжно один.
Вам звонил абонент.
Он готов был 2 дня
Ждать ответное: «Вы набирали меня?»
Ну конечно, конечно же, в куче звонков
Потерять этот номер довольно легко:
Отложить на потом
И забыть невзначай
Да и мало ли кто там звонит по ночам,
Непонятно зачем нарушая Ваш сон.
«Ваш текущий баланс 28 500,
100 бесплатных минут,
Сообщение одно.
Вам звонили»
И страшно, что Вам всё равно.
Однажды счастье придёт к тебе. Но тебя в этот момент не будет дома.
Ты вот сейчас сидишь и думаешь, что всем на тебя на*рать? Выше нос, зато ты правильно оцениваешь ситуацию.
Мой любимый экстремальный вид спорта это доверять людям, а потом сожалеть об этом.
Ведь жизнь — это обыкновенная оргия. Отрезок времени, когда душа соединяется с телом. Мы радуемся, мы безобразничаем от полноты ощущений, а потом — важные, в белых тапочках — расстаемся с осязанием, обонянием, зрением, слухом, вкусом и гравитацией.
Я не меняю своё настроение. Настроение меняет меня.
Забавно, но «Чайник долго остывает » и «Чайник долго не остывает » одно и тоже.
Ты пахнешь родным. Хотя, мне наверно казалось,
Когда своим носом уткнулась в широкую грудь.
Ты знаешь, с тобой ничего/никого не боялась
И ночь закружила, и вновь не давала уснуть.
Ты пахнешь родным: духи, алкоголь, сигареты
И вроде все просто, и вроде бы все, как у всех.
С тобой ухожу я в «закаты», домой же в «рассветы»
И ты для меня, как для странника — лучший ночлег.
Ты пахнешь родным. Родные любимые руки
Опять обвивают и душат в порыве любви.
И в этот момент раздражают сторонние звуки
И радуют вновь темно-карие вишни твои.
И губы впиваются в тело и яд твой по венам.
Опять упиваюсь губами, ночной тишиной.
Ты знаешь, наверное близиться все к переменам,
Коль пахну и я, до боли, какой-то родной.
Настоящая близость не в трении чьих-то тел,
Когда в страстном порыве одежда стремится на пол,
Не тогда, когда ты охал, кричал и ахал
И отнюдь не тогда, когда выше небес взлетел.
Настоящая близость кроется в чем-то простом,
Когда молча целуют в щеку или в макушку
И когда в квартире делят одну раскладушку,
Не задумываясь о проблемах, когда вдвоем
Настоящая близость не ночью — она по утрам,
Когда кто-то готовит завтрак и варит кофе,
Когда жизнь твоя на едином огромном вздохе
И казалось, себя возложишь к ее ногам.
Настоящая близость — это вам не клише,
Не пустые фразы, выдумки не до поэта,
Не трение тел ночами, вплоть до рассвета.
Настоящая близость — когда душою к душе.
С чем я только ни встречусь на свете,-
Все понятным становится мне.
А чему это малые дети
Улыбаются часто во сне?
Правда,что же им может присниться?
Два-три дня-вот и все их житье.
Развеселая птица-синица?
Так они не видали её!
Не видали её-ну откуда?
Ничего не слыхали о ней!...
Может,снится им попросту чудо,
То,которого нету чудней?
А быть ,-подумайте сами!-
Им смешно,что над ними в траве
Папа с мамой стоят вверх ногами,
Ходит бабушка на голове?
Нет я думаю, все же не это.
Только, знайте, как не крути,
Никакого другого ответа
До сих пор не могу я найти.
И когда свою дочку качаю,
В полдень или порою ночной,
Я улыбку её замечаю,
Что-то вдруг происходит со мной.
У меня аж по самые уши
Раздвигаются краешки рта,
И вливаются в тело и душу
Непонятная мне доброта.
Словно в окунулся я росный,
Словно детство вернулось ко мне...
Обнажая беззубые десны,
Улыбается дочка во сне.
Измучившись непостоянством брюк,
В шкафу сорочка вешаться хотела.
Доски гладильной пожилой супруг
Ее заметил, сняв буквально с тела.
Утюг был стар, но жар еще держал.
Сорочку приложив к доске гладильной,
Прошелся трижды обжигающий металл,
Проникнув до души ее текстильной.
Шептал утюг слова любви кокетке,
В восторге каждой упиваясь строчкой.
Он был искусен, движимый розеткой,
Разглаживать измятые сорочки.
Доска гладильная от мысли согревалась,
Утюг сорочки гладит лишь по долгу,
А вот тепло любви ей оставалось
И сохранялось бережно и долго.
Теперь о смысле: пародист — утюг,
Доска гладильная — поэт, ну, а сорочка —
Его творение, которое, как друг,
Утюг прессует до последней точки.
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Тело» — 2 396 шт.
