Цитаты в теме «тоска», стр. 4 ▷ Socratify.Net

Есть на свете такая тоска — от неспособности плакать. По-прежнему бесформенная, никак не выраженная, она просто копится на сердце всю жизнь, как снег в безветренной ночи.

Все забудется, друг, все останется в прошлом
И любовь, и тоска, и желанья, и стыд.
Это просто понять. Это выдержать сложно.
И душа промерзает, бездонно, навзрыд.

Все забудется, друг. Детский смех, переезды,
Твои руки, в объятьях сжигавшие ночь.
Облака на заре. Сигарета в подъезде.
Все пройдет, уходя в безымянное, прочь.

А в душе все растет безнадежное чувство,
Опадая словами в пустую тетрадь,
И мы греем в руках, осторожно и чутко,
То, что там, позади, не хотим оставлять.

Любовь — это не счастье, не радость, не удовольствие, также это не горе, не тоска, не печаль. Потому что если бы это было счастье или тоска, то нафига тода нужно слово отдельное в русском языке?

Тоску по уходящему я использую для обострения ощущения настояшего.

Не пришел ты... И ночь почернела в тоске.
Вот и сердце моё, как пустой переулок.
Лишь клюет тишину чей-то шаг вдалеке,
Чей-то шаг запоздалый, тревожен и гулок.
Я надеюсь еще, я впиваюсь во тьму.
Я ловлю, как шаги нашу улицу мерят.
Вот все громче, все ближе к крыльцу моему,
Вот сейчас подойдут и затихнут у двери...
Но шаги, удаляясь от жизни моей,
Раздаются в тиши все спокойней и строже...
И болит моё сердце сильней и сильней,
Будто топчет сейчас его каждый прохожий.

Я Женщина и, значит, я Судьба,
Капризная, ранимая, родная
И на весь мир такая я одна
Не может заменить меня другая

Я Женщина с любовью и тоской
Она порой в глазах моих мелькает
Меня Господь придумал вот такой
И за меня он в жизни отвечает

Я Женщина надежда и мечта
Я чья-то мука чьё-то обожание
Я разная всё время и всегда
И долгое я чьё-то ожидание

Я Женщина и, значит, я судьба
Я грешная но, всё-таки, святая
И на весь мир такая я одна
Не сможет заменить меня другая.

Возьми меня с собой спать, в самый сонный сон, я буду лежать очень тихо: только сердце (которое у меня — очень громкое!). Слушай, я непременно хочу проспать с тобой целую ночь — как хочешь! — иначе это будет жечь меня (тоска по тебе, спящем) до самой моей смерти.

А люди всегда думают, что они видят тебя насквозь. Мне-то наплевать, хотя тоска берет, когда тебя поучают — веди себя как взрослый. Иногда я веду себя так, будто я куда старше своих лет, но этого-то люди не замечают. Вообще ни черта они не замечают.

Любовь? Спасибо, обойдусь.
Себе оставьте, ради Бога!
Я Вас нисколько не боюсь
И далеко не недотрога.

Романтика? Тоска и грусть.
Давайте сразу ближе к делу.
Маневры Ваши — наизусть!
Уже порядком надоели

Душа? Читала, где-то здесь
Под ребрами, в груди примерно.
Я не уверена, что есть,
Она настолько эфемерна.

Любовь спасибо, не сейчас.
Романтикой переболела.
Душа — невидима для глаз.
А что правдиво? Только тело.

Письмо Деду Морозу

Как и обещала, опять пишу
У меня все хорошо семья, работа
Знаешь, Дед Мороз не о многом прошу
Просто чтоб новый год,

Был счастливее для людей хоть немного
Сделай, чтоб здоровья сполна,
Счастья по чуть-чуть удачи, успеха
Сделай так, ведь ты можешь,

Чтоб побольше добра
И побольше улыбок и света
Сделай так, чтобы побольше любви
Меньше одиночества и разочарований

Люди так устали от этой тоски
Хватим им уже таких испытаний
Сделай так, чтоб в новом году
Чтоб в каждой семье,

Тем кто очень-очень хочет — ребёнка
Сделай так, чтоб как в райском саду
Сделай, тем кто «осень-осень хосет»
Братика или сестренку

Сделай так, чтоб людей
Никогда не теряла надежда и вера
Сделай так, чтоб людская молва
Лишена была зависти, гнева

Сделай так, я очень прошу,
Чтоб сбывались мечты и желания
Обещаю, опять напишу через год
Дед Мороз, до свидания!

Грубым дается радость,
Нежным дается печаль.
Мне ничего не надо,
Мне никого не жаль.

Жаль мне себя немного,
Жалко бездомных собак,
Эта прямая дорога
Меня привела в кабак.

Что ж вы ругаетесь, дьяволы?
Иль я не сын страны?
Каждый из нас закладывал
За рюмку свои штаны.

Мутно гляжу на окна,
В сердце тоска и зной.
Катится, в солнце измокнув,
Улица передо мной.

На улице мальчик сопливый.
Воздух поджарен и сух.
Мальчик такой счастливый
И ковыряет в носу.

Ковыряй, ковыряй, мой милый,
Суй туда палец весь,
Только вот с эфтой силой
В душу свою не лезь.

Я уж готов. Я робкий
Глянь на бутылок рать!
Я собираю пробки —
Душу мою затыкать.

Сколько раз я замечал влияние жилища на характер и настроение! Бывают комнаты, в которых всегда чувствуешь себя дураком; в других, напротив, всегда бываешь в ударе. Одни нагоняют тоску, хотя бы они были светлые, белые с позолотой; другие почему-то веселят, несмотря на спокойные тона обивки. У нашего глаза, как и у сердца, есть свои пристрастия и глубокие антипатии, в которые мы часто не бываем посвящены, но все же они воздействуют на наше настроение тайно, украдкой. Общий стиль обстановки, гармония мебели и стен непосредственно влияют на нашу духовную природу, как лесной, горный или морской воздух действует на природу физическую.

Смерть в Венеции
1) Искусство и там, где речь идет об отдельном художнике, означает повышенную жизнь. Оно счастливит глубже, пожирает быстрее. На лице того, кто ему служит, оно оставляет следы воображаемых или духовных авантюр; даже при внешне монастырской жизни оно порождает такую избалованность, пере утонченность, усталость, нервозное любопытство, какие едва ли гложет породить жизнь, самая бурная, полная страстей и наслаждений.
2) Есть ли на свете иной героизм, кроме героизма слабых?
3) Одиночество порождает оригинальное, смелое, пугающе прекрасное — поэзию.
4) любящий ближе к божеству, чем любимый, ибо из этих двоих только в нем живет Бог.
5) Только красота достойна любви и в то же время зрима; она единственная форма духовного, которую мы можем воспринять через чувства и благодаря чувству — стерпеть.
6) человек любит и уважает другого, покуда не может судить о нем, и любовная тоска — следствие недостаточного знания.

Вида серого, мятого и неброского,
Проходя вагоны походкой шаткою,
Попрошайка шпарит на память Бродского,
Утирая губы дырявой шапкою.

В нем стихов, наверное, тонны, залежи,
Да, ему студентов учить бы в Принстоне!
Но мажором станешь не при вокзале же,
Не отчалишь в Принстон от этой пристани.

Бог послал за день только хвостик ливерной,
И в глаза тоску вперемешку с немочью...
Свой карман ему на ладони вывернув,
Я нашел всего-то с червонец мелочью.

Он с утра, конечно же, принял лишнего,
И небрит, и профиля не медального...
Возлюби, попробуй, такого ближнего,
И пойми, пожалуй, такого дальнего!

Вот идет он, пьяненький, в драном валенке,
Намешав ерша, словно ртути к олову,
Но, при всем при том, не такой и маленький,
Если целый мир уместился в голову.

Электричка мчится, качая креслица,
Контролеры лают, но не кусаются,
И вослед бродяге старухи крестятся:
Ты гляди, он пола-то не касается!

Передо мной иногда словно открывается расселина, кажется, она идет до центра земли. Чем она заполнена? Тоской? Отчаяньем? Или счастьем? Но каким? Усталостью? Смирением? Смертью? Для чего я живу? Да, для чего я живу?

Ты — музыка, но звукам музыкальным
Ты внемлешь с непонятною тоской.
Зачем же любишь то, что так печально,
Встречаешь муку радостью такой?
Где тайная причина этой муки?
Не потому ли грустью ты объят,
Что стройно согласованные звуки
Упреком одиночеству звучат?
Прислушайся, как дружественно струны
Вступают в строй и голос подают, —
Как будто мать, отец и отрок юный
В счастливом единении поют.
Нам говорит согласие струн в концерте,
Что одинокий путь подобен смерти.

Мы живем в век консервов.Нам больше не нужно думать. Все за нас заранее продумано, разжевано и даже пережито. Консервы! Остается только открывать банки. Доставка на дом три раза в день. Ничего не надо сеять, выращивать, кипятить на огне раздумий, сомнений и тоски.

Продолжительное счастье приходит к тем, кто крепко держится за его мгновения. Это как долго пыхтеть над пазлом, пытаясь сложить из маленьких ярких эпизодов большую красочную картинку. Устаешь примерять разные детали к одному образу, вот-вот все перемешаешь в отчаянии, как — бах! — сложилось, и линия верного пути вырисовывается. Чтобы состояние феерического счастья не обернулось рутиной, обязательно должны случаться приступы дикой тоски.

— Но ты влюблен. Займи же пару крыльев
У купидона и порхай на них!
— Стрелой его я ранен слишком сильно,
Чтоб на крылах парить, и связан так,
Что мне моей тоски не перепрыгнуть.
Любовь, как груз, гнетет меня к земле.

Эх! Полетать сегодня ночью, что ли?
Вопрос: на крыльях или на метле?
Подружка-звёздочка зовёт меня на волю
Протягивает руку Месяц мне

Я без разбега — ввысь совсем не страшно.
Пронзает тишина Лечу Лечу
Себе я нравлюсь вот такой вот бесшабашной
«Ах! Молодец!» — сама себе кричу

Капризы — прочь! Тоску и скуку — тоже!
Да что я, в самом деле, не смогу?
Проветрю душу запылилась чуть, похоже
Всё впопыхах, бедняга набегу

А до себя ей не было и дела
По лету мчалась, крылья опустив
Пыталась «выглядеть» счастливой быть хотела
Потом остановилась, загрустив

Летим, как в сказке с ней, куда — не знаю
Дорогу нам укажет лунный луч
Промчалась мимо звёзд-болтушек чудо-стая
И промелькнуло скопище из туч

Проказник-Ветер растрепал мне чёлку
Прекрасною была шальная ночь!
Душа летала вместе с рыжею девчонкой
На крыльях а метлу швырнули прочь.