Цитаты в теме «вечное», стр. 41
Полуграмотные, косные люди, такие, как этот ваш приятель, только воображают, что способны думать, а на самом деле какой вопрос ни возьми, в голове у них полнейшая путаница из готовых штампов То это «бесчеловечная жестокость пруссаков», то «немцев надо истребить — всех до единого». Вечно они толкуют, что «дела сейчас плохи», но притом «нет у них веры в этих идеалистов». Сегодня Вильсон у них «мечтатель, оторванный от практической жизни», — а через год они осыпают его бранью за то, что он пытается претворить свои мечты в жизнь. Мыслить четко, логически они не умеют, умеют только тупо противиться любой перемене. Они считают, что необразованным людям не следует много платить за работу, но не понимают, что если не платить прилично необразованным людям, их дети тоже останутся без образования, и так мы и будем ходить по кругу. Вот он — великий класс, средняя буржуазия!
Выражается сильно российский народ! И если наградит кого словцом, то пойдет оно ему в род и потомство, утащит он его с собою и на службу, и в отставку, и в Петербург, и на край света. И как уж потом ни хитри и ни облагораживай свое прозвище, хоть заставь пишущих людишек выводить его за наемную плату от древнекняжеского рода, ничто не поможет: каркнет само за себя прозвище во все свое воронье горло и скажет ясно, откуда вылетела птица. Произнесенное метко, все равно что писанное, не вырубливается топором. А уж куды бывает метко все то, что вышло из глубины Руси, где нет ни немецких, ни чухонских, ни всяких иных племен, а всё сам-самородок, живой и бойких русский ум, что не лезет за словом в карман, не высиживает его, как наседка цыплят, а влепливает сразу, как пашпорт на вечную носку, и нечего прибавлять уже потом, какой у тебя нос или губы, — одной чертой обрисован ты с ног до головы.
– Сереженька, уверяю вас – там прячется огнедышащий дракон, не ходите туда.
– Нет уж, мы туда сходим! – незамедлительно влез Фармазон, демонстрируя перемазанный балахон. – Я страстно хочу посмотреть в глаза тому гаду, из-за которого меня заставили лечь всем пузом в мазутную лужу!
– Как ты мелочен, – поморщился ангел.
– Да?! Ты вон на себя посмотри? Улеглись на меня, безобидного, в два этажа и еще возмущаются на мое справедливое негодование Серега, ну ты скажи, вот почему я должен вечно ходить чушка чушкой, а он – весь в белом?!
Верь я в бессмертие, альтруизм был бы для меня выгодным занятием. Я мог бы черт знает как возвысить свою душу. Но, не видя впереди ничего вечного, кроме смерти, и имея в своем распоряжении срок, пока во мне шевелятся и бродят дрожжи, именуемые жизнью, я поступал бы безнравственно, принося какую бы то ни было жертву. Всякая жертва, которая лишила бы меня хоть мига брожения, была бы не только глупа, но и безнравственна по отношению к самому себе. Я не должен терять ничего, обязан как можно лучше использовать свою закваску. Буду ли я приносить жертвы или стану заботиться только о себе в тот отмеренный мне срок, пока я составляю частицу дрожжей и ползаю по земле, — от этого ожидающая меня вечная неподвижность не будет для меня ни легче, ни тяжелее.
— Думаешь — любовь. Это такая цельная, такая вечная штука. Большая и отдельная от тебя. С собственным весом.
— Да.
— Но это неправда. Такой же плод воображения. Не стану набивать ей цену. Она рассасывается постепенно, сама по себе. И когда совсем исчезнет, ты и не вспомнишь, какая она была. — Это он узнал в маленьком парке. Что возможно и даже разумно выбрасывать разбитое сердце, как разбитую чашку: какой в ней прок? — Любовь — это твоё личное. Я хочу сказать, моя любовь не имеет никакого отношения к ней — такой, какой она является на самом деле. Это то, что чувствую я. Кажется, любовь соединяет меня с ней. Но это неправда. Это миф, моя выдумка; миф о нас двоих. Любовь — это миф.
— Любовь — это миф Как лето.
— Что?
— Когда на дворе зима, тогда лето — миф. Молва, слухи. Которым нельзя верить. Понимаешь? Любовь это миф. Лето — тоже. А когда на дворе лето, тогда мифом становится зима.
Счастливым можно быть в любое время года. Счастье — это вообще такой особый пятый сезон, который наступает, не обращая внимания на даты, календари и всё такое прочее. Оно как вечная весна, которая всегда с тобой, за тонкой стеклянной стенкой оранжереи. Только стенка эта так странно устроена, что иногда её непрошибить и из пулемёта, а иногда она исчезает — и ты проваливаешься в эту оранжерею, в это счастье, в эту вечную весну. Но стоит тебе забыться, как приходит сторож — и выдворяет тебя на улицу. А на улице все строго по календарю. Зима — так зима. Осень — так осень. Обычная весна с авитаминозом и заморозками — так обычная весна. Но оранжерея-то никуда не исчезла, в неё можно вернуться в любой момент, главное — поверить в то, что стеклянная стенка исчезла, без притворства, без показной бодрости и долгой подготовки, непроизвольно, чтобы она и в самом деле исчезла.
Я буду ждать тебя мучительно,
Я буду ждать тебя года,
Ты манишь сладко-исключительно,
Ты обещаешь навсегда.
Ты вся — безмолвие не счастья,
Случайный свет во мгле земной,
Не изясненность сладострастия,
Еще не познанного мной.
Своей усмешкой вечно-кроткою,
Лицом, всегда склоненным ниц,
Своей неровною походкою
Крылатых, но не ходких птиц,
Ты будишь чувства тайно-спящие,
И знаю, не затмит слеза
Твои куда-то прочь глядящие,
Твои неверные глаза.
Не знаю, хочешь ли ты радости,
Уста к устам, прильнуть ко мне,
Но я не знаю высшей сладости,
Как быть с тобой наедине.
Не знаю, смерть ли ты нежданная
Иль не рожденная звезда,
Но буду ждать тебя, желанная,
Я буду ждать тебя всегда.
Сценарий написан давно. Только я не учу
О будущем там ни одной вразумительной строчки.
Пометка моя на полях возле слова «хочу» —
У каждой актрисы по жизни — свои заморочки.
Молчит режиссёр, наблюдая мой вечный дебют,
Ему безразличны успехи мои и ошибки.
А шанса второго сыграть эту роль не дадут —
Она называется «жизнь». Надо с первой попытки.
Вернуться бы вновь за кулисы Но выбора нет,
Тяну свою роль до антракта — мне хватит терпенья.
На скользких подмостках событий — знакомый сюжет:
Шальные глаза, неуёмное сердцебиение
Уже отзвучали слова моего визави
Сейчас, по сценарию, кажется, реплика дамы?
По тексту — «люблю» тут, пожалуй, весь текст о любви!
А я, как назло, с юных лет не люблю мелодрамы
Да чем же он думал, когда эту роль мне давал!
Неужто не знал — я чертовски плохая актриса!
Прикрыться бы маской Увы, это не карнавал.
Не выручит Бог — режиссёр моего бенефиса.
В те ночи светлые, пустые,
Когда в Неву глядят мосты,
Они встречались как чужие,
Забыв, что есть простое ты.
И каждый был красив и молод,
Но, окрыляясь пустотой,
Она таила странный холод
Под одичалой красотой.
И, сердцем вечно строгим меря,
Он не умел, не мог любить.
Она любила только зверя
В нем раздразнить — и укротить.
И чуждый — чуждой жал он руки,
И север сам, спеша помочь
Красивой нежности и скуке,
В день превращал живую ночь.
Так в светлоте ночной пустыни,
В объятья ночи не спеша,
Гляделась в купол бледно-синий
Их обреченная душа.
Некоторые родители, ходящие в церковь, стараются помочь своим детям стать хорошими детьми, но не потому, что их волнует спасение их души, а потому, что они хотят иметь хороших детей. То есть их больше беспокоит то, что будут говорить об их детях другие люди, чем-то, что их дети могут попасть в вечную муку.
Но как в таком случае поможет Бог?
Задача не в том, чтобы дети шли в церковь из-под палки, но в том, чтобы они полюбили Церковь. Они должны делать добро не из-под палки, но почувствовать его как необходимость.
Страшное, грубое, липкое, грязное,
Жестко тупое, всегда безобразное,
Медленно рвущее, мелко-нечестное,
Скользкое, стыдное, низкое, тесное,
Явно-довольное, тайно-блудливое,
Плоско-смешное и тонко-трусливое,
Вязко, болотно и тинно застойное,
Жизни и смерти равно недостойное,
Рабское, хамское, гнойное, черное,
Изредка серое и в сером упорное,
Вечно лежачее, дьявольски косное,
Глупое, сохлое, жалко ничтожное,
Не переносное, ложное, ложное...
Но жалоб не надо: что радости в плаче?
Мы знаем, мы знаем:
Все будет иначе!
Я знаю, есть такая чистая любовь,
Которая подарит мне свободу,
Смахнёт с моей души «пыль прожитых веков»,
И я увижу настоящую природу.
Любовь, не знающая правил и границ,
Любовь, дарующая свет пришедшим к ней,
Любовь имеющая миллионы лиц,
Любовь без требований, страхов, мелочей.
Любовь сияющая солнечным теплом,
Любовь прощающая ненависть и страх,
Горящая не гаснущим огнём
Во всех живых созданиях и мирах.
Она доступна ищущей душе,
Освободившейся от тягостных оков,
Нашедшей эту истину в себе,
Добравшейся до правды и основ.
К такой любви теперь лежит мой путь,
На все вопросы знающей ответ,
В такой любви всей этой жизни суть,
В ней вечный негасимый свет.
Я хочу тебя, как женщину хотят...
Я хочу тебя, как женщину хотят
После года воздержания Дон-Жуаны,
Я хочу, чтоб затуманенный твой взгляд
Проникал в меня, как звуки фортепьяно.
Я хочу, чтоб ослепляло мне глаза
Твое гибкое, сверкающее тело,
Я хочу всего, что можно и нельзя,
Я хочу, чтоб от восторга ты запела.
Я хочу скользить по телу твоему,
Как скользят по свежевыпавшему снегу,
Я хочу в твою магическую тьму
Погружаться с криком и с разбегу.
Я хочу, чтоб ты сбивала меня с ног,
Словно прыгнувшая с дерева пантера
И сгребала пальцами в комок,
И забрасывала в стратосферу.
Я хочу, чтоб отдавалась ты мне так,
Как, наверно, отдаются перед казнью.
Потому, что ты мой компас и маяк,
Потому, что ты мой вечный праздник.
Ты прав во всём. Другую поищи.
Хозяйка я, наверное, плохая:
Неправильно варю гуляш и щи,
Как огурцы солить, увы, не знаю.
Пишу стихи, но не вяжу носков,
Два раза в месяц шторы не стираю...
Твоя большая, вечная любовь
От этого маленько помирает.
Как тесто делать - я ни в зуб ногой,
Под чашечку не ставлю (дура) блюдце...
Пошёл бы ты... налево, дорогой,
Чтоб никогда оттуда не вернуться.
Мне жён твоих друзей не покорить.
Не нравлюсь им? - Плевать, и горя мало.
Ну не о чем мне с ними говорить!
Ну не смотрю я эти сериалы!
Я выпечкой своей не похвалюсь
(Моё печенье выглядит убого),
И слишком часто весело смеюсь,
Как будто нет проблем и денег много.
Кроту и птице вместе жить нельзя:
Не стерпится, не слюбится. Я знаю.
Сбегаю к чёрту, ноги в руки взяв,
Из твоего хозяйственного рая.
МОНОЛОГ «ХУДОЖНИКА»
Прожитая жизнь - сложение чисел:
Сумма дней, недель, мгновений, лет
Я вдруг осознал - я живописец,
Вечно создающий твой портрет.
Для импровизаций и художеств
Мне не нужен, в общем, черновик.
Может, кто другой не сразу может,
Я ж эскизы делать не привык.
Я малюю на живой модели,
Притушил слезой бездонный взгляд.
Легкий штрих - глазищи потемнели,
Потому что вытерпели ад.
Я прорисовал твои морщины,
В волосы добавил белизны
Натуральный цвет люблю в картинах,
Я противник басмы или хны.
Перекрасил - в горькую! - улыбку,
Два мазка, - и ты нехороша.
Я без красок этого добился,
Без кистей и без карандаша.
Близких раним походя, без смысла
Гасим в них глубинный теплый свет
Сам собою как-то получился
Этот твой теперешний портрет.
Вся наша жизнь — борьба с собой,
Арена к достижению успеха.
А наш успех, как будто, дым,
Меняет разум человека.
Успех в делах, успех в семье,
Забег в погоне за богатством
Нас заставляет жить не так
За внешним правильным убранством.
Достигнув, хочется ещё
Увы, вот так без насыщения
Имеем всё - богатство, власть,
Но нет в сердцах удовлетворения.
Рабы греха, рабы сластей,
Мы, обещая всем свободу,
Всю жизнь живём в плену страстей,
Мы вечно лжём, мы ропщем Богу.
За что ещё нас терпит Бог,
Когда Его почти забыли?
Какой нас с вами ждёт итог,
Когда Его мы не любили?
Спи мой хороший, твой сон не тревожу.
Знаю устал, намотался за день.
Сон исцеляет, тебе он поможет.
Пусть прогоняет сомнения тень.
Ты не мальчишка уже, но бесспорно,
В каждом мужчине ребенок живет.
Спорщик упрямый с характером вздорным.
Тот, что спокойно вам жить не дает.
Ну ничего, это с каждым бывает,
Беды гони в полуночную мглу.
Пусть для тебя горизонт открывает
К новым свершениям заря по утру.
Ты самый сильный и телом и духом.
Где же еще я такого найду?!
Не потревожу не вздохом, ни стуком
Сон твой. На цыпочках мимо пройду.
Только украдкой взгляну на ресницы,
Что чуть дрожат, погружаясь в покой.
Хочется мне, вот сейчас раствориться,
Тихо проникнуть в сон трепетный твой.
Быть твоей музой, покорной и верной,
Чтобы не смог никогда без меня.
Быть той единственной силой наверно,
Что сбережет от воды и огня.
Вечной подругой в скитаниях, дорогах.
Милой сестрицей, любимой женой.
Чтоб все пути подходили к порогу,
К дому, где я, наш уют и покой.
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Вечное» — 2 189 шт.
