Цитаты

Цитаты в теме «вечное», стр. 42

Господи, что же я вечно ценю не тех?
Господи, что же я вечно ценю не тех?
Что ж я совсем ненужных пускаю в душу?
Это действительно страшно. А я всё - в смех

Только вот смех неискренний и натужный
Что ж я так рьяно держу тех, кто хочет бежать?
Что ж я никак не могу отпускать их без боя?
Я так устала в ненужных спасенья искать

Только вот снова и снова лечу с головою
В руки чужие, не в сердце (опять промахнулась)
Я и сама до конца не пойму, что со мной.
С опытом это приходит: с ненужным проснулась —

Выпила кофе, умылась и мол ча домой.
Только зачем же я после молюсь не за близких?
Нет бы за маму и папу А я за чужих
К Богу с молитвой о тех, кто ушел по-английски.

В память о каждом лишь слезы и новенький стих.
Что ж я за каждым реву, как последняя дура!
Что ж их уходы никак по ночам не забудутся?
Что ж ошибаюсь так часто? Такая натура?

Господи, это хоть чем-то когда-то окупится!
Спи мой хороший, твой сон не тревожу.
Знаю устал, намотался за день.
Сон исцеляет, тебе он поможет.
Пусть прогоняет сомнения тень.

Ты не мальчишка уже, но бесспорно,
В каждом мужчине ребенок живет.
Спорщик упрямый с характером вздорным.
Тот, что спокойно вам жить не дает.

Ну ничего, это с каждым бывает,
Беды гони в полуночную мглу.
Пусть для тебя горизонт открывает
К новым свершениям заря по утру.

Ты самый сильный и телом и духом.
Где же еще я такого найду?!
Не потревожу не вздохом, ни стуком
Сон твой. На цыпочках мимо пройду.

Только украдкой взгляну на ресницы,
Что чуть дрожат, погружаясь в покой.
Хочется мне, вот сейчас раствориться,
Тихо проникнуть в сон трепетный твой.

Быть твоей музой, покорной и верной,
Чтобы не смог никогда без меня.
Быть той единственной силой наверно,
Что сбережет от воды и огня.

Вечной подругой в скитаниях, дорогах.
Милой сестрицей, любимой женой.
Чтоб все пути подходили к порогу,
К дому, где я, наш уют и покой.
Восходя дорогой горной прямо к бездне голубой,
Не печалься, брат мой гордый, будет нам еще с тобой
И парча ковров ценнейших, и невиданный фарфор,
И красавиц августейших неожиданный фавор.

Не раздавит нас, ей-Богу, ни чужбина, ни нужда.
Будет нам всего помногу. А не будет — не беда.
И когда недуг сердечный вдруг сожмет тебя в горсти,
Не печалься, друг мой вечный, твой корабль уже в пути.

Не зазря ломал ты крылья, не напрасно ты страдал,
И бесился от бессилия, и от холода рыдал.
Потеряешь счет пожиткам предсказаниям вопреки.
Будет нам всего с избытком. А не будет — пустяки.

И покуда шепот струнный все зовет куда-то вдаль,
Дольше срока, принц мой юный, не продлится твой февраль.
Вспыхнет утро, грянут грозы, льды сойдут, снега сойдут,
И твои ночные слезы дневным садом прорастут.

Будь, что будет, знай, не медли, путь не близок, в добрый час.
Там посмотрим — будет, нет ли. Не печалься, будет с нас.
На небе вороны

На небе вороны, под небом монахи,
И я между ними, в расшитой рубахе.
Лежу на просторе, светла и пригожа.
И солнце взрослее, и ветер моложе.

Меня отпевали в громадине храма.
Была я невеста, Прекрасная Дама.
Душа моя рядом стояла и пела,
А люди, не веря, смотрели на тело.

Судьба и молитва менялись местами.
Молчал мой любимый, и крестное знамя
Лицо его светом едва освещало.
Простила ему, я ему все прощала.

Земля, задрожав от печального звона,
Смахнула две капли на лики иконы,
Что мирно покоилась между руками.
Ее целовало веселое пламя.

Свеча догорела, упало кадило,
Земля, застонав, превращалась в могилу.
Я бросилась в небо за легкой синицей.
Теперь я на воле, я — белая птица.

Взлетев на прощанье, смеясь над родными,
Смеялась я, горя их не понимая.
Мы встретимся вскоре, но будем иными,
Есть вечная воля, зовет меня стая.
Я пишу тебе письмо это,
Потому что я продрог жутко.
Привези к моим ногам лето,
Или я сейчас умру. Шутка!

Я бываю иногда резким
И не прячу кулаки в брюки,
Просто мне поговорить не с кем,
Просто не к кому нырнуть в руки.

Просто помню до сих пор сказку,
Что была на берегах Дона.
Я во сне тебе дарю ласку,
Просыпаюсь — и уже дома.

Хороши у нас с тобой судьбы
Да не вписаны в один график,
А вокруг теперь одни судьи,
Пусть читают приговор на фиг!

Ты сама впустила их в домик,
Ты сама им раздала вилки.
Я приветлив с ними Вот комик!
А внутри меня дрожат жилки.

По утрам в груди хрустит барий
Или это, чёрт возьми, иней
Но кругом полным-полно тварей,
Им теплее, если я синий.

Вот они тебе и шлют сводки
С честным словом на листе каждом,
Будто я всю жизнь тону в водке
Или граблю по ночам граждан.

Мне осталось сосчитать сдачу
И поверить в то, что я вечен.
Я сегодня в первый раз плачу
Охренеть! Я думал, мне нечем.