Цитаты в теме «ветер», стр. 68
Двигаться вперед можно и задом.
Одни идут задом вперед, потому, что напор внешних обстоятельств так велик, что подобен мощному ветру, посему только так и можно двигаться вперед, то есть такие товарищи искренне полагают, что счастье их ожидает с подветренной стороны; другие, идут вперед задом, чтобы дирижировать толпой, чтобы стаду было задорно и весело шагать следом, а третьи просто застраховали свои задницы от вообще каких-либо телодвижений, а это уже существенная подвижка вперед. Это, естественно, не рекламная акция Рос Госстраха как могли подумать читатели. Хотя...
Мне нравится, как ты роняешь шаль
На мой сюртук не модного фасона.
И разговор неспешный, как печаль,
И губы друг от друга в два микрона.
Смотреть на локоны твои, что завиты,
И ласками причёску не нарушить,
Твой голос слушать редкой красоты,
И пение ветров январской стужи.
Глядеть, как ты, смущаясь наготы,
И с капелькой мне милого жеманства,
Ладонь пускаешь в волосы мои,
И в плен берёшь собою без убранства.
А в жаркий май, когда утихнет зной,
Под ноты лягушачьих песнопений,
Смеяться и дурачиться с тобой.
Блаженство в водах сладкой лени!
Вы можете срезать цветок розы, вы можете анатомировать его, вы можете поместить разные ее части в отдельные систематически помеченные бутылочки, но одна вещь будет упущена: там не будет красоты и не будет жизни, не будет радости, танца цветка розы на ветру, в дождь, на солнце; все это исчезнет. Там будет лишь несколько химических веществ, но эти химические вещества не будут цветком розы, эти химические вещества были всего лишь ситуацией, в которой возникла роза. Они не составляют розу, они оставляют лишь ситуацию, в которой возникает роза. Если вы уберете их, роза исчезнет в своем невидимом мире.
И душа и голова, кажись, болит, —
Верьте мне, что я не притворяюсь.
Двести тыщ — тому, кто меня вызволит!
Ну и я, конечно, постараюсь.
Нужно мне туда, где ветер с соснами, —
Нужно мне, и все, — там интереснее!
Поделюсь хоть всеми папиросами
И еще вдобавок тоже — песнями.
Дайте мне глоток другого воздуха!
Смею ли роптать? Наверно, смею.
Запах здесь А может быть, вопрос в духах?
Отблагодарю, когда сумею.
Нервы у меня хотя луженые,
Кончилось спокойствие навеки.
Эх вы мои нервы обнаженные!
Ожили б — ходили б как калеки.
Не глядите на меня, что губы сжал, —
Если слово вылетит, то — злое.
Я б отсюда в тапочках в тайгу сбежал, —
Где-нибудь зароюсь — и завою!
Темнота впереди, подожди, не ходи!
Там стеною - закаты багровые,
Встречный ветер, косые дожди
И дороги, дороги неровные.
Там чужие слова, там дурная молва,
Там ненужные встречи случаются,
Там сгорела, пожухла трава,
И следы не читаются в темноте...
Там проверка на прочность - бои,
И заливы, и ветры с прибоями.
Слышишь, сердце нарочно сбоит,
И стучит с перебоями.
Там чужие слова, там дурная молва,
Там ненужные встречи случаются,
Там сгорела, пожухла трава,
И следы не читаются в темноте...
Там и звуки, и краски не те,
Только мне выбирать не приходится,
Очень нужен я там, в темноте!
Ничего, распогодится.
Там чужие слова, там дурная молва,
Там ненужные встречи случаются,
Там сгорела, пожухла трава,
И следы не читаются в темноте...
В тиши перевала, где скалы ветрам не помеха,
На кручах таких, на какие никто не проник,
Жило-поживало веселое горное, горное эхо,
Оно отзывалось на крик — человеческий крик.
Когда одиночество комом подкатит под горло
И сдавленный стон еле слышно в обрыв упадет, —
Крик этот о помощи эхо подхватит, подхватит проворно,
Усилит и бережно в руки своих донесет.
Должно быть, не люди, напившись дурмана и зелья,
Чтоб не был услышан никем громкий топот и храп, —
Пришли умертвить, обеззвучить живое, живое ущелье.
И эхо связали, и в рот ему всунули кляп.
Всю ночь продолжалась кровавая злая потеха.
И эхо топтали, но звука никто не слыхал.
К утру расстреляли притихшее горное, горное эхо —
И брызнули камни — как слезы — из раненных скал.
Дорога сломала степь напополам,
И неясно, где конец пути,-
По дороге мы идем по разным сторонам,
И не можем ее перейти.
Сколько зим этот путь продлится?
Кто-то должен рискнуть, решиться!
Надо нам поговорить — перекресток недалек,-
Перейди, если мне невдомек!
Дорога, дорога поперек земли —
Поперек судьбы глубокий след,-
Многие уже себе попутчиков нашли
Ненадолго, а спутников — нет.
Промелькнет как беда ухмылка,
Разведет навсегда развилка,
Где же нужные слова, кто же первый их найдет?
Я опять прозевал переход. Река!-
Избавление послано двоим,-
Стоит только руку протянуть.
Но опять, опять на разных палубах стоим,-
Подскажите же нам что-нибудь!
Волжский ветер хмельной и вязкий,
Шепчет в души одной подсказкой:
Время мало — торопись и не жди конца пути,-
Кто же первый рискнет перейти!
Полчаса до атаки,
Скоро снова под танки,
Снова слышать разрывов концерт.
А бойцу молодому
Передали из дома
Небольшой голубой треугольный конверт.
И как будто не здесь ты,
Если почерк невесты,
Или пишут отец или мать
Но случилось другое,
Видно, зря перед боем
Поспешили солдату письмо передать.
Там стояло сначала:
«Извини, что молчала.
Ждать устала ».
И все, весь листок.
Только снизу приписка:
«Уезжаю не близко,
Ты ж спокойно воюй
И прости, если что!»
Вместе с первым разрывом
Парень крикнул тоскливо:
«Почтальон, что ты мне притащил?
За минуту до смерти
В треугольном конверте
Пулевое ранение я получил!»
Он шагнул из траншеи
С автоматом на шее,
От осколков беречься не стал.
И в бою под Сурою
Он обнялся с землею,
Только ветер обрывки письма разметал.
Выше! Выше! Лови — летчицу!
Не спросившись лозы — отческой
Нереидою по-лощется,
Нереидою в ла-зурь!
Лира! Лира! Хвалынь — синяя!
Полыхание крыл — в скинии!
Над мотыгами — и — спинами
Полыхание двух бурь!
Муза! Муза! Да как — смеешь ты?
Только узел фаты — веющей!
Или ветер страниц — шелестом
О страницы — и смыв, взмыл
И покамест — счета — кипами,
И покамест — сердца — хрипами,
Закипание — до — кипени
Двух вспененных — крепись — крыл.
Так, над вашей игрой — крупною,
(Между трупами — и — куклами!)
Не общупана, не куплена,
Полыхая и пляша —
Шестикрылая, радушная,
Между мнимыми — ниц! — сущая,
Не задушена вашими тушами
Душа!
Наши души, не правда ль, ещё не привыкли к разлуке?
Всё друг друга зовут трепетанием блещущих крыл!
Кто-то высший развёл эти нежно-сплетённые руки,
Но о помнящих душах забыл.
Каждый вечер, зажжённый по воле волшебницы кроткой,
Каждый вечер, когда над горами и в сердце туман,
К незабывшей душе неуверенно-робкой походкой
Приближается прежний обман.
Словно ветер, что беглым порывом минувшее будит,
Ты из блещущих строчек опять улыбаешься мне.
Всё позволено, всё! Нас дневная тоска не осудит:
Ты из сна, я во сне
Кто-то высший нас предал неназванно-сладостной муке!
(Будет много блужданий-скитаний средь снега и тьмы!)
Кто-то высший развёл эти нежно-сплетённые руки
Не ответственны мы!
Но гаснет краткий день, и в камельке забытом
Огонь опять горит — то яркий свет лиет,
То тлеет медленно — а я пред ним читаю
Иль думы долгие в душе моей питаю.
И забываю мир — и в сладкой тишине
Я сладко усыплен моим воображением,
И пробуждается поэзия во мне:
Душа стесняется лирическим волнением,
Трепещет и звучит, и ищет, как во сне,
Излиться наконец свободным проявлением —
И тут ко мне идет незримый рой гостей,
Знакомцы давние, плоды мечты моей.
И мысли в голове волнуются в отваге,
И рифмы легкие навстречу им бегут,
И пальцы просятся к перу, перо к бумаге,
Минута — и стихи свободно потекут.
Так дремлет недвижим корабль в недвижной влаге,
Но чу! — матросы вдруг кидаются, ползут
Вверх, вниз — и паруса надулись, ветра полны;
Громада двинулась и рассекает волны.
Плывет. Куда ж нам плыть.
Вот и сентябрь. Раскрывает навстречу ладошки,
Полные золота листьев и сини небесной.
Ловят последнее солнце дворовые кошки,
Шубки свои полосатые лижут до блеска.
В скверах и парках еще не покрыты аллеи
Жухлой листвой и осенних дождей нет в помине.
Снова сентябрь На ветру одиноко качели,
Тихо скрипят, добавляя печали картине.
Стрелки упрямо по кругу идут против судеб,
Связь оборвалась. Как странно не чувствую рядом
Больше тебя. И к зиме постепенно убудет
Горькое чувство вослед за пустеющим садом,
Листья роняющим Яблоки зимние падают,
Инеем первым подернулись веточки вишен
Память скулит, будто раненый зверь с нею сладу нет
Только все дальше, все тише твой голос, не слышу.
Когда ты вернешься, наверное, будет осень
Шуршать под ногами тихонько листвой опавшей
Лишь в вазе букет васильков и сухих колосьев —
Как лета фрагмент — в мозаике памяти нашей.
Когда ты вернешься, наверное, будет ливень
Хлестать днем и ночью, смывая сомнений морок.
Я знаю, что буря закончится точно — штилем
Ты даже в разлуке мне близок и очень дорог.
Когда ты вернешься, наверное, будет ветер
Шуметь, хулиганить и в спины толкать прохожих
Он песню тоски, на последнем сорвав куплете,
С собой унесет И на время пока отложит
Когда ты вернешься, наверное, солнце будет
Сиять на росе в лепестках твоего букета
И ягод лесных аромат на плетёном блюде
Когда ты вернешься, повсюду наступит лето.
Любимый, посмотри — пришла весна.
Наш первый май сегодня наступает.
Мне радостно и ласково с утра
Я с бергамотом заварю нам чаю.
Янтарный цвет и аромат Earl Grey,
И пирожки румяные с малиной
Ты приходи, пожалуйста, скорей,
И полюбуйся пасторалью дивной.
Окно навстречу солнцу распахну,
Играет ветер легкой занавеской.
Подчеркивая ткани белизну —
На зелени весенних перелесков.
Букетик перво цветов на столе
Еще не будоражит буйством красок.
Они, как нежность, что живет во мне,
Как доброта твоих чудесных сказок.
Я буду чайник на огне держать
И пирожки накрою полотенцем.
Ты знаешь я умею долго ждать,
Сомненьям вопреки и страхам женским.
Стихотворение старое,
Но оно снова для меня актуально.
Осень, осень. Ну что ж мы, подруга, грустим?
И навязчиво в мыслях звучит "Августин",
Вроде тризну по этой «как будто любви» мы справляем.
Разве это любовь, если мир почернел,
Если в каждый мой день подступает предел,
А душа, словно в адском огне, потихоньку сгорает?
Больно, осень, ну как я потом? Без души?
Отдавала её, не скупясь, за гроши,
За билетик на место, что в первом ряду театральном.
Зритель я благодарный и чуткий, поверь.
Как же горько, противно и стыдно теперь,
Что фальшивые ноты своим поощряла молчаньем.
Не дождавшись последнего акта, уйду.
Пробираясь сквозь кресел пустых череду,
Ветер вместе с листвою играет обрывком афиши.
Но актер, оставаясь на сцене один,
Свято верит, что он до сих пор Господин,
И не знает пока, что я больше его не услышу.
Больше нет ни обиды, ни злости,
Ни любви. Да и нежность замолкла.
Переменчивый ветер уносит
Фраз обрывки, циничных и колких.
Ветер, ветер, ты дуй посильнее,
Подгоняй не спешащую зиму.
Пусть под снегом скорее истлеют,
Прошлогодней листвою пусть сгинут
Чувств оставшихся чёрствые крохи.
Тишина и покой в моём мире —
Не тревожат ни рифмы, ни строки,
Ни знакомые нотки в эфире.
Это всё уже было когда-то.
Полу снег, полу дождь межсезонье
Не отвеченный вызов стократный
И баланс нулевой в телефоне.
Одиночество — благо, не скука.
И ещё тишина не противна.
И никто мне не скажет: «А ну-ка,
Выше нос! Слёз не стоят мужчины!»
Пусть для всех я сегодня пропала,
На звонки никому не отвечу.
Я сегодня начну всё сначала,
Я сегодня предчувствую Встречу.
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Ветер» — 1 964 шт.
