Цитаты в теме «вина», стр. 20 ▷ Socratify.Net

Мы выпьем красного вина,
Подслащенного нашей кровью,
Чтоб я была тобой пьяна,
Чтоб ты был пьян моей любовью.

Я буду пить тебя до дна,
А ты меня, всю без остатка,
Чтоб счастьем я была пьяна,
А ты моей любовью сладкой.

При неправильном восприятии ответственности/вины люди перекладывают на других ответственность за решение своих проблем. Умение переложить ответственность, свалив вину на другого, позволяет испытать временное облегчение и чувство нравственной правоты.

Я люблю зиму, потому что зимой можно сидеть дома без чувства вины.

Часто свободен тот, кто понимает, что всё происходящее в его жизни,
есть следствие его мыслей и отношения к реальности,
ответственность за свои поступки или дела.
Зависимый же человек этого не видит, поэтому ищет всегда виноватых.
И он эту вину обязательно находит, в ком угодно, в друзьях, в соседе, в жене,
в других людях и т. д.
Зависимый человек, не может себя изменить в своей ситуации,
для этого нужно обладать видением, которое есть у свободного.

Моя мама всегда говорила — если пьёшь вино из собственного винограда, оно никогда тебе не навредит.

Моя вина лишь в том, что не иду на поводу у рифм.

Нет человечности без преодоления подлости и нет подлости без преодоления человечности. Каждый раз выбор за нами и ответственность за выбор тоже. И если мы говорим, что у нас нет выбора, то это значит, что выбор уже сделан. Да мы и говорим о том, что нет выбора, потому что почувствовали гнёт вины за сделанный выбор. Если бы выбора и в самом деле не было, мы бы не чувствовали гнёта вины...

Дружба — вино существования, любовь — хорошая чарка водки.

Несказанное, синее, нежное
Тих мой край после бурь, после гроз,
И душа моя — поле безбрежное —
Дышит запахом меда и роз.

Я утих. Годы сделали дело,
Но того, что прошло, не кляну.
Словно тройка коней оголтелая
Прокатилась во всю страну.

Напылили кругом. Накопытили.
И пропали под дьявольский свист.
А теперь вот в лесной обители
Даже слышно, как падает лист.

Колокольчик ли? Дальнее эхо ли?
Все спокойно впивает грудь.
Стой, душа, мы с тобой проехали
Через бурный положенный путь.

Разберемся во всем, что видели,
Что случилось, что сталось в стране,
И простим, где нас горько обидели
По чужой и по нашей вине.

Принимаю, что было и не было,
Только жаль на тридцатом году —
Слишком мало я в юности требовал,
Забываясь в кабацком чаду.

Но ведь дуб молодой, не разжелудясь,
Так же гнется, как в поле трава
Эх ты, молодость, буйная молодость,
Золотая сорвиголова!

Жизнь не может быть спуском, только подъёмом - до самого последнего мига. Это раз.
Если человек живёт правильно, течение времени делает его не беднее, а богаче. Это два.
Старение должно быть выгодной торговой операцией, натуральным обменом физической и умственной крепости на духовную, внешней красоты - на внутреннюю. Это три.
Всё зависит от сорта твоего вина. Если оно дешёвое, от возраста скиснет. Если благородное, станет только лучше. Отсюда вывод: чем человек старше, тем качественнее он обязан становиться. Это четыре.

Умело симулируем любовь.
Эффектно разбиваются стаканы.
Он — удивленно поднимает бровь.
Она — бесшумно лазит по карману.

От кукольной, игрушечной любви
Бежим к другим. И с ними непременно
Чтоб этот ком под горлом задавить,
Полночи симулируем измену.

Кладем записки в ящик под трюмо.
Уходим. Тихо. Громко. Хлопнув дверью.
В обиде заливаемся вином,
Стараясь симулировать доверие.

И каждый — жертва! И палач — любой!
И наши судьбы так однообразны.
Кто — вечно симулирует любовь.
А кто-то — симулирует оргазмы.

Вино говорит. Это общеизвестно. Оглядитесь. Спросите уличного оракула, незванноного гостя на свадебном пиру, юродивого. Оно говорит. Оно чревовещает. У него миллион голосов. Оно развязывает язык, выбалтывая тайны, которые вы не собирались выдавать, тайны, которых вы знать не знали. Оно кричит, разглагольствует, шепчет. Оно говорит о великих вещах, о гениальных планах, трагических страстях и ужасных предательствах. Оно хохочет до упаду. Оно тихонько хихикает себе под нос. Оно рыдает при виде собственного отражения. Оно вытаскивает на свет летние дни, давно минувшие, и воспоминания, крепко забытые. От каждой бутыли веет иными временами, иными местами. Джо называл это будничным волшебством. Превращая низменные материи в грезы. Любительская алхимия.

Да, мастера изысканного смеха
Не могут в наши дни иметь успеха,
И не умерших классиков вина,
Что резко поглупели времена.

Сегодня и нормальный человек-то
Довольно слаб по части интеллекта,
Сегодня и нормальному уму
Писатель Свифт уже не по уму!..

В каком театре - ткните для примера! -
Смеются над пьесами Мольера?..
В какой избе-читальне на земле
Хохочут над романами Рабле?..

Зато какой бы хохот грянул в зале,
Когда б мы голый зад вам показали?..
Сегодня лишь такие номера
У публики проходят на ура!

Желая рассмешить толпу до колик,
Репризами исходит бедный комик.
Меж тем, ему довольно снять штаны,
Чтоб вызвать ликование всей страны!..

Чего же мы хотим от идиота?..
Быть ниже нормы - вот его работа!..
Он на конфликт с эпохой не идет:
Мельчает век - мельчает идиот...

Но я слыхал, простые анекдоты
Воспринимают даже идиоты.

Ах, в этом нет ни чьей вины,
Но часто на планете,
Где двое нежно влюблены,
Страдает кто-то третий

Любовь прекрасна и грустна,
И всем на свете ясно:
Грустна для третьего она,
А для двоих прекрасна

Но в этом нет ни чьей вины!
И струны всех столетий,
поют о том, что нет страны,
Где не грустил бы третий

И песня рождена
В минуты грусти тайной,
Когда в груди дрожит струна,
Слеза дрожит хрустальная

Любовь прекрасна и грустна,
И всем на свете ясно:
Грустна для третьего она
А для двоих прекрасна.

Если женщина входит в твой дом,
Потеснись, уступи ей просторы,
Где болезни, чая, разговоры,
Споры, слезы — своим чередом,

Если женщина входит в твой дом.
Приготовь свое сердце к трудам,
Если ты удостоился чести —
Быть хоть сколько-то рядом и вместе,

Если стерпятся Рай и Бедлам,
Приготовь своё сердце к трудам.
Если женщина входит в твой дом,
Приготовь свое сердце к разлуке

Позабудь про вино и науки,
Стань прозрачным, как день за окном,
Если женщина входит в твой дом.
Подчинись и глазам, и речам

Ну хотя бы сначала для вида
Ты узнаешь, что боль и обида
Исчезают всегда по ночам,
Уступая губам и плечам.

Расскажи ей, как можешь,
Про то, что печалит тебя и тревожит,
Что ты чувствуешь сердцем и кожей,
Про Шопена, про джаз и Ватто,

Если что-нибудь помнишь про - то
Если женщина входит в твой дом,
Может быть, она послана Богом,

И жилье твое станет чертогом,
И отныне ты к тайне ведом
Если женщина входит в твой дом.

Опять звонишь как будто невзначай
(Я сразу грустный голос замечаю).
Как никогда зовешь меня на чай,
(Что означает — Просто выпить чаю).

Но я приду — с вином наперевес,
И выпьем по-людски, как фея с феей.
Пожалуюсь тебе на лишний вес —
С улыбкой скажешь «Кости не худеют».

Обсудим Бриджит Джонс, твои духи,
И всех, кто не доспал когда-то с нами,
Себе позволим блажь читать стихи
И песни петь дурными голосами.

Потом тебе про мужа расскажу
И картою похвастаюсь натальной
Как хорошо, что я с тобой дружу!
Как хорошо, что мы — конгенитальны!

Ты валилась от вин,
Стол валился от пищи,
Снег валил за окном
На канун Рождества;

Я впервые за жизнь
Ощутил себя лишним -
Мне казался нелепым
Момент торжества.

Ты теряла себя,
Я терялся в прихожей,
Ночь теряла свой шарм
В предрассветном часу;

Я гостей провожал
И, увы, подытожил,
Что и мы разбежимся
Как зайцы в лесу.

И ты смотришь с тоской,
Я смотрю телевизор.
Мы как будто бы ждем,
Развязавшись узлом,

Как далекость прогонит
Из комнаты близость,
И заполнит пустой чемодан
Барахлом.

А все стихи на свете - о любви...В занозах, поцелуях и разломах.
О том, как ты идешь среди живых, стреляешь, совершая новый промах,
В тебя стреляют - чертова напасть, чтоб уложить вповалку на постели.
Но очень трудно в яблочко попасть.
Любовь слепа.
Слепым не видно цели.
А все стихи на свете - о войне...Про veni,vidi,vici, девять граммов.
И яблоки по-прежнему в цене - вас много, победителей-Адамов,
Доставших до Эдемских облаков (и многие достали, между прочим...)
Познание - оно и есть любовь.
И хорошо, когда без червоточин.
А все стихи на свете - о вине...О винном аромате райских яблок,
О том, что виноваты не вполне, безжалостно разбив о быт кораблик,
О чертовой виновнице-судьбе: мы ни при чем, не в деле и не в доле.
А все стихи на свете - о тебе.
О яблоках.
Войне.
Любви.
И боли.

Стена о на в истерике не билась,
Ждала тихонько у окна
Но жизнь ее остановилась,
Меж ней и ним опять стена

И шлейф духов его подружки,
Войдет к ней в спальню на заре
Уткнув лицо в тепло подушки,
Она поплачет о судьбе

А он от счастья окрыленный,
Совсем не думая о ней
Произнесет непринужденно, -
Ты упрекать меня не смей

Я задержался на работе,
Но в этом не моя вина
Вот — запись есть в моем блокноте,
Что встреча важная была

Она в ответ вздохнет печально,
Но промолчит К чему слова
А сердце застучит отчаянно,
Себе не верит, что жива

Пойдет ему готовить завтрак,
Горячий кофе и омлет
Чужих духов настырный запах,
Не перебьет дым сигарет

Он после душа, как обычно,
Наденет свежее белье
Войдет на кухню непривычно
Холодный кофе нет её

А на краю стола надменно,
Кольцо укором заблестит
И он почувствует мгновенно,
Как без любви душа болит.

«У того, кто отовсюду гоним, есть лишь один дом, одно пристанище - взволнованное сердце другого человека».

Я тебя в дальний путь провожаю
Без тревожных и жалобных слов.
И шепчу, как кричу, заклиная:
Счастлив будь, и любим, и здоров.

Да, хранит тебя любовь моя
От лжи искушения,
От страсти внушения
Поцелуя лицемерного,

От измены друга верного.
От предательства и низости
Безразличной с кем-то близости.
От безволия и трусости,

Дерзкой смелости и глупости.
И от зноя, и от холода,
Пресыщения и голода.
От отчаянья-несчастья,

От людского безучастия.
От потери чести-гордости,
От большой и мелкой подлости.
От фанфар и от падений,

От грехов и прегрешений.
От сумы и от тюрьмы,
Покаяния без вины.
И от пули, и от боли.

От скитаний и неволи.
Да, хранит тебя любовь моя.
Я по-русски три раза целую
И украдкой шепчу: «Не забудь»

Я боюсь, что в годину такую
Слишком долгим окажется путь.