Цитаты в теме «земля», стр. 143
Горними тихо летела душа небесами, Грустные долу она опускала ресницы;
Слезы, в пространстве от них упадая звездами, Светлой и длинной вилися за ней вереницей.
Встречные тихо ее вопрошали светила:
«Что так грустна? И о чем эти слезы во взоре?»
Им отвечала она: «Я земли не забыла, Много оставила там я страданья и горя.
Здесь я лишь ликам блаженства и радости внемлю, Праведных души не знают ни скорби, ни злобы —
О, отпусти меня снова, создатель, на землю, Было б о ком пожалеть и утешить кого бы».
1858
Я учился траве, раскрывая тетрадь,
И трава начинала как флейта звучать.
Я ловил соответствия звука я цвета,
И когда запевала свой гимн стрекоза,
Меж зеленых ладов проходя, как комета,
Я-то знал, что любая росинка — слеза.
Знал, что в каждой фасетке огромного ока,
В каждой радуге ярко стрекочущих крыл
Обитает горящее слово пророка,
И Адамову тайну я чудом открыл.
Я любил свой мучительный труд, эту кладку
Слов, скрепленных их собственным светом, загадку
Смутных чувств и простую разгадку ума,
В слове правда мне виделась правда сама,
Был язык мой правдив, как спектральный анализ,
А слова у меня под ногами валялись.
И еще я скажу: собеседник мой прав,
В четверть шума я слышал, в полсвета я видел,
Но зато не унизил ни близких, ни трав,
Равнодушием отчей земли не обидел,
И пока на земле я работал, приняв
Дар студеной воды и пахучего хлеба,
Надо мною стояло бездонное небо,
Звезды падали мне на рукав.
Порой по улице бредёшь —
Нахлынет вдруг невесть откуда
И по спине пройдёт, как дрожь,
Бессмысленная жажда чуда.
Не то, чтоб встал кентавр какой
У магазина под часами,
Не то чтоб на Серпуховской
Открылось море с парусами,
Не то чтоб захотелось — и ввысь,
Кометой взвиться над Москвою,
Иль хоть по улице пройтись
На полвершка над мостовою.
Когда комета не взвилась,
И это назови удачей.
Жаль, у пространств иная связь,
И времена живут иначе.
На белом свете чуда нет,
Есть только ожидание чуда.
На том и держится поэт,
Что эта жажда ниоткуда.
Она ждала тебя сто лет,
Под фонарём изнемогая
Ты ею дорожи, поэт,
Она — твоя Серпуховская,
Твой город, и твоя земля,
И не взлетевшая комета,
И даже парус корабля,
Сто лет, сгинувший со света.
Затем и на земле живём,
Работаем и узнаём
Друг друга по её приметам,
Что ей придётся стать стихом,
Когда и ты рождён поэтом.
Он был старше ее на четырнадцать лет,
А она младше была на четырнадцать зим.
Почему ей достался тот лишний билет,
И зачем она взглядом вдруг встретилась с ним.
Почему он вернулся за папкой для нот,
Хоть всю жизнь без конца, уходя, уходил.
Это знает, скорее всего, только тот,
Кто рукою его водил.
Ты для меня — солнечный свет,
Я для тебя — самый, самый.
Мы проживем тысячу лет
И на земле, и под небесами.
Мы проживем тысячу лет
И на земле и под небесами.
Он был старше ее на пять тысяч ночей,
Она младше была на пять тысяч утрат.
Но не сможет понять никакой казначей,
Почему они вместе проснулись с утра.
Почему он вернулся за папкой для нот
И остался, понять ничего не успев.
Но случайности нет —
Это выдумал тот,
Кто ему подсказал припев.
Старая мелодия в памяти крутится,
Возвращая в прошлое стайками фраз:
Всё когда-нибудь обязательно сбудется,
Сбудется, сбудется, но не у нас
Время вертит стрелки со скоростью бешеной
То закат осенний, то летний рассвет
Впрочем, на моей, на планете заснеженной
Ни весны, ни лета, ни осени нет
Восемь лет без тебя живу,
Восемь лет на земле зима,
По зиме восемь лет хожу,
И схожу без тебя с ума
Что, душа моя, так и жить со слезами нам,
Не воротишь прошлое, как ни зови,
Просто, я когда-то не сдал два экзамена:
Первый по прощенью, второй по любви.
Скоро медной хною деревья окрасятся,
Скоро бабьим летом застелет сердца,
И, конечно, в школу пойдёт первоклассница,
Потому что где-то живёт первоклассница,
С отчеством от неродного отца.
Всё начинается с Любви:
И Бог, и жизнь, и даже смерть.
Вокруг одной её оси
Летит земная круговерть.
Всё начинается со слов
Признания слабости своей,
С Её Высочества послов,
Стрелами ранящих людей.
Любовь даруется, как страсть,
И обрывается, как нить,
Её тайком нельзя украсть,
И невозможно объяснить.
И всё, что есть — отдать не жаль,
Чтоб лишь увидеть у окна
Её прозрачную вуаль
Из золотого волокна.
Кто Райских кущ плоды вкушал,
И кто отведал соль земли,
Тот знает сам, как ждёт душа
Прикосновения Любви.
И я, под небом голубым,
Вновь эту жизнь благословлю,
Не потому, что я любим,
А потому, что сам люблю!
Всё начинается с Любви!
Я прежде боялась остаться одна,
Боялась не ждать никого,
Хотела всегда быть владычицей сна,
Безмятежного сна твоего.
Я прежде боялась. Теперь не боюсь,
А нужно бояться теперь,
Когда поняла, что одна остаюсь
И наглухо заперта дверь.
******
Солнце снова снега растопило,
И земля задрожала, звеня,
Сердце снова тебя разлюбила
И не слушается меня.
Ухожу, убегаю, успею
Обновить то, что было старо,
Недоступную Кассиопею
Перепутаю с буквой метро.
Но к моим постоянным уходам,
К возвращениям весны и зимы,
Как земля к переменным по годам,
Ты привык к смене света и тьмы
И глядишь сквозь меня равнодушно,
Зная истину силы своей:
Только то существо не подсудно,
Для кого ни преград и цепей.
С какого вопля, судите сами,
Пошло название речки Вобля?
Да и земля хороша в Рязани:
Воткнешь оглоблю - цветет оглобля!
А потрясение берез осенних!
А небо... Братцы, какое небо!
Не зря тут жил хулиган Есенин.
А я, признаться, почти что не был -
Так... Пару раз проезжал на "скором",
Глядел в окошко, трясясь в плацкартном...
Зато под Старым гулял Осколом
На речке Убля (смотри по картам).
И там простор без конца и края,
И как в Рязани до слез красиво.
А то, что жизнь далека от рая...
Зато в названиях - какая сила!
Читая "русский народ загублен"
В газетах Дублина и Гренобля,
Я вспоминаю про речку Убля
С рязанским кукишем речки Вобля.
******
* Река Вобля протекает около Рязани.
** Речка Убля - у Старого Оскола.
Мама-туча сына провожала,
Прижимала к грозовой груди:
Я тебя растила и ласкала,
Дождик мой, пора тебе идти.
То, сынок, Природы завещание,
Её Слова нам не изменить —
Силы передав свои и знания,
Мать должна ребенка отпустить.
Туче подарив свой взгляд прощальный,
Из объятий её рыхлых крыл
Дождь к земле, унылый и печальный,
Брошенным щенком засеменил.
Дав дождю за горизонтом скрыться,
Яростно, как может только мать,
Туча начала о нем молиться,
Громово и зычно причитать
Мощь её раскатистых рыданий
Слушая и полнясь слёз водой,
Дождик уходил дорогой дальней,
Превращаясь в ливень молодой.
Я – летала! Парила в раю лёгкой невесомой пташкой. Так приятно чувствовать себя воздушной и счастливой, забыть про свои увесистые бёдра и тяжёлый зад. Если бы я знала государственные тайны и в этот момент потребовали их выдать, легко бы выдала. Женщинам тайны противопоказаны, потому что находятся мужчины, способные любую довести поцелуями до умопомрачения. Поцелуи – абсолютно деморализующее средство. Теряешь голову, память, честь, совесть... Всё теряешь, когда тебя целует любимый, и ты становишься маленькой новорожденной вселенной, в которой нет места ничему, кроме жажды продления удовольствия... Вселенная несётся, кружась в космосе, Земля уже далеко, и чёрт с ней. Прощайте, страхи и комплексы, мысли глупые и умные, опасения напрасные и справедливые – я улетела.
Давно забыть тебя пора,
А сердцу хочется иначе!
Подружка юности,сестра,
Я о тебе поныне плачу.
Тогда сошла на землю мгла,
Был одинок мой зов напрасный
К тебе,которая смогла
Забыть меня в мой день ненастный!
Как отсечённая рука
Болит и ноет в месте жеста,
В душе моей саднит всегда
Твоё пустующее место.
Была,как яблоко,смугла,
Была,как облако,прекрасна!
Всё та,которая смогла
Забыть меня в мой день ненастный!
Немало дней прошло с тех пор,
Когда душа любила душу.
Ты нарушала уговор!
Ну что ж,и я его нарушу.
Я знаю все твои дела,
Твой путь прямой и безопасный.
Ты та,которая смогла
Забыть меня в мой день ненастный
Ни слова больше о тебе,
А позабыть смогу едва ли!
Ты по моей прошла судьбе,
Но,слава Богу,лишь в начале!
Когда бы юность не зажгла
В груди моей тот свет бесстрастный,
То ты бы снова предала
В мой чёрный день,
В мой день ненастный!
Ты хочешь - до дна, в основание, в корень,
Дойти, прирасти, прорасти и растаять:
Насквозь, до молекул. А что я такое?
Я - память, и только. Уставшая память.
Я помню игру и не взрослые игры,
В которых училась молчать не по-детски,
Шиповника пряного твердые иглы,
Мечту и неверность зеркальных Венеций,
Последний патрон в опустевшей обойме,
И легкость запретов, и тяжесть скрижалей.
Пишу на земле, облаках и обоях -
Читай и срывай, пустоту обнажая,
Вбирай, чтоб до крошки, до капли - не жалко,
Я буду с тобой, и в тебе, и тобою...
Нет. Все же не выйдет.
Останется ржавый
Последний патрон в опустевшей обойме.
Есть в памяти вещи - не дашь и любимым,
И вроде пустяк - никому не расскажешь,
Актриса без речи, без роли, без грима
Молчит и упорствует в яростной блажи:
Мое - позвоночник, упругая хорда,
Секрет - никогда не дойдешь до предела...
Возможно, что это - нелепая гордость.
Возможно, я просто тебя пожалела.
БОГ И ДЬЯВОЛЯ люблю тебя, Дьявол, я люблю Тебя, Бог,
Одному — мои стоны, и другому — мой вздох,
Одному — мои крики, а другому — мечты,
Но вы оба велики, вы восторг Красоты.
Я как туча блуждаю, много красок вокруг,
То на север иду я, то откинусь на юг,
То далеко, с востока, поплыву на закат,
И пылают рубины, и чернеет агат.
О, как радостно жить мне, я лелею поля,
Под дождем моим свежим зеленеет земля,
И змеиностью молний и раскатом громов
Много снов я разрушил, много сжег я домов.
В доме тесно и душно, и минутны все сны,
Но свободно-воздушна эта ширь вышины,
После долгих мучений как пленителен вздох.
О, таинственный Дьявол, о, единственный Бог!
Аромат Солнца.Запах солнца ? Что за вздор !
Нет, не вздор.
В солнце звуки и мечты,
Ароматы и цветы
Все слились в согласный хор,
Все сплелись в один узор.
Солнце пахнет травами,
Свежими купавами,
Пробужденною весной,
И смолистою сосной.
Нежно-светлоткаными,
Ландышами пьяными,
Что победно расцвели
В остром запахе земли.
Солнце светит звонами,
Листьями зелеными,
Дышит вешним пеньем птиц,
Дышит смехом юных лиц.
Так и молви всем слепцам:
Будет вам!
Не узреть вам райских врат,
Есть у солнца аромат,
Сладко внятный только нам,
Зримый птицам и цветам !
Я дала тебе шанс быть свободным от этой любви.
Я дала тебе право не знать меня близко без боли.
Ночь за ночью послушно молчали для нас соловьи,
Но в молчании этом звенели оковы неволи.
Я тебе позволяла не быть в моей жизни никем,
Не просить, не надеяться и не давать обещаний.
Я тебя, как могла, не пускала в двойное пике
Безнадеги прощаний, коротких и долгих прощаний.
Я старалась быть тихой, но ты нарушал тишину!
Ты не сбрасывал скорость на самых крутых поворотах!
Ты расшатывал Землю! Ты выл обо мне на луну!
Ты любил, как умел. А умел — в запредельных высотах!
Я смотрела и видела, как ты стремишься в тупик.
Ты искал там, похоже, прохладу тенистого сквера,
Дом под грушей раскидистой, чистый звенящий родник,
По-мальчишески веря, что все остальное — химера.
И однажды я, вдруг, поняла: ты не так уж неправ
В оголтелом, безумном, безмерном стремлении к счастью.
Бог задумал меня для любви из чьего-то ребра.
До Начала Времен не твоею ли я была частью?
Рыжими огнями засветилась осень
Рыжими огнями засветилась осень,
Золотом печали изумляет лес.
Есть одна забота у беспечных сосен —
Жить и наслаждаться синевой небес.
Желтые рассветы, теплые туманы,
Нежною истомой плещется река.
Лечатся невзгоды, заживают раны,
Под лазурью неба тают облака.
Бабье лето — это: когда много песен,
Райская погода, светлая пора.
Этой ночью тихой улыбался месяц,
Посыпая землю блеском серебра.
Думая о счастье, загляните в дали;
Вспоминайте вечер, уходящий в тень!
Нет о прошлом лете никакой печали,
Если бродит лесом золотой олень.
Запоздалый рейс
Ночь прожектора свои зажгла,
Завершился лётный день.
Серебрит луна металл крыла,
Самолет роняет тень.
Фонари горят на полосе,
Над рекой туман плывет.
Стих аэропорт в ночной красе,
Словно он кого-то ждет.
Город у реки уже уснул,
Сторожит его луна.
В небе раздается легкий гул,
Кажется, поет струна.
Запоздалый рейс идет ночной,
Блещут маяки во мгле.
Экипаж спешит к себе домой,
Тянется к родной земле.
Дома его ждут уже давно —
В этом не его вина.
Вот и полоса у самых ног,
Милый дом и тишина.
Север - обиталище страстей
Север — обиталище страстей.
Ветер продувает до костей,
Тропы заметает без следа
И уносит мысли в никуда.
Сумерки — седые вечера —
Звёзды зажигали до утра.
Вылетали поздно, с ночевой.
Дул опасный ветер, боковой.
Занят эшелон. Гудит мотор,
А по курсу прямо — пики гор.
Дремлют пассажиры за спиной,
Вся страна под белой пеленой.
Всё едино: небо и земля,
Люди, самолёты и поля.
Облако мелькает под крылом,
Через два часа — аэродром.
Манит путеводная звезда,
Люди улетают — кто куда.
Скоро позабудут про пургу,
Если сесть в тумане я смогу
Впрочем, не один я экипаж
Город вдалеке, огней мираж.
Разворот четвёртый — рубикон!
Курс, глиссада, полоса, перрон.
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Земля» — 3 219 шт.
