Цитаты в теме «желание», стр. 114
ТЫ ЛЮБИШЬ ЦЕЛОВАТЬ ЕГО!
Ты любишь целовать мой
Звучит немного грубовато?
В фантазии своей богатой,
Читатель, строчку дорисуй —
«Ты любишь целовать мой!
Ты любишь целовать его,
Скользить от верха и до низа,
Мои желанья и капризы
Ты выполняешь так легко!
Какой красивый поцелуй!
Губами, обхватив головку,
Ты языком щекочешь ловко
И шепчешь: «Мой любимый!»
Ты любишь брать его потом,
Когда устала от восторгов,
Стонала и кричала много —
Целуешь нежно жадным ртом.
Ты так расслабленно лежишь
«Не забирай!» — целуешь снова
И продолжать еще готова —
Ты словно надо мной летишь.
Кружись над ним, целуй, колдуй!
Так страстно, нежно, так прелестно!
Вся в ожидание теплых струй
Ты говоришь: «Мой чудный х*й!»
И многоточие — неуместно!
В такую погоду, желательно жить вместе:
Ходить по квартире в носках и пушистых халатах,
На кухне готовить пирог и испачкаться в тесте,
В него добавляя орехи, изюм и цукаты
В такую погоду желательно стать проще:
Принять теплый душ, вместе встав под горячую воду,
Забыть о диете и вечном желании быть тощей,
И в чай себе смело добавить немножечко меда!
В такую погоду желательно быть дома!
(Хозяин на улицу даже собаку свою не отпустит)
Добавить в пирог для пикантности капельку рома,
Добавь в любовь для пикантности капельку грусти
В такую погоду желательно жить вместе!
И пусть за окном целый день вновь бушует ненастье,
Но этой погоде назло, вроде, в качестве мести,
Вдруг просто принять этот день как огромное счастье!
Наконец г-жа Воке заметила своим сорочьим глазом кое-какие записи вкладов в банк, которые, по приблизительным расчетам, могли давать этому замечательному Горио тысяч восемь-десять дохода в год. С того дня вдова Воке, в девицах де Конфлан, уже достигшая сорока восьми лет от роду, но признававшая из них только тридцать девять, составила свой план. Несмотря на то, что внутренние углы век у Горио вывернулись, распухли и слезились, так что ему довольно часто приходилось их вытирать, она находила его наружность приятной и вполне приличной. Правда, он был слегка мужиковат, но в день переезда Горио, вечером, когда Воке улеглась в постель, она, как куропатка, обернутая шпиком, румянилась на огне желанья проститься с саваном Воке и возродиться женою Горио.
человек приблизится к концу учения и совершенно неожиданно встретится с последним своим врагом — старостью. Это самый жестокий из врагов, победить которого невозможно, но можно отогнать.
И вот наступает пора, когда человек избавился от страха, преодолел ясность, подчинил силу, но его одолевает неотступное желание отдохнуть. Если он поддастся этому желанию лечь и забыться, если усталость убаюкает его, то он проиграет последнюю схватку — четвертый враг его повергнет. Желание отдохнуть пересилит всю ясность, все могущество, все знание.
Но если человек сумеет преодолеть усталость и пройдет свой путь до конца — тогда он станет человеком знания хотя бы на то краткое мгновение, когда ему удастся отогнать последнего, непобедимого врага. Этого мгновения ясности, силы и знания — достаточно.
У меня во рту соль и камни, вода и вино, я тебя выдыхаю сквозь трубочку в спелые вишни
все случилось давно. Неприлично, ужасно давно. Но случилось и значит, что мы этим дышим и дышим.
Нет успехов, героев и повесть скользит по рукам в сарафанное время вливается день многоточием
я кончаюсь не здесь, начинаюсь обычно не там, прохожу прохожу между строчками
и свиваюсь как куст, и впиваюсь в тебя как струна, прогрызаю ложбинку под это в податливых пальцах
у меня во рту соль, соль и камни, немного вина и воды и тепла, и желание не расставаться —
еще хоть полчаса говорить, говорить не о том, и катить по дороге горячие спелые вишни
и держать тебя за руку нежность стекла в решето. Оказавшись смешной и ненужной и кажется — лишней.
Глухая, слепая и терпкая осень,
Сладким яблочным вкусом, имбирным напоем, лимонным внутри
Отзывается. лето снова случилось и небо не просит,
А легко изливается на — говори, говори:
Все, что было загадано больше не сбудется. баста.
Это осень отрежет тебя от желаний и снов,
И покроет замерзшее сердце как корочкой настом,
И заставит тебя разбираться с собой до основ,
До зубовного скрежета, до «не хочу» и «не верю»,
И до первых познаний — чего ты на самом-то деле хотел,
Это осень. она начинается с ветра и двери,
Открываемой в прошлое тут не смог и вот здесь не успел —
Никого не ведешь с белым бантом и тонким смешным рюкзачишком
В первый класс да и я никого никуда не веду.
Это осень. она будет в этом году нам немножечко слишком,
Но ведь вот что отлично — она все же будет. и в этом году.
Стоп-кадр
Сиреневый воздух звенит на морозе
И пар с алых губ — словно призрачный дым.
А капли снежинок — как влага на розе,
Злой иней ресницы штрихует седым
Ныряешь в глаза будто в омут бездонный,
Всё то, что хотелось сказать, — позабыл
Я - молод, я — просто мальчишка влюблённый:
Смотрю и теряю в смущении пыл
И в робости этой нет тайны постыдной:
Я чувства свои не менял на рубли.
А сердце стучит от волнения, видно,
И молча тону в море первой любви
Всё будет: неистовство страстных желаний,
Разлуки и встречи на длинном пути.
Тяжёлую ношу душевных скитаний
Ещё предстоит мне познать впереди
Ещё впереди грусть и боль расставаний,
Дорог монотонность и пыль городов,
Слепая тоска запоздалых терзаний
И горькая суть поминальных костров
Темнеет. Морозный метелистый вечер,
И снег под ботинками шумно хрустит.
Несмело тебя обнимаю за плечи.
Стоп-кадр Воскресенье в районе шести.
Когда мне тяжело, печаль к земле гнетет,
И слезы удержать нет сил и нет желанья,
И кажется конца не будет испытаниям,
Я говорю себе тихонько: всё пройдет
Когда ж от радости душа моя поет,
Безоблачны все дни и все спокойны ночи,
И бьется жизнь в груди так сильно, что есть мочи,
Я, чтоб смирить себя, твержу, что всё пройдет.
Да, в этом жизнь. Мы знаем наперед,
Что есть всему конец, предел всему положен.
И как бы ни был путь порою темен, сложен,
Иль легок, весел, знаем: всё пройдет.
— В общем, собрались трое: латинос, белый и черный.
— Черномазый!
— Ага, и вот они идут по пляжу и видят горшок, они его потерли и оттуда вылез Джин.
Ну и Джин говорит:
— Загадывайте любое желание. — Спрашивает мексиканца: — Чего ты хочешь?
А тот говорит:
— Хочу, чтобы весь мой народ из США, жил счастливо и свободно в Мексике.
Ну, а Джин — ПУФ: и все латиносы очутились в Мексике.
А потом спрашивает у черного:
— А ты чего хочешь?
А тот говорит:
— Хочу чтобы все мои афро , мои черномазые братья из Америки вернулись в Африку и зажили там счастливо и все такое.
Ну и Джин — ПУФ: и все черномазые из Америки очутились в Африке.
— Ну и дальше
— Слушай, чета не смешно сегодня, у меня тоже тяжелый день, анекдот не смешной, просто тупой!
— Рассказывай анекдот дальше.
— Ну и значит, Джин спрашивает у белого:
— А у тебя какое желание?
А белый говорит:
— Ты хочешь сказать латиносов и черномазых в Америке больше нет?
Джин говорит:
— Нету!
А белый говорит:
— Ну, тогда хочу стаканчик колы!
Это Индия! Сверкающая, блестящая, шепчущая, что если у тебя есть какие-то мечты, то приходи и исполни их. Если у тебя есть какие-то желания, то приходи и исполни их. Да, это и есть Индия, которая была мечтой Банти и Бабли. А их действительность – это Индия, которая говорит: «Мечтай столько, насколько это по силам! Желайте только того, что можете получить, двигайтесь вперед, только тогда, когда вперед двигаются все вместе с вами, взбирайтесь вверх, но только не по чужим плечам. Честь, порядочность, дружба – это и считайте настоящим богатством!»
— Как можно осуществить мечту?
— Хороший вопрос Чтобы осуществить мечту, для начала надо её иметь.
— Иметь мечту?
— Это, конечно, очевидно, но всё равно крайне важно. Подойдёт любая идея, стремление или желание кем-то стать.
— Желание
— Не забывай своё желание и продолжай стремиться вперёд. Это первый шаг к осуществлению мечты.
— А что если мечта неосуществимая?
— Остаётся только ждать чуда.
— В мире чудес не бывает.
— «Есть только случайность, неизбежность и то, что собираешься сделать сам». Любимая фраза Химуры. Но иногда, из-за какой-нибудь случайности результат, поступков становится неизбежным, и это приводит к исполнению мечты. Не знаю, можно ли это назвать чудом, но в одном я абсолютно уверен: если ни к чему не стремиться — ничего не произойдёт.
Душа как птенец. Приходя в этот мир, она смотрит на него из родительского гнезда. Она может петь и веселиться, беззаботно глядеть вокруг, наслаждаясь прекрасными видами. Наивность ребёнка — это счастье души. Но проходит время, человек становится старше, и наступает момент, когда кто–то выталкивает его душу из «гнезда». Но речь не идёт о родительском доме, речь идёт о том доме, что вырос внутри самого человека.
Этот внутренний дом человека, это внутренний уклад его жизни — его картина мира, его представления о мире, его представления о самом себе. Это его мечты, надежды, желания. И этот дом рушится. Оказывается, что жизнь другая. В ней никому нет дела ни до твоих надежд, ни до твоих желаний. Никому. В ней и до тебя–то никому нет никакого дела, потому как каждый занят только своими надеждами и желаниями. Каждый занят только собой.
И разверзается бездна, и душу охватывает ужас. Чтобы ты смог взлететь, ты должен начать падать. Ты должен увидеть дно своей жизни, чтобы внутри тебя родилась потребность взмыть вверх. И потому душа, сама того не понимая, ищет то самое дно, ту крайнюю степень падения, без которой ее истинный, исполненный силы полет невозможен. Она бросается вниз, она готова разбиться и погибнуть Это мнимое стремление к смерти на самом деле — стремление к истинной жизни. Но если бы она это знала, она бы не бросилась вниз
Я показал тебе район, где я жил, бары, мою школу. Я познакомил тебя со своими друзьями, родителями. Я слушал тебя, когда ты учила свои роли, слушал твое пение, твои надежды, твои желания. Я слушал музыку твоих слов, а ты слушала меня, слушала мой итальянский, немецкий, русский. Я подарил тебе плеер, а ты подарила мне подушку. И однажды ты поцеловала меня Время шло, время мчалось, и все казалось настолько легким, таким простым, свободным, новым и неповторимым Мы ходили в кино, мы ходили танцевать, ходили по магазинам. Мы смеялись, кричали, мы плавали, мы курили, мы брились. Время от времени ты кричала Я ходил к тебе в консерваторию, я готовился к экзаменам, я слушал твое пение, твои надежды, твои желания. Я слушал музыку твоих слов, а ты слушала меня. Мы были близки, так близки, еще ближе Мы ходили в кино, мы ходили плавать, мы смеялись вместе. Ты кричала, иногда по поводу, иногда без. Время шло, время мчалось. Я ходил к тебе в консерваторию, я готовился к экзаменам, ты слушала, как я говорил на итальянском, немецком, русском, французском. Я готовился к экзаменам. Ты кричала, иногда с причиной, через некоторое время без повода. Ты кричала без повода. Я готовился к экзаменам. Экзамены, экзамены Время шло, ты кричала. Ты кричала, ты кричала Я ходил в кино..
— Что такого природа дает нам? Разве она не жадна, не разрушительна, не жестока, не непостоянна и не совершенно черства? Не замечали ли вы, что она лучше всего умеет убивать и калечить? Разве вы не видите, что зло — ее естественный элемент? Что ее творческие порывы только наполняют мир кровью, слезами и горем.
— Она — наша мать!
— Какая мать тратит столько своей энергии, причиняя страдания, беспощадно и систематически убивая собственных детей? Стоит только бросить взгляд на эту вашу «мать», и станет понятно, что она создает только, чтобы уничтожить. Все, что она делает, так это убивает! А мы — ее дети! Так почему же, мы, должны вести себя иначе? Я убил бы такую мать!
Что же касается Бога Природа, по крайней мере, существует независимо от нашей воли, наших желаний. А Бог Он просто создан из человеческих страхов и надежд.
Люди всегда были несчастны. И они всегда боялись. Они ищут причину бед и надеются остановить свои страдания. И они породили такую химеру, как Бог, в надежде, что он исполнит их желания!
Бог — не более, чем химера, рожденная нашими опасениями и слабостью.
— Но религия преподает нам
— Что говорит христианская догма, об этом вашем могущественном Боге? Что ваша религия говорит о нем? Все, что я вижу, так это непостоянное и варварское существо, создавшее однажды мир, чтобы потом только и сожалеть об этом. Слабое существо, неспособное сотворить человека таким, как он хочет!
— Но если бы бог создал нас совершенными, зачем нам надо было бы стараться быть достойным спасения?
— Какая банальность! Почему бы людям, не быть достойным их Бога? Создать нас неспособными к злу это было бы деянием, достойным Бога! Но давая человеку свободу выбора, вы даете ему искушение. Бог в его бесконечной мудрости должен был знать, куда это ведет. Он вводит в заблуждение существ, созданных им, исключительно для собственного развлечения! Такой Бог ужасен! Такой Бог чудовищен! Такой Бог вреден! И он заслуживает только нашей ненависти и мести!
Разумеется, на уровне идеального общения (которое я называю царством Бытия) такие понятия, как свобода, независимость, постижение, доверие, воля, зависимость, реальность, другая личность, отчуждение, отпущение грехов и т. п., имеют очень сложное и богатое содержание, какого они лишены в повседневной жизни, измученной дефицитами, желаниями, потребностями, стремлением к самосохранению, дихотомией и полярными противоположностями.
Я не с тобой, но у тебя внутри,
Мечтами сокращаю расстоянье,
Я где-то в глубине твоей души,
Как светлое воспоминанье
Я не с тобой, но я в твоих словах,
Слетаю с губ внезапным вдохновением,
В твоём стремлении, желанье доказать
Моё случайное не очень наставление.
Я прихожу в твои ночные сны,
С тобою там гуляем до рассвета,
Там хорошо, там только я и ты,
Но тают сны от солнечного света.
Нам бы хоть миг, и только на двоих,
Да вот не властны чувства над судьбою,
Ты исчезаешь в будних днях моих,
Но ты внутри, а значит, ты со мною.
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Желание» — 2 280 шт.
