Ему следовало бы сказать себе: «Я обладаю этим сейчас, и потому я счастлив»; вместо этого он — совсем по-викториански — говорил: «Я не могу обладать этим вечно, и потому мне грустно».
— Я полюблю того, кто подарит мне самый красивый камень.
— Нет, всё будет иначе. Сначала ты полюбишь его, а после он вложит в твою руку обыкновенный булыжник, и ты назовёшь его самым красивым камнем...
У меня нет времени, чтобы ненавидеть тех, кто ненавидит меня. Потому что я слишком занят теми, кто меня любит.
Раньше я говорил: «Я надеюсь, что все изменится». Затем я понял, что существует единственный способ, чтобы все изменилось — измениться мне самому.
Я любил в жизни дважды – я имею ввиду, по-настоящему, - и оба раза был убежден, что все это навеки и кончится только с моей смертью; и оба раза это кончилось, а я, как видишь, не умер.
Я рожден, и это все, что необходимо, чтобы быть счастливым!
Мои потребности предельно просты: я довольствуюсь самым лучшим.
Каждое утро при пробуждении ты обязан говорить: Я вижу, я слышу, я двигаюсь, я не страдаю! Спасибо! Жизнь прекрасна!
Я участвовал в преобразовании моей эпохи. Я делал это посредством одежды, что, конечно же, не так значимо, как музыка, архитектура, живопись… Но это стоило того, и я делал это.
Боже мой! Какое счастье, что меня ненавидят те люди, которых я всегда терпеть не могла. Если бы я им нравилась, это значило бы, что я пела и жила зря. Причина ясна. Пусть скрежещут зубами. Были холопами, стали рабами!