Быть леди — не значит носить красивые платья, быть леди — значит спокойно и с достоинством принимать удары судьбы, по мере сил помогать тем, кого любишь и не жаловаться, даже если кажется, что сил больше нет.
Жениться много ума не надо, а ты попробуй сделать так, что бы она каждый день улыбалась и ставила тебя в пример.
Можно родиться и жить как в раю, постоянно жалуясь на жизнь, так и не познав ее радости.
А можно ценить и понимать то, что у тебя есть, и быть самым счастливым!
Мы познаем человека не по тому, что он знает, а по тому, чему он радуется.
Между двумя людьми — мужем и женой — должна быть любовь, и это самое главное, но это не ты и не он, а нечто третье, что вы оба должны создавать. Не стоит думать, что все должно быть по-твоему.
Каждый хорош по-своему! Не всем же быть благородными, надо кому-нибудь и дело делать.
Человек чем-то похож на самолет. Самолет может ездить и по земле, но чтобы доказать, что он — самолет, он должен подняться в воздух. Так же и мы: если не поднимемся над собой, никто и не догадается, что мы сможем полететь.
А вы когда-нибудь скучали по себе,
По той себе, которой уж не будет ,
Той что осталась рябью на воде ,
Которая растаяла по сути .
По той что не обманута пока,
Не предана, не сброшена с обрыва.
По той что невесома и легка ...
Которой незнакома точка срыва .
По той которой чужд ещё обман ,
Которая не чувствует подвоха ,
Не видит ложь, что спрятана в карман .
По той что ещё в общем-то дурёха .
А вы когда-нибудь скучали по себе ,
По той наивной, доброй и открытой,
По той что ещё в жизненной борьбе ,
На всём лету невзгодами не сбита .
По той что не боится доверять ,
Что как ребёнок в пустоту шагает ,
Которой ещё нечего терять ,
Которая пока что обретает...
— Не грусти, — сказала Алисa. — Рано или поздно все станет понятно, все станет на свои места и выстроится в единую красивую схему, как кружева. Станет понятно, зачем все было нужно, потому что все будет правильно. Подумать только, что из-за какой-то вещи можно так уменьшиться, что превратиться в ничто.
Страсть — она так, до послезавтра, а совместимость — она навсегда.
Все важно, и все не важно; то есть, если это биологическая совместимость, то она во всем, понимаешь?
Человек тебе подходит во всем. Из рук выпустить трудно, правда. И все равно, что он говорит, — просто слушаешь голос. И все равно, что он делает, — просто смотришь на него. Смотришь, и тебе хорошо, тепло так. Ты на него смотришь, и такое чувство — вот я и дома, понимаешь? А потом с другими ничего и не выходит. Все, вроде, и ничего так, но все время домой хочется.