Цитаты

Падение (Альбер Камю), 91 цитата

Помню его сумерки в такое же вот осеннее время. На крыши, сизые от дыма, спускается вечер, сухой, хрустящий, город глухо гудит, а река словно течёт в обратную сторону. Я бродил тогда по улицам. Такие, как я, бродят там и теперь, я это знаю. Они бродят, а делают вид, будто спешат к усталой жене, в свой суровый дом Ах, друг мой, знаете ли вы, каково одинокому человеку бродить по улицам в больших городах?..

ПОХОЖИЕ ЦИТАТЫ

ПОХОЖИЕ ЦИТАТЫ

Любимому человеку не скажешь: извини, я уставший.
Или: у меня сегодня другие планы.
Или: я голоден. Не сейчас.
К любимому человеку без оглядки полетишь в любом состоянии. По себе знаю.

Можно лежать на мосту и смотреть, как течёт вода. Или бегать, или бродить по болоту в красных сапожках, или же свернуться клубочком и слушать, как дождь стучит по крыше. Быть счастливой очень легко.

А новый день — как-будто листик чистый,
Ты сам решаешь: что, куда, когда…
Начни его с хороших мыслей друг,
И в жизни всё получится тогда!

Я помню, как проснулась однажды на рассвете, и было такое чувство неограниченных возможностей. И я помню, как подумала тогда: «Вот оно — начало счастья, И, конечно, дальше его будет больше». Но тогда я не понимала, что это не было началом. Это и было само счастье. Прямо тогда, в тот момент.

Многие живут надеждой на будущее, и такие люди всегда недовольны. Они надеются на быстрый успех — выигрыш в лотерею или что-нибудь в таком же роде.
Я знаю, что цели важны. И деньги важны. Но главное вот в чем: деньги — это средство для достижения цели, а не сама цель. И то, что происходит с вами сейчас, так же важно, как-то, что вы планируете на будущее. Поэтому, хотя мой календарь заполнен на месяцы вперед, я научился жить сегодняшним днем.

В один прекрасный день я понял, что не хочу никому ничего доказывать. Я снял очки и посмотрел на людей через призму цинизма: есть те, кто рядом и те, кому не по пути. Любят меня или ненавидят - дело каждого.
Главное, что я знаю, ради кого я куплю билет даже в ад, а к кому и в рай не поднимусь.

Я всегда делил человечество на две части. Есть люди-сады и люди-дома. Эти всюду таскают с собой свой дом, и ты задыхаешься в их четырех стенах. Приходится с ними болтать, чтобы разрушить молчание. Молчание в домах тягостно. А вот в садах гуляют. Там можно молчать и дышать воздухом. Там себя чувствуешь непринужденно.

В молодости я требовал от людей больше, чем они могли дать: постоянства в дружбе, верности в чувствах. Теперь я научился требовать от них меньше, чем они могут дать: быть рядом и молчать. И на их чувства, на их дружбу, на их благородные поступки я всегда смотрю как на настоящее чудо — как на дар Божий.

Я не знаю, как остальные,
но я чувствую жесточайшую,
не по прошлому ностальгию -
ностальгию по настоящему.

Будто послушник хочет к Господу,
ну а доступ лишь к настоятелю -
так и я умоляю доступа
без посредников к настоящему.

Я знаю всё, что так необходимо,
я знаю – кто, о чём, в каком году,
где подстелить - когда «бац, бац и мимо»,
и как срывать подмётки на ходу.

Я знаю – прав лишь тот, кто первым плачет,
что врут, когда читаешь по глазам,
я знаю – как послать к чертям собачьим,
чтоб самому не оказаться там.

Я знаю – если ехать, то не быстро,
а мечутся лишь те, кому поздняк,
что смысла нет стрелять по пианисту,
когда ты сам играешь кое-как.

Я знаю – пьют вино, а водкой - глушат,
я знаю все развязки мыльных сцен,
что хуже нет, когда пускают в душу
на ширину раздвинутых колен.

Я знаю то, о чём мне знать не надо,
всё хуже сплю от «счастья» своего,
я знаю всё но вот одна досада –
что о себе не знаю ничего...