1) В прежнее время книги писали писатели, а читали читатели. Теперь книги пишут читатели и не читает никто.
2) Влиять на кого-то — значит отдавать кому-то собственную душу.
3) Человечество существует тысячи лет, и ничего нового между мужчиной и женщиной произойти уже не может
4) Старики всему верят, люди зрелого возраста во всем сомневаются, молодые все знают.
5) Люди в своем большинстве живо интересуются всем на свете, за исключением того, что действительно стоит знать.
6) Когда у тебя на руках сильные карты, играй честно.
7) Циник — это человек, который всему знает цену и ничто не в состоянии оценить.
8) Общественное мнение торжествует там, где дремлет мысль.
9) Быть эгоистом — это не значит жить, как тебе хочется. Это значит просить других, чтобы они жили так, как тебе бы хотелось.
10) Атеизм нуждается в религии ничуть не меньше, чем вера.
11) Любовь к себе человек проносит через всю жизнь.
— Оскар Уайльд, 586 цитат
ПОХОЖИЕ ЦИТАТЫ
ПОХОЖИЕ ЦИТАТЫ
Любовь — это соревнование между мужчиной и женщиной за то, чтобы доставить другому как можно больше счастья.
Если тебе что-то не нравится — меняй это. Если менять не хочется — значит тебя все устраивает.
Жить — это не значит дышать, это значит действовать. Не тот человек больше всего жил, который может насчитать больше лет, а тот, кто больше всего чувствовал жизнь.
Общественное мнение торжествует там, где дремлет мысль.
Дружить — не значит знать кого-то очень долго. Это значит принять в свою жизнь того, кто никогда из неё не исчезнет.
Циник — это тот, кто знает цену всему и не видит ценности ни в чем.
Возможно, весь смысл этой жизни сводится к тому, чтобы быть нужным хоть кому-то. Ведь если о тебе никто не думает, то значит тебя как бы и нет.
Все мы — взрослые и дети, писатели и читатели — должны мечтать. Мы должны выдумывать. Легко притвориться, что никто ничего не может изменить, что мы живём в мире, где общество огромно, а личность меньше чем ничто, атом в стене, зёрнышко на рисовом поле. Но правда состоит в том, что личности меняют мир снова и снова, личности создают будущее, и они делают это, представляя, что вещи могут быть другими.
Становится меньше альтернатив, газеты в этом городе, сколько их? Было 3-4, сейчас одна или две и ими владеют одни и те же люди, и они же владеют радиостанцией…Нет необходимости в формальном заговоре, когда идёт совпадение интересов, эти люди учились в тех же универах, состояли в тех же сообществах и загородных клубах, у них одинаковые интересы, им не зачем созывать собрания, они итак знают, что им наруку и они берут это. Раньше было 7 нефтяных компаний, сейчас их 3, и скоро будет 2. Тех вещей, которые имеют вес в этой стране, становится всё меньше: две политические партии, горстка страховых компаний, 6 или 7 информационных контор, но если ты хочешь бубликов, то вот тебе 23 разных вкуса. В этом иллюзия, иллюзия выбора. В том, что важно, ты не выбираешь и нет никакой свободы выбора.
Страсть — она так, до послезавтра, а совместимость — она навсегда.
Все важно, и все не важно; то есть, если это биологическая совместимость, то она во всем, понимаешь?
Человек тебе подходит во всем. Из рук выпустить трудно, правда. И все равно, что он говорит, — просто слушаешь голос. И все равно, что он делает, — просто смотришь на него. Смотришь, и тебе хорошо, тепло так. Ты на него смотришь, и такое чувство — вот я и дома, понимаешь? А потом с другими ничего и не выходит. Все, вроде, и ничего так, но все время домой хочется.