Цитаты

Цитаты в теме «бег», стр. 13

Возвращение в Петербург«

О, в магии молчанья свой искус!
Так, в суете Московского вокзала
Глазами и улыбкой я сказала:
«Пока, мой Питер, я ещё вернусь!»

" Я вернусь »
Забросить всё уйти в бега,
Нырнуть в дворовые колодца,
Где мокнет чахлый лучик солнца —

Умчаться к невским берегам
Я обещала, что вернусь.
Вновь глажу взглядом рябь каналов
Записан знахарем в анналы,

Мой Питер, излечивший грусть.
Умыться свежестью Невы,
Гулять бездумно на Фонтанке,
Души, залечивая ранки

И мысли грешной головы
Здесь каждый камень — слово, звук
Мосты, крылатые грифоны,
На Аничковом взвились кони —

Неукротимость в бронзе рук
Ты для меня неповторим,
Как кровь сердец на камнях Спаса,
Исаакием золотовласым,

Иглою ангел — херувим
И каждым шагом мостовой,
Под звоны храмов колоколен.
Где каждый грех сто раз отмолен
Твоею гордостью святой.
Я бежала по тонкому льду,
Согревая дыханием руки
В легком летнем-весеннем пальто,
Под тревожно вечерние звуки

Под ногами искрящийся снег,
Под одеждой избитое тело,
Я исчезла! Ушла! Умерла!
Провалилась сквозь землю! Сгорела!

Хрустнул тонкий ледовый асфальт,
Гулко эхом в лесу отразился,
И исчез в гробовой тишине,
Чей то бдительный пес разразился

Громким лаем в своей конуре,
Отработав еду и подстилку,
Я бегу по замерзшей реке,
В рукаве, пряча острую вилку

То ли ветер так щипит глаза,
То ли яркие всполохи снега,
По щеке прокатилась слеза,
Пожалев ущемленное эго

Сквозь тупую телесную боль,
Ощущаю немую усталость,
Ну давай же! Осталось чуть-чуть!
Будет время по позже на жалость!

Наконец на другом берегу,
Обернувшись и выдохнув шумно,
Вилку выкинув, снова бегу
Оставлять при себе не разумно

Не жалею, ни капли Увы
Плод твоей извращенной опеки
Ты убил человека во мне,
Я убила тебя в человеке.
Ночь коснется глади шелка
Лапкой луны.
На груди заснув у волка
Кутаюсь в сны

Мир разорван на две части
Жгучей виной
Мы с тобою разной масти,
Крови — одной

Что за волчья судьба —
Ни одна, ни в стае,
И вгрызается время,
Оскалив пасть

Только ты меня держишь не отпуская,
Одиночка, по кличке Страсть
Одиночкой быть не легче
В серости стай.

Так держи за холку крепче —
Не отпускай.
Я уткнусь холодным носом
В шерсть у виска,

Гостьей селится без спроса
В душу тоска
Воздух горло дерет,
Каждый вздох — навылет,

Время сточит клыки
О гранит разлук.
Жаль, что пары из нас
Никогда не выйдет,

Одиночка, по кличке Друг
Жизнь — игра. И мы играем
В злую любовь.
Утро отзовется лаем

Бешеных псов
Нам с тобою остается
Яростный бег
И судьба опять смеется

Пулями в снег.
Лес взорвется ночной —
Нет, не воем — песней,
Той одной, что с тобой

Не успели спеть,
И, кто знает, возможно
Сведет нас вместе
Одиночка, по кличке смерть.
Лирическая шутка
Заяц крякает на дне,
Ерш гуляет по сосне,
Лунный луч плетёт клубок

Из счастливых рук и ног.
Осьминог, ядрёна медь,
Не сумеет так суметь
Заплести своё лицо

В бесконечное кольцо.
Ты да я, да мы с тобой,
Уж зелёный под арбой,
Ухмыляется Ходжа,

Ишака за хвост держа.
Это сказка или быль?
Муху кушает ковыль,
Фисгармонь хрустит во мгле

Пересохшим крем-брюле.
У ромашки на груди
Не шатен и не блондин,
Шепчет ласково она:

Я навек твоя жена!
Ой ли, так ли?
Что за чушь,
Это я твой милый муж,

Положительный брюнет
Тридцати, не больше, лет!
В речке возится Стрелец,
В небе мечется елец,

Мышь летучая шуршит
В тайниках чужой души.
В ступе тёща с помелом
Требует возврата в дом,

Не смешите, мол, людей,
Нагишом и в борозде!
Никогда ей не понять —
Сено мягче, чем кровать,

И к тому же скрипы здесь
Не подслушивает тесть!
Сумасшедшая жена, ты не выпита до дна,
Да и я ещё могу кое-что хоть на бегу!
Я давно оставил на полях сражений все свое здоровье, все свои нервы, чувства и мечты. Вон они, посмотри, лежат между стульев и столиков, на пустых тарелках и в перевернутых бокалах. Да и сами поля сражений уже заросли травой. Сколько их ушло за это время? Джаз кафе, Циркус, Джусто, не выдержал даже старик Цеппелин. Это Наполеону потребовалось четыре года, чтобы пройти путь от Маренго, через Пирамиды и Москву к Ватерлоо. Здесь людям хватит и года за глаза, никаких вышеперечисленных мест не нужно посещать, хватит и одной Москвы, все зависит от того, хороший ли у тебя дилер.
Ты не чувствуешь? Я же лузер. Конченый мудак с позами провинциального актеришки. Я шут гороховый, готовый стебаться над всеми, в том числе над собой. Я с детства быстро устаю от игрушек, мне тут же что нибудь новенькое подавай. Я и жизнь свою проматываю этой ежедневной погоней за развлечениями. Я же бегу сам от себя, мне самому с собой скучно, тошно и мерзко. Даже в редкие моменты веселья я жду не дождусь, когда же наконец вернется ко мне моя единственная любовь — ДЕПРЕССИЯ. Я очень нервничаю, когда она задерживается, и с радостью падаю в ее объятия, когда она возвращается, чтобы тотчас же начать с ней бороться. Я себя когда-нибудь раскачаю на этих качелях до смерти. Голова уже кругом идет, скоро совсем отвинтится к чертовой матери. Я уже разучиваюсь понимать, когда мне весело, а когда грустно. Не жизнь, а муть какая-то.
Зачем мы любим?..
Правда, странный вопрос. Он кажется нелепым, даже абсурдным. Но почему? Почему мы никогда об этом не думаем? Почему не спросим себя: «Зачем ты любишь? Какой в этом смысл? »
Все в этом мире имеет какой-то смысл. В нем нет ничего бесполезного или случайного. Значит, такая цель должна быть и у любви а мы не знаем ее.
Прагматик скажет, что любовь — это просто физиология. Он скажет, что любовь нужна для продолжения рода. Но разве для продолжения рода недостаточно просто физического влечения? И как тогда быть с любовью к своим родителям, к близким, к Богу, наконец? Зачем возникает это чувство? Неужели недостаточно привязанности, уважения, восхищения? Почему любовь?
Любовь приносит человеку страдания, но и в этом тоже должен быть какой-то смысл. Не может же быть, что и душевный труд, и страдания любящего лишены всякого смысла! Но так получается Каждый знает это по своему опыту.
Мучительный, изматывающий бег по кругу: пустота — любовь — мука — снова пустота и снова любовь. И вот уже нас одолевает единственное желание — спрятаться, уйти, забыться, не думать. Человек, познавший боль, испытывает страх. Он боится повторения этой муки. Он не хочет любви, не хочет вновь попасть в ее зловещий, манящий омут.
Страх перед любовью преследует человека. Ведь влюбиться — значит потерять себя, лишиться чувства опоры. Любящий отказывается от своего «Я», вверяет себя в руки возлюбленного. Это как прыжок с небоскреба — он пугает и завораживает. Завораживающий ужас — вот что такое любовь.
Две вещи — любовь и смерть — великая тайна, спрятанная под покрывалами страха. Мы не можем проникнуть в суть этих тайн. Они остаются для нас вечной загадкой — не проясненными, скрытыми, запретными.
Небеса посылают нам любовь, Небеса обрекают нас на смерть, не спрашивая ни о нашей готовности, ни о нашем желании. Они обе — любовь и смерть, как Рок, как перст Судьбы повелевают нашими жизнями. А мы не знаем их, не можем понять, и даже не видим в них смысла
Я прикрылась цинизмом, мое сердце оскоплено, я бегу от чудовищной Зависимости, от насмешки всеобщего Обмана. Эрос прячет в своем колчане косу.
Любовь — это все, что мы придумали, чтобы избежать чувства подавленности после совокупления, чтобы оправдать блуд, чтобы добиться оргазма. А любовь это квинтэссенция Красоты, Добра, Истины, она делает вас красивее, она облагораживает ваше жалкое существование.
Так вот, я отказываюсь от любви.
Я исповедую светский гедонизм, ратую за него, он делает меня свободной. Он освобождает меня от преувеличенного восторга от первого поцелуя, от того, чтобы звонить первой, чтобы двенадцать раз прослушивать коротенькое сообщение на автоответчике, чтобы сидеть в кино и пить кофе и вино, вспоминая детство, общих друзей, потом ужинать, беседовать о любимых писателях, о том что жизнь все-таки жестокая штука, потом первая ночь, за ней много других, и вдруг понять, что больше нечего сказать друг другу, делать вид, что целуешься, чтобы вдохнуть порошок, даже не испытывать желания заняться любовью, разойтись и все же оставаться вместе, переругиваться, утешаться, зная, что все уже умерло, изменять с другими и потом — ничего, пустота
Творенье подвластно твоей красоте несравненной... Творенье подвластно твоей красоте несравненной,
Но люди в единстве сердец — овладеют вселенной.
Вчера чуть не выдала тайну влюбленных свеча,
Но — слава Аллаху — померк этот светоч затменный.
Лишь искры от пламени, мне опалившего грудь, —
Небесное солнце, что светит земле моей бренной.
И роза пыталась поведать: « прекрасен мой друг »,
Но речи ее заглушил ветерок неизменно.
Как циркуль, я круг горизонта хотел очертить,
Но кругом вселенной очерчен я сам довременно.
Лицо твое, кравчий, смеясь, отразилось в вине,
И жаждой к фиалу с тех пор я прикован, как пленный.
Бегу я на улицу магов, отчаянья полн, —
От смут наших дней, от всего отмахнулся, что тленно.
День видя последний, ты скорбь свою сбросишь легко,
Взяв тяжкую чашу — кипящую влагою пенной.
На розе написано кровью, текущей из ран:
«Кто сердцем созрел, будет пить! Все иное презренно!»
Как розы, роняют росу твои строки, Хафиз!
Но все же найдет в них изъяны завистник надменный.Перевод В.Державина