Цитаты в теме «друг», стр. 308
До тебя лабиринты из слов, что роятся эхом,
Из десятков стихов, тысяч строк, миллионов рифм.
Только я уж смирилась: куда б поезд мой не ехал,
Назначения пункт у него всё равно один.
До тебя сотни дней тишины, в горле ком обиды
От того, что твоя тишина – твой коронный ход.
Но мой поезд везет меня в город, в котором гидом
Будет тот, кто молчит, но отчаянно, верно ждет.
До тебя километры дорог, три десятка станций.
А потом вдруг выходишь на главной – и жизни треть
Позади той минуты, когда мы сомкнули пальцы,
Став друг другу Парижем – увидеть и умереть.
Хочу под взглядом, хочу под телом твоим растратиться.
Хочу случиться в одной постели в прозрачном платьице.
Хочу почувствовать, как мой пульс от любви сбивается.
Но так уж вышло, что все «хочу» бьет одно «нельзя».
Хотеть увидеть большим девчонкам непозволительно
/В конце концов, они просто девочки, а не зрители/.
Зато им можно плодить метафоры и эпитеты,
А вот уткнуться в ночи в плечо Впрочем, полно, зря
Ведь априори твое плечо мне не полагается.
Совсем в другом интерьере спальни оно сбывается.
От жара губ не моих, увы, твоя кожа плавится.
А мой фэн-шуй мне сулит лишь пепельницу и дым.
Он мне пророчит полночный сплин и однообразие.
Но я же, друг м о й, с богатой, странной, больной фантазией:
Я дорисую мечту на вкус /тьфу-тьфу-тьфу, не сглазить бы/
Прости, забылась и назвала тебя вновь своими.
В пределах досягаемости
Не спрашивай меня ты, почему
Дрожу в руках и вырваться не смею.
Наш первый поцелуй виной всему,
Твои укусы вдоль и ниже шеи.
И не пытайся объяснить себе,
Зачем всё так, зачем впустил меня ты
В свою судьбу транзитом по спине,
Горячим языком в район лопаток.
Зачем, когда встречаются глаза,
Читается ответ в них — без вопроса.
Зачем, когда ты гнешь меня назад,
Я становлюсь податливее воска.
Не объяснишь. Ведь здесь, не в мире снов,
Мы быть другу другу ближе не сумеем.
И потому — прижмись ко мне спиной
И стань хотя бы в эту ночь слабее
Себя того, которым был ты до
Тех пор, как эта спальня нас связала.
Оттай. Люби. И вновь покройся льдом,
Смотря мне вслед уже в дверях вокзала.
******
А мне нельзя я так и не сказала
Что я тебя взахлеб глубокий вдох.
У тебя рассвет, теплый чай и пончик,
Бьет по окнам дождь, ветер рвет листву.
У меня же — только начало ночи
И назло соседям — гитары звук.
У тебя под пальцами чье-то тело.
У меня под пальцами — вновь струна.
Нет, играть не умею, но так хотела б,
Что порой пытаюсь, когда пьяна.
У тебя под кожей не голубая ль?
Ведь порой так мерзла, касаясь рук.
У меня под кожей — всё сгустки мая,
Что двоим хватило б нам, милый друг.
У тебя сегодня опять работа?
Куча дел, аврал, нежелание слов?
У меня — суббота и непогода.
Чем не обстоятельства для стихов?
Далекие мужчины. Псевдо связь.
Ты это знаешь. Только вот рассудок
Теряешь. И доходит до абсурда.
Но, как трясина, тянет слово вязь,
Ведь он — такой мужчина — силой фраз
То визави способен быть, то брутом.
И трогает не за изгиб бедра —
За душу — щекотливостью вопросов.
И держит не ладонь в руках, а космос.
Твой целый космос. Хочешь крикнуть «Дааа!»
Но это только игры. В города.
И «да» твое меж ними — тонкий остов.
Ты даришь всю себя посредством слов:
Лолитость плюс алисость, даже гердость.
Далекие мужчины — псевдоверность.
Но, зная это, стихоточишь вновь.
Стихотечение не унять. Оно
Плацдарм для вашей маленькой вселенной,
Которая порой почти что рай,
На «вместе», «рядом», на «вдвоем» похожа —
Когда вы тонкой рифмой, осторожно
В друг друга льетесь прямо через край:
Ты — позабывшая, что всё игра,
И он — что так далек, но ближе кожи.
Великое чудо — косилка, говорил себе дедушка. Какой это дурак выдумал, что новый год начинается первого января? Надо было поставить дозорных караулить рост травы на миллионах лужаек Иллинойса, Огайо или Айовы — и как заметят, что она созрела для сенокоса, в то самое утро вместо фейерверков, фанфар и криков пусть начинается великая бурная симфония косилок, срезающих свежие травы на необъятных луговых просторах. В тот единственный день в году, который по-настоящему знаменует собой начало, людям надо бы бросать друг в друга не конфетти и не серпантин, а пригоршни свежескошенной травы.
Рыжая ОсеньУ Осени холодные ладони
И звёздочки снежинок на ресницах.
Будь милым, и она тебя не тронет,
Немного побуянит и умчится.
У Осени характер — не подарок,
Она игриво обнажает плечи,
Потом пришлёт пустой конверт без марок,
С намёком, будто время всё же лечит.
Она войдёт без стука и стеснений
В чужую душу, где её не ждали,
Натянет ловко струны отношений,
Чтоб всем сыграть мелодию печали.
Она пройдёт по мокрому бульвару
Почти нагая Рыжий лист уронит
Мой друг, поющий песни под гитару,
Будь милым, и она тебя не тронет.
Позвоните родителямТак часто, затянуты в круговороте,
Больших городов суетливые жители,
Мы помним о планах, друзьях и работе,
На миг упустив, как нас любят родители
Истратив себя на партнёров и встречи,
На пробки в час пик, бестолковых водителей,
Набросив халат на усталые плечи,
Забудемся сном Без звоночка родителям.
Но утром — на старт: будет новая гонка,
У всех свои роли, комедии, зрители
И всё же, простив априори* ребёнка,
С надеждою ждут у окошка родители.
А жизнь непрестанно стремится к финалу
И, чтобы в себе ощутить победителя,
Звоните, пишите, спешите к началу —
В тот дом, где теплом Вас согреют РОДИТЕЛИ!
Осенний городА город роняет прощальные листья на мокрые улицы,
Ноябрьские дни утекают холодным песком между пальцами,
Вокруг горожане пьют утренний кофе и зябко сутулятся,
Невольно себя ощущая в бессонной столице скитальцами.
А город гремит без конца поездами, авто и трамваями,
Окутан рассветным туманом, неоном и дерзкими мыслями,
В нём люди находят, теряют друг друга, сбиваются стаями,
И день ото дня пополняют багаж непрочтёнными письмами.
А город спешит, наступает на ноги, бубнит и толкается,
Врываясь непрошеным ветром за краешек тёплого ворота,
Здесь время в цене, просто некогда плакать, ведь жизнь продолжается
Но я всё равно влюблена в переулки осеннего города.
— Наверное, — говорю я. И отхлебываю кофе. — Только знаешь, что мне иногда кажется? Будто когда-то давно все мы жили совершенно иной жизнью, совсем в другом месте. А потом по какой-то случайности забыли об этом и стали жить, как сейчас, ничего о себе не зная. Тебе никогда такое в голову не приходило?
— Нет, — отвечает она. — А может, вам это кажется потому, что вы — Читатель Снов? Все-таки Читатели Снов и думают, и чувствуют не так, как обычные люди
— Кто знает, — пожимаю я плечами.
— Ну вот вы сами знаете, где были и что делали раньше?
— Не помню, — говорю я. Затем подхожу к стойке, беру одну скрепку и долго смотрю на нее. — Но мне кажется, будто раньше был еще какой-то мир. Совершенно точно. И будто бы там я встречался с тобой
Не будет ни воскресения, ни ангелов, ни долгожданной встречи с Богом — будет нечто совсем другое, а, может, и вовсе ничего не будет, потому что души без тела не бывает, как без тьмы не бывает света, как не бывает хлопка одной ладонью. Умрет тело — умрет и душа, а смерть абсолютна и окончательна. Он чувствовал это каждой частицей плоти, и делалось очень страшно, но в то же время как-то очень покойно. Вот как они любили друга, и прибавить к этому нечего. Жар без холода, счастье без горя — хлопок одной ладонью.
Человек одинокий светлячок в бескрайнем мраке ночи. Свет его так слаб, что освещает лишь крошечный кусочек пространства, а вокруг лишь холод, тьма и страх. Но если отвести испуганный взгляд от находящейся внизу темной земли и посмотреть ввысь (всего-то и надо - повернуть голову!), то увидишь, что небо покрыто звездами. Они сияют ровным, ярким и вечным светом. Ты во тьме не один. Звезды - твои друзья, они помогут и не бросят в беде. А чуть позже ты понимаешь другое, не менее важное: светлячок - тоже звезда, такая же, как все остальные. Те, что в небе, тоже видят твой свет, и он помогает им вынести холод и мрак Вселенной.
На просторах нашей любви играли в догонялки. Ты бежал за мной, я бежала за тобой, затем оба навстречу друг другу. В итоге добежали до единого объятия – целого мира, построенного четырьмя руками. На его территории я перестала бояться того, что обо мне никто не спросит, обо мне, девочке, просящей счастья. На его территории ты перестал убегать вдаль от самого себя и томиться в ожидании момента, когда станет легче. Нам хватило сил дойти друг до друга, но не хватило терпения простоять долго долго, не разомкнув объятий. Может, я утрирую?..
Шаг вперёд — новой жизни начало,
Избавление от смутного сна.
За удачу сдвигают бокалы,
Улыбаются — Он и Она.
Звон бокалов, как музыка арфы.
Не тревожась в сомненьях ничуть,
С твёрдой верой в счастливое завтра
Самых светлых исполнены чувств.
С прежней жизнью разорваны узы,
Чтоб добытое счастье сберечь.
Было прошлое тяжкой обузой —
Бремя тяжкое скинули с плеч.
Рок судьбы, что шарада-обманка,
Но отныне — иной вариант.
Словно вспыхнул, изъятый из мрака
Вожделённой мечты бриллиант.
Сотворили друг другу подарок,
От возможных спасаясь невзгод
В этот вечер счастливая пара
Отмечала семейный развод.
*******
Отмечали в объятьях уснули.
Осторожно подкрался рассвет,
Разбудил их. Они улыбнулись,
И сказали друг другу: — Привет!
Знают их и млад и стар,
Им вдвоём не скучно
Появляться тут и там
Парой неразлучной.
Вот один, с ним нелегко,
Вид его — суровый.
Ты попробуй из него
Вытянуть хоть слово.
А другой не помолчит,
Кланяясь жеманно
Всё о чём-то трандычит
Днями — неустанно.
Но когда они вдвоём,
Их не «взять на пушку»,
Им по жизни суждено
Дополнять друг дружку.
Могут быть, ты так и знай,
Лучшими друзьями —
Говорящий попугай
И немой хозяин.
Каждый дружбой дорожит —
Великан и крошка.
Из стакана пьёт мужик,
Попугай — из ложки.
Тяпнув, подытожат вслух,
Воздыхая тяжко —
Человек воскликнет: — Ух!
Попугай: — Спиртяшка!
Посланье свышеГуляет, радуясь, народ,
Желают все друг другу счастья,
Ведь на пороге Новый год.
Тревоги — прочь, долой напасти.
Звезда Полярная с небес
Сверкает, будто стала ближе.
Шлет световой морзянкой текст,
Не просто текст — посланье свыше:
— Пусть мудрость всюду и всегда
В поступках ваших пребывает,
И лихоимцы никогда
По правде жить пусть не мешают.
И в это верит большинство.
Сердца надеждою согреты,
Что время лучшее пришло —
На то есть верная примета.
Веселый гул в толпе людской,
Резвясь, ликуют ребятишки
На главной елке городской
Висели городские шишки.
Владимир Котиков
Новый год исполнен торжества,
Нет границ у дружеского круга.
Добрые, красивые слова
Говорим с улыбкой мы друг другу.
Пожелать и я хочу, друзья:
Будет пусть, и это в нашей власти,
Каждое мгновенье бытия
Искоркою маленького счастья!
На развилке верный выбрав путь,
Жить всегда по правде и красиво.
Но при этом — чтоб не утонуть
Ненароком в море позитива.
Сбудется всё - стоит разглядеть
В бликах света свет животворящий.
И о прошлом чтобы не жалеть,
Надо не забыть о настоящем.
Хочется от сердца пожелать
Жить в любви — как много это значит!
Да пребудет с вами благодать,
И не забывает вас удача.
Пусть же счастье входит в каждый дом! -
В Новый год желаю, чтоб так было.
Пожелаю также, чтоб потом
Никогда оно не уходило.
Вот он опять на меня смотрит. Сейчас он со мной заговорит, я весь ощетинился. Никакой симпатии мы друг к другу не чувствуем — просто мы похожи, в этом все дело. Он одинок, как я, но глубже погряз в одиночестве. Вероятно, он ждет своей Тошноты или чего-нибудь в этом роде. Стало быть, теперь уже есть люди, которые меня узнают: поглядев на меня, они думают: «Этот из наших». Ну так в чем дело? Чего ему надо? Он должен понимать: помочь мы ничем друг другу не можем. Люди семейные сидят по домам посреди своих воспоминаний. А мы, два беспамятных обломка, — здесь. Если он сейчас встанет и обратится ко мне, я взорвусь.
Пока живешь, никаких приключений не бывает. Меняются декорации, люди приходят и уходят — вот и все. Никогда никакого начала. Дни прибавляются друг к другу без всякого смысла, бесконечно и однообразно. Время от времени подбиваешь частичный итог, говоришь себе: вот уже три года я путешествую, три года как я в Бувиле. И конца тоже нет — женщину, друга или город не бросают одним махом. И потом все похоже — будь то Шанхай, Москва или Алжир, через полтора десятка лет все они на одно лицо. Иногда — редко — вникаешь вдруг в свое положение: замечаешь, что тебя заарканила баба, что ты влип в грязную историю. Но это короткий миг. А потом все опять идет по-прежнему, и ты снова складываешь часы и дни. Понедельник, вторник, среда. Апрель, май, июнь. 1924, 1925, 1926.
Это называется жить.
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Друг» — 7 481 шт.
