Цитаты в теме «газета», стр. 4 ▷ Socratify.Net

За всю неделю ни одной мировой катастрофы! Для чего же я покупаю газеты?

Аберфорта обвинили в том, что он на козле испытывал недозволенные заклинания. Все газеты про это писали. И что ты думаешь, Аберфорт от всех спрятался? Ничего подобного! Продолжал как ни в чём не бывало работать. Правда, не знаю, умеет ли он читать. Может, это вовсе и не мужество

Телевизор лучше газеты уже потому, что не захламляет квартиру, если его не смотришь.

Газета, выходя чрезвычайно быстро, интересна даже своими просчетами; энциклопедия же, выходя чрезвычайно медленно, не интересна даже своими открытиями.

Не понимаю, почему люди блудят, а потом объясняют: «оно само «повело». «Повело» — меня просто умиляет. Что ты — коза? Козел? Как может «повести» от жены? От мужа? Тем более — от Бога? Бог — это восторг. Это как первый раз идешь со встречи с любимой, осознавая, что любовь — взаимная, и тебя любят. В эту любовь погружено все, тебе прекрасным кажется весь окружающий мир: троллейбусы, газеты, милиционеры, прохожие.

Почему меня критикуют мои коллеги? Потому что отлично знают, что на следующий день окажутся на первых страницах газет. Для них это бесплатная реклама.

В местной газете была заметка о том, как 83-летняя женщина вышла замуж за 87-летнего мужчину. «Ну, это ненадолго», — подумал я.

Поверьте, если я по-настоящему захочу сделать какую-то дикость, мне будет плевать, появится это завтра в газетах или нет.

Не может быть искусства на телевидении, так же, как не может быть искусства в газетах.

Тогда я видела его последний раз. Он женился, и получил наследство в миллион долларов. В 29-м во время депрессии ему пришлось очень туго, и он застрелился. Тогда писали в газетах

Население страны сокращается «Русский крест» — кривая смертности вверх, кривая рождаемости вниз. Крест-накрест перечеркнуто будущее русского народа, а в газетах продолжаются дискуссии, на сколько нас хватит?
На 50? На 30? На 20? На каждом углу продаются презервативы – не меньше десятка разных видов, а голос против абортов поднимает лишь одна церковь; СМИ и поп-культура навязывают модель поведения «попрыгуньи-стрекозы», ничем не отягощенную, не обремененную

— Не читайте перед завтраком советских газет.
— Так ведь других нет.
— Вот никаких и не читайте.

Люди точно газеты: о плохом рассказывают долго и со всеми подробностями, о хорошем едва упоминают.

Есть грамотные люди. Они не хотят, чтобы ихние портреты печатали в газете «Правда», таки имеют право.

Счастье это — солнечный свет,
Когда наперед заплатил за инэт,
Хорошие новости в свежей газете,
Когда тебе пишут классные френды,

Когда под кроватью чистый носок,
Когда в морозильнике фрешевый сок,
Когда на работу будит будильник,
Когда тебя манит к себе холодильник,

Когда тебе в тапки нагадила кошка,
И на штаны, и рубашку немножко,
Когда ты довольный идешь на работу,
Когда ты начальнику что-то угробил,

Когда ты внезапно куда-то припрешься,
Когда из знакомых с кем-то дерешься,
Когда в поликлинике лечишь фингал,
Когда шашлыки, мясо, соус, мангал,

Когда дома ужин с телячьего фарша,
А также в придачу овсяная каша,
Когда в телевизоре телесериалы,
Штудируешь пультом телеканалы,

Когда ляжешь спать от того что устал,
Когда снится в тени ветвей Буцефал,
Когда тыришь с кухни мороженое с джемом,
Счастье это — когда в завтра уверен!

Дурак стал нормой, еще немного — и дурак станет идеалом, и доктора философии заведут вокруг него восторженные хороводы. А газеты водят хороводы уже сейчас. Ах, какой ты у нас славный, дурак! Ах, какой ты бодрый и здоровый, дурак! Ах, какой ты оптимистичный, дурак, и какой ты, дурак, умный, какое у тебя тонкое чувство юмора, и как ты ловко решаешь кроссворды!.. Ты, главное, только не волнуйся, дурак, все так хорошо, все так отлично, и наука к твоим услугам, дурак, и литература, чтобы тебе было весело, дурак, и ни о чем не надо думать А всяких там вредно влияющих хулиганов и скептиков мы с тобой, дурак, разнесем (с тобой, да не разнести!).

Некоторые ироничные определения Хаббарда Администратор: человек, принимающий быстрые решения — и иногда верные.

Время: универсальный фиксатор и растворитель.

Гений: любой человек, годовщина рождения которого широко празднуется примерно сто лет спустя после его распятия, сожжения, побития камнями или умерщвления каким либо иным способом.

Конкуренция: жизнь торговли и смерть торговцев.

Консерватор: человек, слишком трусливый, чтобы сражаться, и слишком упитанный, чтобы бежать.

Неприятности: то, о чем интересно поговорить.

Редактор: сотрудник газеты, который отделяет зерна от плевел и отдает плевелы в печать.

Специалист: человек, выбравший для себя какую-то узкую область невежества.

Счастье: когда забываешь себя в каком либо бесцельном усилии.

— Ваша музыка испохабила всю русскую культуру, какую мелодию не возьми — отовсюду цыганочка прет!
— Не цыганочка, а ваши семь-сорок — еврейская культура, которую вы давно выдаете за великую русскую и великую цыганскую! Правильно я говорю, братишка?
— Абсолютно точно, все жиды захватили — все телевизоры, все газеты — и влияют на гоев!
— Только вот не надо, что вы за нация такая, если вас так легко захватить можно? Работать надо, а не водку целыми днями глушить!
— Русофоб!
— Ну зачем так грубо-то, просто «жид порхатый».
— Антисемит!
— Сионист!
— Юдофоб! Конокрад!

Я долго не выдерживаю ни в театре, ни в кино, не способен читать газеты, редко читаю современные книги, я не понимаю, какой радости ищут люди на переполненных железных дорогах, в переполненных отелях, в кафе, оглашаемых душной, назойливой музыкой, в барах и варьете элегантных роскошных городов, на всемирных выставках, на праздничных гуляньях, на лекциях для любознательных, на стадионах – всех этих радостей, которые могли бы ведь быть мне доступны и за которые тысячи других бьются, я не понимаю, не разделяю. А то, что в редкие мои часы радости бывает со мной, то, что для меня – блаженство, событие, экстаз, воспарение, – это мир признает, ищет и любит разве что в поэзии, в жизни это кажется ему сумасшедшим, и в самом деле, если мир прав, если правы эта музыка в кафе, эти массовые развлечения, эти американизированные, довольные столь малым люди, значит, не прав я, значит, я – сумасшедший, значит, я и есть тот самый степной волк, кем я себя не раз называл, зверь, который забрел в чужой непонятный мир и не находит себе ни родины, ни пищи, ни воздуха

Однажды я нашел на нарах под соломенным тюфяком прилипший к нему обрывок старой газеты — пожелтевший, почти прозрачный. Это был кусок уголовной хроники, начала не хватало, но, по-видимому, дело происходило в Чехословакии. Какой-то человек пустился из родной деревни в дальние края попытать счастья. Через двадцать пять лет, разбогатев, с женой и ребенком он возвратился на родину. Его мать и сестра содержали маленькую деревенскую гостиницу. Он решил их удивить, оставил жену и ребенка где-то в другом месте, пришел к матери — и та его не узнала. Шутки ради он притворился, будто ему нужна комната. Мать и сестра увидели, что у него много денег. Они молотком убили его, ограбили, а труп бросили в реку. Наутро явилась его жена и, ничего не подозревая, открыла, кто был приезжий. Мать повесилась. Сестра бросилась в колодец. Я перечитал эту историю, наверно, тысячу раз. С одной стороны, она была неправдоподобна. С другой — вполне естественна. По-моему, этот человек в какой-то мере заслужил свою участь. Никогда не надо притворяться.