Цитаты в теме «глаза», стр. 223
Где ты был? Когда я всей душою,
Влюблена в тебя была ждала,
Не пришел ко мне, не успокоил,
Взгляд холодный, словно зеркала
На меня глядят глаза чужие,
С фотографии любимый образ мой,
В одиночестве, в часы ночные,
Ты такой был близкий и родной
Но молчанием мне больно ранил,
Сердце раскололось пополам,
Я в любви устрою бой без правил,
Не заплачу! Честь мне и хвала
Где ты был? Когда тебя звала я,
— Приезжай! Останься навсегда!
Ты ошибся вовсе я не злая,
Истеричка? Боже, ерунда
А быть может сам ты виноватый?
Обещания не выполнял,
Привкус в горле яда едковатый,
Редкой масти черствый экземпляр
Натянулась тонкою струною,
Не оглядываясь навсегда ушла,
Где ты был? Когда я всей душою,
Влюблена в тебя была ждала.
Ты не бойся, когда я взрываюсь, как молния в небе,
Лучше ты обними меня крепче, к груди прижимая,
Знай, что в жизни моей, мне никто никогда ближе не был,
Только рядом с тобою душа бесконечно живая
Ты не бойся истерик моих, сумасшедших порою,
Лучше мне позвони и скажи, что скучаешь и любишь,
Знай, что я, словно ангел-хранитель, крыльями укрою,
Твою душу Когда жизнь, как шторм, беспощадный и лютый
Ты не бойся моих женских слез, что рвут сердце на части,
Лучше сядь со мной рядом, в глаза загляни они скажут,
Окружай свою женщину нежно заботой почаще,
И не будет характером скверным тебя будоражить.
Зеркало души моей — Глаза,
В них увидеть многое возможно,
Как порою в жизни было сложно,
О любви огромной рассказать
Смогут вам они и взглядом грустным,
Посмотрю. Едва сдержу я слезы,
И неутешительны прогнозы,
И лежит на сердце мертвым грузом
Наше расставание боль утраты,
И обиды били по живому,
Я с предательством, увы, знакома,
Забирай с собою без возврата
Все плохое, что мне душу ранит,
Зеркало души — глаза — в печали,
Солнечными озарюсь лучами,
Если кто-то Счастье мне подарит.
В тот тяжелый момент, когда я, ощущая измену,
Твои тайны смогу угадать по трусливым глазам,
Когда с хитрым коварством ты мнишь из себя джентльмена,
И как будто не знаешь, зачем вечерами в слезах,
Провожу постоянно, предчувствуя нашу разлуку,
СМС получая — «Дела, появлюсь лишь к утру»,
Лицезрея в сети молодую разлучницу — суку,
Напишу я в ответ: — Уходи, без тебя не умру
И расставшись с тобой навсегда, я поплачу вначале,
До удушья терзаясь А мне б пережить эту ночь,
Победить свою боль, из души выгоняя печали,
Я сама все смогу! Кто же мне еще сможет помочь
Вот и пройден рубеж. Безразлична к твоей новой жизни,
И совсем не тревожит, что раньше терзало до слёз
Я желаю всем женщинам преодолеть этот кризис,
Улыбаясь беспечно, судьбы забывая курьёз.
Ты просто прелесть. Этакая снежная королева, ледяная и недоступная. Наверное, за это я тебя и люблю. Некоторые женщины такие хваткие и наглые, просто до омерзения или, наоборот, удержу не знают в своем собачьем обожании, ну, душат им человека, и только. Терпеть этого не могу! С тобой же я никогда ни в чем не уверен, в любой момент ты можешь окатить меня этим твоим холодным, отчужденным взглядом и заявить, что передумала, — и при этом даже глазом не моргнешь. Ты изумительна. Такая законченная, изысканная, словно произведение искусства! Мы любим друг друга, но не слишком. Мы хорошие друзья.
Наблюдательность, умение анализировать, способность к обобщению — все эти дарования бледны и безжизненны без претворения. Роль художника в том, чтобы отодвинуться от реальности, погрузившись в нее. Это значит увидеть на поле битвы больше, чем просто «гибель», как представляется это невооруженному глазу. Ибо с начала времен картина, которую мир предлагает человеческому взору, вряд ли может показаться чем-либо иным, кроме зрелища безнадежно проигранного сражения. Так было всегда и так будет, пока человек не перестанет смотреть на себя как на очаг противоречий, пока он не научится быть «я» другого «я».
наиболее им удается личина сострадания. Как они заботливы, чутки, внимательны! Как трогательно сочувствуют! Но если б вы могли бросить на них взгляд — флюоресцирующий, все просвечивающий взгляд, — какие самовлюбленные маньяки предстали бы перед вами! Чья бы душа ни кровоточила в мире — они обливаются кровью вместе с ней, но нутро их при этом не дрогнет. Вас будут распинать — они будут держать вас за руки, поднесут испить, будут смотреть на вас коровьими глазами и реветь в три ручья. С незапамятных времен они — профессиональные плакальщицы. Они лили слезы даже в дни Золотого века, когда, казалось, и плакать было не с чего. Горе и скорбь — вот их среда обитания, и все калейдоскопические узоры жизни они затягивают тусклой серой клейковиной.
Как страшно нам признаться, что больше всего мы любим быть рабами. Сразу и рабом, и господином! Именно в любви раб — это переодетый господин. Мужчина, который должен завоевать женщину, подчинить, заставить ее повиноваться во всем, — разве он не раб этой рабыни? Правда, женщине так легко нарушить баланс сил в этих отношениях. Малейшая попытка проявить самостоятельность с ее стороны — и у обходительного деспота темнеет в глазах, и голова идет кругом. Но если оба они способны безрассудно броситься навстречу, ничего не утаивая друг от друга, повинуясь во всем один другому, если они взаимозависимы, разве не наслаждаются они полной и невиданной свободой?
Сколько женщин я искал как потерявшийся пес, идя по их следу ради какой-нибудь таинственной черты: широко расставленных глаз, профиля, словно вырубленного из кварца, бедер, живущих, казалось, своей собственной жизнью, голоса, мелодичного, словно соловьиные трели, тяжелого водопада волос Какой бы неотразимой ни была женская красота, она поражает нас одной-единственной чертой. И черта эта — а она может быть и физическим недостатком — становится часто столь непропорционально огромной в сознании воспринимающего, что в сравнении с ней все, что составляет эту ошеломляющую красоту, превращается в ноль.
Мне Вас не терять — раз я Вас до сих пор не нашла
На скользких ступенях не падать /со страхом разбиться/
А Вам никогда не соврут обо мне зеркала —
В них быстро и слишком поспешно сменяются лица
Мне Вас забывать, ещё множество раз забывать
А Вам — уходить, обещая сто раз не вернуться
Вы делите с кем-то на ночь ледяную кровать
И делитесь утром лимонною долькой на блюдце
Вас столько в себе, что порой Вы не знаете сам,
Какой Вы сейчас ну, а «завтра» Вас вряд ли изменит
Я Вас узнаю, как порой узнают по глазам
И правду, и ложь. Только это — гораздо больнее
Мне Вам не писать невозможно почти что ещё
Готовит для Вас, для меня одиночество-с***?
Укройте меня из надежд не до шитым плащом
Входите. Открыто. Вам, можно, конечно, без стука.
И пусть в плену на сколько хватит нам
На миг, на полу вздох, на сколько хочешь
На всполохи главенствующей ночи,
В которой я, быть может, и отдам
Всю нежность рек молочных, берегов,
Кисельных, убегающих куда-то
В рассветах полупьяных и закатах,
Растаявших за кромкою снегов
И пусть в плену. На краешке времён
Твоих, моих Сейчас не важно это
Безудержно смеющееся эхо
Нам вторит у повергнутых знамён
И пусть в плену! У рук, и губ, и глаз,
У каждого придуманного слова
И снова я отдать тебе готова
Всё то, что отдавала сотни раз.
Ты приходил ко мне, и я была волшебницей.
Ты становился в той стране сильней —
В моей стране, где очень много нежности,
В моей стране, где очень мало дней.
(М. Румянцева)
******
А я с тобой всегда была волшебницей,
По клавишам души твоей скользя
Несла тебе Любовь и море Нежности,
Со сказками из снега и дождя
Когда глаза бессонниц настороженно
Глядели сквозь намокшее стекло —
Я пальцами касалась осторожными
Руки твоей бессонницам назло
Любила и ни капли не лукавила,
Тебя от одиночества спасав
Я душу, уходя, тебе оставила
Ни разу не предав и не солгав
А я с тобой всегда была девчонкою,
Влюблённой и наивно-озорной
С усмешкою в глазах под рыжей чёлкою
А я была волшебницей с тобой.
Простыла-озябла-охрипла скучаю
В привычку вошло улыбаться — так проще
А, может? Ну да, как обычно, играю
С тобою я в ту, что почти что не ропщет
И, кажется, мысли твои понимаю
И больше, чем надо, в тебе я нуждаюсь
И осень с дождями её принимаю,
И даже со слабостью вместе мужаюсь
И верю наверно, по-прежнему верю
Во что? Да не важно я просто чудачка
И тыкаюсь снова в закрытые двери
Попытка ещё и опять неудачно
И всё-таки, знаешь давай, помечтаем?
Ты — с чашечкой кофе, я — с чашечкой чая
И важное что-то в глазах прочитаем
Простыла. Озябла. Охрипла. Скучаю.
Когда в глаза с ухмылкой глянет ночь,
Рассыпав сотни звёзд на скатерть неба,
Покажется, что было так точь-в-точь
В каком-то прошлозимии безнежном
На старых пяльцах — белая канва
И вышитые ёлки и синицы
А завтра мне опять не хватит Вас
На мятых простынях как на страницах,
Где с Вами не встречали мы рассвет
И чай не пили, чашки перепутав
Где были не со мной тогда Вы, нет
А утро наступало как все утра
В январских полу праздничных тонах
И свечи, оплывая, затихали
А, может, мы встречались где-то в снах?
Я столько рассказала Вам стихами,
Подписывая их «всегда о Нём»,
Смакуя одиночество глотками
Пытаясь отыскать как днём с огнём,
Водой стекая под лежачий камень.
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Глаза» — 5 802 шт.
