Цитаты

Цитаты в теме «голова», стр. 60

Мудрая ящерица! Притча-история Старца Паисия Святогорца. Один раз к старцу Паисию Святогорцу приехал очень образованный и учёный человек. Он изучил много наук, но не верил в Бога. Он сказал старцу Паисию:— Мне трудно поверить в то, что Бог есть. Я так много всего знаю, и могу объяснить, почему и как всё происходит. И я не могу принять то, что ты говоришь о Христе. Старец внимательно выслушал его и сказал:— А ведь ты глупее ящерицы. Учёный сильно обиделся и стал возражать. Но старец сказал: Ты глупее ящерицы, я это тебе докажу. Рядом с домом старца жила одна его знакомая ящерица, и старец её позвал. Она подбежала к старцу. Отец Паисий спросил её, есть ли Бог? Тогда она поднялась, села на задние лапки и кивнула головой.Тут учёный растерялся и заплакал. А старец сказал ему: Теперь видишь, что ты глупее ящерицы? Она знает, что есть Бог. Ты человек, а не хочешь понять, что Бог существует. Ученый ушёл от старца растроганный и потрясённый.
Стало пластмассовым небо над головой,
Стала волшебная палочка — вдруг — железкой.
Вы извините, но я ухожу домой.
Нет, не обидел. Мне просто неинтересно.

Просто теперь я не знаю, зачем я здесь,
В этом дурацком платье, в косынке детской.
Как умудрились вообще мы сюда залезть?!
Не понимаю. Мне больше неинтересно.

Всем хорошо, вон, смотри, отовсюду — смех;
мне не смешно и не весело, хоть ты тресни.
Мальчик мой, нет, ты по-прежнему лучше всех, —я виновата.
Мне больше неинтересно.

Мне говорят — дура! дура! смотри: сдалась!
Мне говорят — мы так славно играли вместе.
Мне говорят — вы команда, куда без вас?
Мне очень стыдно. Мне больше неинтересно.

Много других детей у нас во дворе,
Много песочниц, качелей, высоких лестниц.
Просто есть правило в каждой моей игре —
Встать и уйти, если больше неинтересно.
Господи, что же я вечно ценю не тех?
Господи, что же я вечно ценю не тех?
Что ж я совсем ненужных пускаю в душу?
Это действительно страшно. А я всё - в смех

Только вот смех неискренний и натужный
Что ж я так рьяно держу тех, кто хочет бежать?
Что ж я никак не могу отпускать их без боя?
Я так устала в ненужных спасенья искать

Только вот снова и снова лечу с головою
В руки чужие, не в сердце (опять промахнулась)
Я и сама до конца не пойму, что со мной.
С опытом это приходит: с ненужным проснулась —

Выпила кофе, умылась и мол ча домой.
Только зачем же я после молюсь не за близких?
Нет бы за маму и папу А я за чужих
К Богу с молитвой о тех, кто ушел по-английски.

В память о каждом лишь слезы и новенький стих.
Что ж я за каждым реву, как последняя дура!
Что ж их уходы никак по ночам не забудутся?
Что ж ошибаюсь так часто? Такая натура?

Господи, это хоть чем-то когда-то окупится!
Какие-то странные сны
Мне снится туман на опушке лесной,
Я чувствую запах грибов и малины.
Во сне я живу под огромной сосной-

Я - Ёж с любознательной мордочкой длинной.
Весь день, по делам неотложным кружа,
Сердито соплю на неровных дорожках.
Как много заботы в лесу у Ежа!

Я так устаю на коротеньких ножках
Опавшие листья на спинке несу,
Чтоб зимнюю нору устроить с уютом,
В клубок собираюсь, заметив лису,

Тревожны и редки покоя минуты!
А если усну на пожухлой траве,
То странные сны в голове проплывают:
Как будто живу я в квартире в Москве,

Спускаюсь в подземку и езжу в трамвае.
Хожу на работу, на рынок, в кино,
Ношу водолазку и джинсы в обтяжку,
Курю сигареты, смакую вино,

И люди меня называют Наташкой.
Где сны, где реальность — уже не поймёшь,
Но ночью еловый преследует запах,
Я снова в лесу. Я - старательный Ёж,
Бегу по тропинке на плюшевых лапах.
Можно долго бежать.
Менять имена и лица.
Но в какой бы ты вдруг
Ни оказалась столице

И на чьем бы плече ни проснулась
В свой тысяча первый
Впустую убитый четверг,
Этот юноша-мальчик-

Мужчина под боком —
Очередной побег
От того, кто имел в себе наглость
В твоей голове прижиться,
От того, чьим именем

Ты называешь других,
Тот, кого ты искала
И в этом (а как его? )
Мирно сопящем рядом.

Ты бы с радостью выпила виски
Разбавленный самым
Смертельным ядом
Вместо кофе который

Он сварит тебе потом а пока
Ты так тихо себя ненавидишь
Не твой (но любимый тобою) фантом
Точно так же готовит кому-то завтрак

Гремя сковородкой на кухне
Быть может похожей на эту
И пока ты бежишь
От него (от себя?) по свету

И сжигаешь себя изнутри
Упрямо других любя
Он опять просыпается с кем-то
В ком больше не ищет тебя.
.
Во мне столько боли, что я не могу терпеть.
Вы там посмотрите за дверью, сидит моя смерть?
Она обещала цветов принести и кутьи,
Но всё не могла дойти.

Вы знаете, доктор, симптомы уже не те.
Оставьте меня полежать тут одну в темноте.
Так хочется мандаринов и мамину руку на лоб,
Погладила чтоб. И те минус тридцать,

Что жалят сейчас за окном, гоните вином.
Вино помогает от многих болезней, да
И бывает порою полезнее, чем вода.
Я бы выпила с вами, мой дорогой, но идите домой.

Доктор, от любви нет лекарства, вы так говорили, правда?
Она бьёт меня в голову страшной чугунной кувалдой
И ломает все косточки, все позвонки, мышцы рвёт.
И я бьюсь в эти окна с разбегу, как рыба об лёд.

Я рву простыни, перевязываю сустав.
Ты иди домой, доктор. ты так устал
Ты еще говорил, что от этого не умирают.
Пострадаю с полгодика — и отползу от края.

Нет, же доктор, смотри
Ну смотри мне сейчас в глаза —
Я умираю.
Что и требовалось доказать.