Цитаты в теме «город», стр. 54
Вадик. 12 лет. Год как живет в городе.
Приехал к одноклассникам в сельскую школу,
где проучился пять лет до отъезда в город.
Марья Ивановна, учительница.
Марья Ивановна:
«Ребята, посмотрите! Кто к нам приехал? К нам приехал Вадик.
Вадик, расскажи ребятам как в городе».
Вадик:
«О, Марь Ивановна, в городе — хорошо.
По субботам мороженое, пицца »
По классу, по партам пробежался шепот
Город, город, город, питца, питза, пиздца
Тут у Вадика возбудился нерв слуха.
Вадик:
«Марья Ивановна, я прошу прощения, а Вам не показалось, что кто-то из ребят сказал слово — п*зд*ц».
Марья Ивановна:
«Да нет, ты что Вадик, тебе послышалось,
в селе нашем никто из ребят никто и слухом не слыхивал такого некультурного слова».
Вадик:
«Да нет, Марья Ивановна, село селом, а город это п*зд*ц».
Шел я, брел я, наступал то с пятки, то с носка,-
Чувствую — дышу и хорошею
Вдруг тоска змеиная, зеленая тоска,
Изловчась, мне прыгнула на шею.
Я ее и знать не знал, меняя города,-
А она мне шепчет: «Как ждала я! »
Как теперь? Куда теперь? Зачем да и когда?
Сам связался с нею, не желая.
Одному идти — куда ни шло, еще могу,-
Сам себе судья, хозяин-барин.
Впрягся сам я вместо коренного под дугу,-
С виду прост, а изнутри — коварен.
Я не клевещу, подобно вредному клещу,
Впился сам в себя, трясу за плечи,
Сам себя бичую я и сам себя хлещу,-
Так что — никаких противоречий.
Одари судьба, или за деньги отоварь! -
Буду дань платить тебе до гроба.
Грусть моя, тоска моя — чахоточная тварь,-
До чего ж живучая хвороба!
Поутру не пикнет — как бичами не бичуй,
Ночью — бац! — со мной на боковую:
С кем-нибудь другим хотя бы ночь переночуй,-
Гадом буду, я не приревную!
Гром прогремел — золяция идет,
Губернский розыск рассылает телеграммы,
Что вся Одесса переполнена с ворами,
И что настал критический момент —
И заедает темный элемент.
Не тот расклад — начальнички грустят, —
По всех притонах пьют не вины, а отравы,
Во всем у городе — убийства и облавы, —
Они приказ дают — идти ва-банк
И применить запасный вариант!
Вот мент идет — идет себе в обход,
Губернский розыск рассылает телеграммы,
Шо вся Одесса переполнена с ворами
И шо настал критический момент —
И заедает темный элемент.
А им в ответ дают такой совет:
Имейте каплю уважения к этой драме,
Четыре сбоку — ваших нет в Одессе-маме!
Пусть мент идет, идет себе в обход, —
Расклад не тот — и нумер не пройдет!
И он делается незыблемым, как штатив,
И сосредоточенным, как удав,
Когда приезжает, её никак не предупредив,
Уезжает, её ни разу не повидав.
Она чувствует, что он в городе — встроен чип.
Смотрит в рот телефону — ну, кто из нас смельчак.
И все дни до его отъезда она молчит.
И все дни до его отъезда они молчат.
Она думает — вдруг их где-то пересечет.
Примеряет ухмылку, реплику и наряд.
И он тоже, не отдавая себе отчёт.
А из поезда пишет: «В купе все лампочки не горят».
И она отвечает: «Чёрт».
В какой-то момент душа становится просто горечью в подъязычье, там, в междуречье, в секундной паузе между строф. И глаза у неё все раненые, все птичьи, не человечьи, она едет вниз по воде, как венки и свечи, и оттуда ни маяков уже, ни костров.
Долго ходит кругами, раны свои врачует, по городам кочует, мычит да ног под собой не чует.
Пьет и дичает, грустной башкой качает, да всё по тебе скучает, в тебе, родимом, себя не чает.
Истаивает до ветошки, до тряпицы, до ноющей в горле спицы, а потом вдруг так устаёт от тебя, тупицы, что летит туда, где другие птицы, и садится — её покачивает вода.
Ты бежишь за ней по болотам топким, холмам высоким, по крапиве, по дикой мяте да по осоке — только гладь в маслянистом, лунном, янтарном соке.
А души у тебя и не было никогда.
Маршалл: А знаешь что, Даг, я с удовольствием заплачу, и знаешь почему? Потому что именно так поступают взрослые, они платят за напитки и не ввязываются в драки. Знаете, чем я занимался, когда вы вели себя, как дети, сейчас я вам расскажу.
Барни: Ты красил ногти?
Маршалл: Нет, я
Тэд: Проходил тест на отношения в очередном номере «Cosmo»?
Маршалл: Нет, я
Барни: Старался не плакать, когда мистер Биг вернулся к Кэрри в конце фильма «Секс в большом городе»?
Маршалл: Так, а ну-ка без спойлеров, я еще не смотрел! Я сейчас вам расскажу, что я делал, я
Робин: Ждал капитана футбольной команды, потому что он дал тебе кольцо, а ты весь такой красивый в выпускном платье с вырезом на спине?
Темной капеллы, где плачет орган,
Близости кроткого лика!
Счастья земного мне чужд ураган:
Я - АНЖЕЛИКА!
Тихое пенье звучит в унисон,
Окон неясны разводы,
Жизнью моей овладели, как сон,
Стройные своды.
Взор мой и в детстве туда ускользал,
Он городами измучен.
Скучен мне говор и блещущий зал,
Мир мне — так скучен!
Кто-то пред Девой затеплил свечу,
(Ждет исцеления ль больная?)
Вот отчего я меж вами молчу:
Вся я — иная.
Сладостна слабость опущенных рук,
Всякая скорбь здесь легка мне.
Плющ темнолиственный обнял как друг
Старые камни;Бело и розово, словно миндаль,
Здесь расцвела повилика Счастья не надо.
Мне мира не жаль:Я - АНЖЕЛИКА!
ГОРОД ГАММЕЛЬН
(Глава первая)
Стар и давен город Гаммельн,
Словом скромен, делом строг,
Верен в малом, верен в главном:
Гаммельн - славный городок!
В ночь, как быть должно комете,
Спал без просыпу и сплошь.
Прочно строен, чисто метен,
До умильности похож
- Не подойду и на выстрел! -
На своего бургомистра.
В городе Гаммельне дешево шить:
Только один покрой в нем.
В городе Гаммельне дешево жить
И помирать спокойно.
Гривенник - туша, пятак - кувшин
Сливок, полушка - творог.
В городе Гаммельне, знай, один
Только товар и дорог:
Целый день бегала, как Савраска, а вечером решила испечь блины. Масленица же! Приготовила тесто, поставила сковородки греть и тут позвонила знакомая. Разговаривали час. Положила трубку, обвожу взглядом кухню — чистота, порядок, ни блинов, ни сковородок. Думаю, ни фига меня заглючило, наверное я только подумала, что хочу сделать тесто и блинов напечь. Достала муку, яйца и т. п. — опять все по отработанной многолетней схеме. Пеку блины и что-то начинаю припоминать Распахиваю духовку — стоят. Гора блинов, сверху масло растопленное блестит. Поставила, чтобы не остыли — окно настежь же открылаэ Опять зазвонил телефон - сбросила. Отключила на фиг — хватит и двух гор блинов. Может, завтра кто еще позвонит — на всю неделю свеженьких сварганю.
В доме — уют, полумрак. Только свечи и ёлка,
Да монитор хоть немножечко тьму разгоняют.
Месяц висит за окном, как лимонная долька.
В вазе конфеты две чашки я жду тебя к чаю.
Вспомнится фильм, где герой города перепутал.
Я, улыбаясь, спрошу: «А такое бывает?»
Чтобы вмешалась судьба, изменяя маршруты,
Только представлю и сердце моё замирает.
Ты мне ответишь: «Судьба — очень мудрая дама».
Вот и решит за других: вместе быть или порознь.
Жаль, что, порою, бывает настолько упряма —
Хода событий снижает намеренно скорость.
Звуки затихли, и спят за стеною соседи.
Я тишине наступившей, наверное, рада.
Хочется верить, что ты непременно приедешь
Оба мы знаем, что это — неправда.
А на улице снег с дождём —
Вперемешку печаль и радость.
Сердце — шепотом: «Переждем,
Отодвинем на время старость».
Мыслям грустным — мой сон виной,
До сих пор храню ощущения,
Как к ладошке моей щекой
Прикасался, тая смущение.
Сон растаял, как этот снег,
И пролился, как дождь, слезами.
Дорогой ты мой человек,
Почему так случилось с нами!
Вот бы встретиться нам, когда
Были молоды и свободны —
И далёкие города
Не помеха, когда влюблён ты.
Я б счастливой тогда была,
Вышивала б узор цветистый
С белой нитью скользит игла
Снова снег смотри чистый-чистый.
Только тебя не хватает чуть-чуть Чёрный,
Как кот, на пушистеньких лапах —
Вечер над городом, тихая грусть
Мне с ним уютно, не хочется плакать,
Только тебя не хватает чуть-чуть
Ну где же ты бродишь, счастье родное,
Мне до утра снова глаз не сомкнуть
Но всё равно хорошо и спокойно,
Только тебя не хватает чуть-чуть
Милый, любимый, смешной и колючий,
Ты в настроение подвижен, как ртуть
Может быть, есть кто-то ближе и лучше,
Только тебя не хватает чуть-чуть
Нет, ожидание мне не наскучит,
Здесь тебя ждут. Приходи, не забудь!
Мне не страшны одинокие ночи
Только тебя не хватает чуть-чуть
Совершенно дурацкое стихотворение,
Только для того,
Чтобы согреться.
Вот и всё. Ты — никто. Дальше выбор за мной. Перекресток.
Три дороги уходят: направо, налево и прямо.
Что вчера — высоко, то сегодня уменьшилось ростом,
И не выйдет теперь из тобою очерченных рамок.
Там, по левую — ты, убегая, стремишься остаться
А мне, знаешь, уже надоел этот маятник странный —
То низвергнешь любовь, то опять возвеличишь на царство.
Бесконечный сюжет для бездарных бульварных романов.
И по правую — ты. Нашей жизни не прожитой сказка.
Где-то там, вдалеке виден дом, тот, который не строил,
Нерожденые дети катаются с гор на салазках,
Сад весенний в цвету. Только нет нам здесь места обоим.
Если прямо смотрю, вижу осень, дожди и разлуку
Снова ты. И мечты — еле слышный любви отголосок.
Это все миражи. Мы чужие давно друг для друга
Вот и всё. Ты — никто. Дальше выбор за мной. Перекресток.
Отпусти!Отпусти! Попытаюсь собрать по крупицам
То, что я оставляла под грузом сомнений.
Скоро снег будет тихо над нами кружиться,
Заметая наш парк и наш город осенний
Отпусти! Не дави мне на душу стихами,
Переменой эмоций от минуса к плюсу
Я им больше не верю Потоки терзаний —
Не любовь, — лицедейская тяга к искусству.
Отпусти! Обещаю тебе за свободу
Что не буду, не только писать, даже сниться
(Только жаль, торговаться не учена сроду),
Потому и в руках у тебя, как синица.
Отпусти! Не хочу! Не могу! Не умею!
Улыбаться жестоким и пошленьким шуткам.
Скоро снег Я на несколько лет постарею
В день, когда уходить буду по первопутку.
Совсем немного и зима откинет полог,
Зажгутся огоньки на сотнях ёлок,
Прокладывая звездный путь к мечте,
Когда я буду думать о тебе.
И пусть заботы окружают стаей,
Моя любовь лишь для тебя вплетает
Слова свободно в строчки на листе,
Когда я буду думать о тебе.
Судьба, порою, к нам неумолима
Но я прошу: ты рядом будь, любимый
И протяни мне руку в темноте,
Когда я буду думать о тебе.
Шумит вечерний суматошный город,
Моторов рев, тревожный выкрик «скорой»
Но тишина наступит на Земле,
Когда я буду думать о тебе.
Никогда я не забуду это лицо, никогда не забуду, как оно склонилось ко мне, красивое и выразительное, как оно просияло лаской и нежностью, как оно расцвело в этой сверкающей тишине, — никогда не забуду, как ее губы потянулись ко мне, глаза приблизились к моим, как близко они разглядывали меня, вопрошающе и серьезно, и как потом эти большие мерцающие глаза медленно закрылись, словно сдавшись
А туман все клубился вокруг. Из его рваных клочьев торчали бледные могильные кресты. Я снял пальто, и мы укрылись им. Город потонул. Время умерло
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Город» — 1 540 шт.
