Цитаты в теме «губы», стр. 8
Мой путь, Судьба что написала,
Бушлат, Котомка на плече,
Глоток воды, кусочек хлеба,
И Вера что приду к тебе..
Губами к травам припадаю,
Зарёю ранней пью росу,
Слезу смахну я с глаз усталых,
С колен я встану и пойду,
В тот путь, Судьба что написала,
Бушлат, Котомка на плече,
К тебе одной моя Родная,
С седою прядью на челе...
Как только разжались объятья,
Девчонка вскочила с травы,
Смущенно поправила платье
И встала под сенью листвы.
Чуть брезжил предутренний свет,
Девчонка губу закусила,
Потом еле слышно спросила:—
Ты муж мне теперь или нет?
Весь лес в напряжении ждал,
Застыли ромашка и мята,
Но парень в ответ промолчал
И только вздохнул виновато
Видать, не поверил сейчас
Он чистым лучам ее глаз.
Ну чем ей, наивной, помочь
В такую вот горькую ночь?!
Эх, знать бы ей, чуять душой,
Что в гордости, может, и сила,
Что строгость еще ни одной
Девчонке не повредила.
И может, все вышло не так бы,
Случись эта ночь после свадьбы.
Что такое любовь? Ты падаешь вниз головой, закрыв глаза. По обнаженной коже струится ажур слов и бархат теплой темноты. Любые звуки превращаются в музыку, и ты настраиваешь метроном дыхания на такт сердца. Ладонями ты чувствуешь свет, ты осторожно касаешься изнанки души и она начинает петь. В этот момент долгое падение превращается в полет по кромке звездного неба. Ты замираешь, чтобы собрать губами эти звезды, но ласковая рука скользит по ключице, хватается за плечо, мягко толкает тебя спиной назад и ты ты летишь. В облаке танцующего снега, упираясь лопатками в невесомость А с ее горького горячего тела медленно скользит в вечность шелк белья. И в дрожащем пространстве между желанием и тишиной, между вашими телами, ты лицом к лицу сталкиваешься с жизнью. Но что такое жизнь без любви
Любовь к нам попросилась на постой
Мы, растерявшись, не поверив Чуду,
Вдруг встали перед истиной простой:
Всего три слова прошептать: «Любить я буду»
Как друг без друга жили мы, скажи?
В каком-то одиночестве туманном,
Где вместо нежности — пустые миражи,
Где «я люблю» казалось глупо-странным
Кружило нас в унынии и тоске
Менялись растворившиеся лица,
Мы понимали: "Это всё не те",
Мечтая осторожно: "Чуду — сбыться".
Сбылось Свершилось Гимн поём Любви!
И, задыхаясь от твоих прикосновений,
Ловлю губами я слова твои
И знаю: нет прекраснее мгновений.
УЙДИ ИЗ СНОВ МОИХ
Ну, перестань мне сниться, наконец,
А то я этим снам опять поверю,
И буду ждать тебя, забыв про время,
Поверив в притяжение сердец.
Мне так хотелось позабыть совсем
Глаза и губы, шепот и объятья.
Но в каждом сне все чувствую опять я.
И не хочу, и не могу ни с кем.
Я понимаю — ты уже ушел.
Я знаю — ты не возвратишься точно.
Но почему тогда ты снишься ночью?
Наверно, я люблю тебя еще
Наверно, где-то в самой глубине,
Надеюсь я, что ты еще вернешься
Моей любви и нежности напьешься,
И мы с тобою будем не во сне.
Ну, а сейчас, прошу тебя, уйди!
И в сны мои, прошу, забудь дорогу
И я тебя забуду понемногу,
И что-нибудь случится впереди.
Но вспоминаю все по вечерам,
И каждый раз ты снишься мне ночами.
Осталось что-то, видно, между нами.
И я тебя опять встречаюсь там.
Не убирай оттуда руку,
И продолжай меня ласкать.
Дари мне сладостную муку –
Любви, умноженной на страсть.
И, ускоряясь бесконечно,
Взлетай и падай на кровать.
Такая поза – это нечто!
Я всю тебя могу обнять!
Я под тобой в чудесной власти
Твоих горячих губ и ног.
Твои соски вкусней, чем сласти,
Я их поймать губами смог.
Садись еще сильней и мягче,
Сама, определяя ритм.
А хочешь, - делай все иначе,
Вне глупых рамок, строгих рифм
Ты говоришь такие фразы,
Что вновь желание встает.
Я чувствую твои оргазмы
И возбуждение твое!
Когда утихнут скрипы, стоны,
Когда я вскрикну в тишине,
Когда во влаге дрожь утонет,
Ты еле слышно скажешь мне:
- Не убирай оттуда руку,
И продолжай меня ласкать.
Дари мне радостную муку –
Любви, умноженной на страсть.
Глаза закроешь — и вновь порочна. Взлетаешь в небо и видишь сны
О том, как даришь всю мякоть, сочность и свежий запах своей весны
Тому, с которым на всё готова. Да он-то в курсе и сам, без слов.
Ведь оба знаете веский повод, что тянет крылья ломать вас вновь.
Жаль, в общем небе, по вашим нотам играя, — твой он, он бог и царь.
Но он ничей — такова порода /и ты страдаешь — не отрицай/.
И ждать не ждешь, и просить не просишь, и знать не знаешь. Но суть не в том,
А в том, что вечером ровно в восемь — твои — стучится в его окно
Немая полночь. И он всё помнит. И ты всё помнишь. А тишь горчит.
Какой тут разум? С разбега в омут. Друг к другу с просьбой одной: звучи!
Чтоб губы в губы, чтоб ногти в спины — проверка прочности, сопромат
У вас есть только одна причина сходиться вновь и сходить с ума.
Ты бы знал, на кого ты похож.
На того, кто со мной не ласков.
Вот ты близко, но мимо пройдешь,
Не коснувшись уснувшей сказки.
На губах твоих сладкий сок
Первой женщиною не выпит,
Но таких же волос песок,
И такой же короткий свитер.
Ты моложе меня на пять,
Ладно, пусть на четыре лета.
Что могу я тебе сказать?
Я сама как плохая примета.
Я не помню своих грехов,
Чтобы спать по ночам спокойно.
И давно не ношу оков:
Это тяжко, и это больно.
Ты ж то медлишь, а то бежишь,
Задевая в толпе прохожих.
Может быть та, к которой спешишь,
На меня хоть чуть-чуть похожа.
Вам! Вам, проживающим за оргией оргию,
Имеющим ванную и теплый клозет!
Как вам не стыдно о представленных к Георгию
Вычитывать из столбцов газет?!
Знаете ли вы, бездарные, многие,
Думающие, нажраться лучше как,-
Может быть, сейчас бомбой ноги
Выдрало у Петрова поручика?
Если б он, приведенный на убой,
Вдруг увидел, израненный,
Как вы измазанной в котлете губой
Похотливо напеваете Северянина!
Вам ли, любящим баб да блюда,
Жизнь отдавать в угоду?!
Я лучше в баре блядям буду
Подавать ананасную воду!
В старом доме за углом жил большой лентяй Пахом.
Что б его не попросили, отвечал он всем: «Потом».
Жуткий лодырь был Пахом, напрягаться ему в лом.
Только если где пирушка, тут он первый за столом.
На крыльце сидит Пахом. Мать к нему идёт с ведром:
— На, сынок, сходи на речку.
— Ладно. Сбегаю потом.
— Дров на зиму нет, Пахом. Поруби-ка топором.
— Да, успею я, маманя. Наколю я их потом.
— Покосился на бок дом. Ты поправил ба, Пахом.
— Да, поправлю только завтра, в крайнем случае, потом.
Как-то утром встал Пахом, и уселся за столом:
— Ну-кась, мамка, я голодный, накорми меня борщом.
— Как пожрать, губа винтом, только встал, уж за столом.
Хочешь борщик? Будет борщик, но не сёдня, а потом.
- Фраза из к/ф «Калина красная».
Я не могу, когда меня не любят, —
Пусть нелюбви немножко, с ноготок:
Мои улыбка покидает губы,
Я вяну, как не политый цветок.
Я не могу, когда в меня не верят,
Как верят в бога или в сатану:
Тогда не все могу открыть я двери
И гор высоких тоже не сверну.
Я не могу, когда в меня при встрече
Не брызнет радость из любимых глаз:
Тогда мои опять сникают плечи,
Как было, к сожалению, не раз.
Я - не могу! Я сам такие муки
Не пожелаю худшему врагу!
Счастливый взгляд, протянутые руки, —
Я всё смогу, я всё тогда смогу!
На бумаге. В конвертах, края которых увлажнены моей слюной, с криво приклеенной маркой, за которой пришлось отстоять в очереди на почте, с нормальным адресом, в котором есть улица и номер дома, а не с идиотским названием какого-то сервера. Это будут настоящие письма, к которым в порыве нежности можно прикоснуться губами, а в приступе злобы порвать их в клочки, в страшном секрете поспешно спрятать ото всех в запираемом на ключ металлическом ящике в подвале или носить с собой и обращаться к ним, когда одолеет грусть и ускользает надежда. Самые настоящие письма, которые в крайнем случае можно просто сжечь. А если не сжечь, то через много лет открыть их заново. Ведь у старых писем есть одно неоспоримое преимущество: на них не надо отвечать.
Да спасет тебя любовь моя! Да коснется тебя надежда моя! Встанет рядом, заглянет в глаза, входнет жизнь в помертвевшие губы! Прижмется лицом к кровавым бинтам на ногах. Скажет, это я, твоя Катя. Я пришла к тебе, где бы ты ни был. Я с тобой, что бы ни случилось с тобой. Пускай другая поможет, поддержит тебя, напоит и накормит — это я, твоя Катя. И если смерть, склониться над твоим изголовьем и больше не будет сил бороться с ней, и только самая маленькая, последняя сила останеться в сердце — это буду я, и я спасу тебя.
Я не царских кровей невеста. Я люблю и коньяк, и клубы.
Я не мерзну, но дай мне шубу — так едва ли отвечу «нет».
Я не стражник своей постели, но друзей не целую в губы,
Я не помню ни дат, ни чисел, ни событий минувших лет.
Я не лягу в ногах, как кошка, обожанием выстлав ложе,
Я не плачу, завидев бывших: был бы нужен, остался б мой.
Я не бью зеркала с размаху, натолкнувшись на злую рожу,
Я не пью на пороге дома — много проще зайти домой.
Я не воин с мечом двуручным, хоть себя защитить умею,
Я не вверю рукам дрожащим — главный ключ, от своих дверей.
Я не силюсь казаться страстной, обвивая чужую шею,
Я не правлю пиратским бригом, притворяясь грозой морей.
Я не слышу пустых упреков, закружившись в непарном танце,
Я не делаю крупных ставок — слишком мал мой текущий счет.
Я не млею от слов красивых. Не считаюсь иконой глянца
Но когда Мы прорвемся в Небо - среди первых, пойду вперед.
Давай поговорим о нас,
О том, что март — почти весна,
У этих откровенных глаз
Большой талант — сводить с ума
Они как будто влюблены,
Но не расскажут ничего,
Я слишком долго ждал весны
И возвращения твоего
В душе как будто тишь и гладь,
А жизнь — мышиная возня,
Ну кто сказал, что мне плевать —
С кем ты моталась без меня
В потёмках мартовских ночей,
Как и в тебе, не видно дна,
С твоим талантом быть ничьей
Ты не умеешь быть одна
Горчащий привкус губ шальных
И чуть охрипший голос твой,
Ты можешь выносить святых,
Но не умеешь быть святой
Ты можешь напоить в умат,
Ты можешь быть такой, как все,
Но жизнь — сложней, чем этот март,
Чтоб ты осталась насовсем.
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Губы» — 1 279 шт.
