Цитаты в теме «храм», стр. 10
Как влюбленность старо,
Как любовь забываемо - ново:
Утро в карточный домик, смеясь,
Превращает наш храм.
О мучительный стыд за вечернее лишнее слово!
О тоска по утрам!
Утонула в заре голубая, как месяц, трирема,
О прощании с нею пусть лучше не пишет перо!
Утро в жалкий пустырь превращает наш сад
Из Эдема Как влюбленность — старо!
Только ночью душе посылаются знаки оттуда,
От того все ночное, как книгу, от всех береги!
Никому не шепни, просыпаясь, про нежное чудо:
Свет и чудо — враги!
Твой восторженный бред,
Светом розовыл люстр золоченный,
Будет утром смешон.
Пусть его не услышит рассвет!
Будет утром — мудрец, будет утром — холодный ученый
Тот, кто ночью — поэт.
Как могла я, лишь ночью живя и дыша, как могла я
Лучший вечер отдать на терзание январскому дню?
Только утро виню я, прошедшему вздох посылая,
Только утро виню!
Мы счастливые люди. У нас есть крыша над головой, на кухне еда, уютный свет монитора и доступ к интернету. Да, у каждого своя собственная боль, которую мы любим возвеличивать, доводя до ранга трагедии, но мы — счастливые люди. И мы пишем стихи. Стишки-мотыльки, неуклюжие создания с толстым брюшком опостылевших идей и недоразвитыми крыльями нового вдохновения, огромным числом облепившие стены храма сытой лиры. Мы не сражаемся за каждый глоток воздуха, жизни, земли и неба, пересохшей от боли глоткой сглатывая ком крика, нет, мы пьем чай, курим возле окна и рассуждаем о смысле бытия, цинично взвешиваем природу любви, лениво ковыряем теряющими чуткость пальцами аспекты своих слабеньких эмоций-мух, по привычке считая их слонами. Потому что своя рубашка всегда ближе к телу.
Люди в большинстве своем религиозны. Ведь не так важно, испытываешь ли ты благоговейный трепет перед ликом иконы или плюешь в нее, полубезумно смеясь и бросая вызов небу, ты веришь. Отчаянно веришь в бога. Можно исступленно молится, можно переворачивать распятие и всем телом бросаться в сатанизм, в любом случае это лишь разные формы веры. Но веры непререкаемой. Атеизм начинается в равнодушии. В тот момент, когда в иконе ты начинаешь видеть довольно узкую форму живописи, в церквях и храмах — архитектурное наследие определенных времен, отражение менталитета верующих людей. Когда ты не говоришь: «мне плохо в церквушках», «меня трясет и тошнит от библии», «крестик на шее пытается меня удушить», а когда тебе все равно, когда библия — это книга, внесшая огромный вклад в историю, когда крест — атрибутика и больше ничего, а священники — просто люди, выбравшие для себя именно эту профессию, не хуже и не лучше других людей.
Мы из тех, кто теплому дому предпочел перекрестья путей. Мы привычно называем кроватью верхнюю полку купе, мы курим на корточках в холодных тамбурах, мы молимся богу путешествий и играем на гитаре проводницам, жрицам храма поездов. И точно зная, что человека в дороге убаюкивает стук колес, мы его уже не слышим. Для нас не существует мира за окном, лишь отблески дня и пятна ночи, наши шаги стали плавными, мы не теряем равновесия когда под ногами выгибается мир, мы не стремимся к конечной цели, потому что ее нет Есть дорога и чай в стакане, есть полустанки и случайные попутчики судьбы, есть дикая бродячая душа, не знающая потерь, но чувствующая, как проросли в нее шпалы. Для нас легко слово «прощай» и тяжела любовь. И так привычна тяжесть на плечах, то ли рюкзака, то ли неба, и так безумно пахнет травой, ветром и звездами, и так естественно сделать новый шаг, и так странно замереть на месте. В нас не живет покой, друг мой, он осыпается хлебными крошками в крики голодных птиц.
Суицид
По венам лезвием проклятие богов
На части рвет истерзанную душу.
Пульсируя, толчками утекает кровь,
А мысль одна: «Я не боюсь, не струшу»
За каплей капля Просто как уходит жизнь
Совсем легко, практически без боли.
Но голос (может, ангел?)
Шепчет: «Ты держись!
Тебе так рано думать о покое!
Давно гнездилось в твоем сердце воронье,
Для лет своих ты многое увидел.
Пойми, когда ты в землю будешь погребен,
То не в раю, в аду найдешь обитель.
Страданьем, не забвением станет скорбь родных,
Твоя могила — их несчастья храмом.
Ты хочешь этого?» И голос вдруг затих
Открыв глаза, в палате вижу маму
Может, многие со мной не согласятся,
Но мне кажется, что суицид — это, все
Таки, эгоизм и слабость.
Пытаясь найти успокоение
Для себя, оставляют
Пожизненную боль в
В сердцах самых близких людей.
Боже, пошли во все семьи желанных детей,
Просто услышь все молитвы о маленьких крохах,
В мире так много достойных, надежных семей,
Но без детей им на свете живется так плохо.
Боже, дай шанс всем детишкам найти теплый дом,
Не позволяй ждать годами в холодных приютах,
Пусть они вырастут в ласке и станут потом,
Любящим папой и нежною мамой кому-то.
Боже, воздай же по мыслям и вере всем тем,
Кто терпеливо годами глотает таблетки,
Колет гормоны и ходит в больницу за тем,
Чтобы их жизнь наконец-то украсили детки.
Боже, прошу помоги, ведь они так хотят!
Не на земле, а в душе для тебя строят храмы!
Пусть у всех пар, что так жаждут, родится дитя!
Пусть у всех деток появятся папа и мама!
"Камень - ножницы - бумага",
Фига с зернышками мака.
Слышишь, как смеются боги?
Небо стелется под ноги,
Из ладоней рвется ветер -
Мы за все своё в ответе!
Кто-то молится у храма,
Кто-то шепчет: "Хари Рама!"
Чья-то дверь... Твоя? Чужая?
Пламень сердца остужая,
Слышишь, как смеются звезды,
Забивая в крышку гвозди?
Золотой из рук червончик
Не возьмет от нас паромщик...
Не ищи в пути спасенья,
Наша жизнь - всего мгновенье,
Мы уйдем... Возможно, позже -
Лунный свет по белой коже...
Это финиш, не фиаско.
Жизнь проходит, как и сказка!
Стихи о принятии мира
Все это было, было.
Все это нас палило.
Все это лило, било,
Вздергивало и мотало,
И отнимало силы,
И волокло в могилу,
И втаскивало на пьедесталы,
А потом низвергало,
А потом забывало,
На поиски разных истин,
Чтобы начисто заблудиться
В жидких кустах амбиций,
В дикой грязи простраций,
Ассоциаций концепций
И — среди просто эмоций.
Но мы научились драться
И научились греться
У спрятавшегося солнца
И до земли добраться
Без лоцманов, без лоций,
Но — главное — не повторяться.
Нам нравится постоянство.
Нам нравятся складки жира
На шее у нашей мамы,
А также наша квартира,
Которая маловата
Для обитателей храма.
Нам нравится распускаться.
Нам нравится колоситься.
Нам нравится шорох ситца
И грохот протуберанца,
И, в общем, планета наша,
Похожа на новобранца,
Потеющего на марше.
Там, где похоронен старый маг,
Где зияет в мраморе пещера,
Мы услышим робкий, тайный шаг,
Мы с тобой увидим Люцифера.
Подожди, погаснет скучный день,
В мире будет тихо, как во храме,
Люцифер прокрадется, как тень,
С тихими вечерними тенями.
Скрытые, незримые для всех,
Сохраним мы нежное молчанье,
Будем слушать серебристый смех
И бессильно-горькое рыданье.
Синий блеск нам взор заворожит,
Фея Маб свои расскажет сказки,
И спугнет, блуждая, Вечный Жид
Бабочек оранжевой окраски.
Но когда воздушный лунный знак
Побледнеет, шествуя к падению,
Снова станет трупом старый маг,
Люцифер — блуждающею тенью.
Фея Маб на лунном лепестке
Улетит к далекому чертогу,
И, угрюмо посох сжав в руке
Вечный Жид отправится в дорогу.
И, взойдя на плиты алтаря,
Мы заглянем в узкое оконце,
Чтобы встретить песнею царя
Рим
Волчица с пастью кровавой
На белом, белом столбе,
Тебе, увенчанной славой,
По праву привет тебе.
С тобой младенцы, два брата,
К сосцам стремятся припасть.
Они не люди, волчата,
У них звериная масть.
Не правда ль, ты их любила,
Как маленьких, встарь, когда,
Рыча от бранного пыла,
Сжигали они города?
Когда же в царство покоя
Они умчались, как вздох,
Ты, долго и страшно воя,
Могилу рыла для трёх.
Волчица, твой город тот же
У той же быстрой реки.
Что мрамор высоких лоджий,
Колонн его завитки,
И лик Мадонн вдохновенный,
И храм святого Петра,
Покуда здесь неизменно
Зияет твоя нора,
Покуда жёсткие травы
Растут из дряхлых камней
И смотрит месяц кровавый
Железных римских ночей!
И город цезарей дивных,
Святых и великих пап,
Он крепок следом призывных,
Косматых звериных лап.
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Храм» — 255 шт.
