Цитаты в теме «комната», стр. 10
Два типа дураков, которые встречаются в России Первый — это зимний дурак. Зимний дурак приходит к дверям вашего дома и громко стучится. Вы выходите на стук и видите его впервые в жизни. Зрелище он являет собой внушительное. Это огромный детина в высоких сапогах, меховой шубе и меховой шапке, и весь он он засыпан снегом. Он сначала топает ногами, и снег валится с его сапог. Потом он снимает шапку и хлопает ею о косяк двери. И с шапки тоже валится снег. Потом он еще топает ногами и входит в комнату. Тут только вам удается как следует разглядеть его, и вы видите, что он дурак. Это зимний дурак. А летний дурак ходит по улице, размахивает руками, вертит головой, и всякий за двести шагов видит, что он дурак. Это летний дурак. "По ком звонит колокол"
Нет, я не "против", но не "за".
Мне, право, не нужны поклонники.
Серебряная стрекоза
Лежит на пыльном подоконнике.
Влетела в небольшую щель,
Разведчиком с двумя моторами.
Отскакивала от вещей
И упокоилась за шторами.
Я пробовала изловить,
Не повредив прозрачных лопастей,
Но только локоть до крови
О дверь разбила по неловкости.
Недвижно стрекоза лежит -
Так больно за такого малого.
Бери серебряную жизнь -
Булавкой на пиджак накалывай.
Любовь, что комната, мой друг.
С окном, и с дверью, и с подушками.
Влюбленные умрут к утру,
Отыщут щёлки равнодушные.
Я видела твои глаза,
Но самолюбия не тешила.
Ты - может быть и стрекоза,
Но только мимо пролетевшая.
А теперь послушай. Я тебе говорю.
У нее будет комната — та, что окном на юг.
Будет письменный стол, в бокале холодный брют.
Будет пара любимых брюк.
Будет платье в шкафу — брюссельские кружева,
В этом платье по телу пальцами вышивать
В этом платье она чужая, она жена.
А без платья она жива.
У нее будут дети и кошки, стихи и сон,
у нее будет море с утра и на коже соль,
Каждый шаг ее будет спокоен и так весом,
Словно стоит еще двухсот.
У нее будет теплый дом, а за домом лес,
будет женщина-рысь, что ночами с ладони ест
У нее не будет тебя, понимаешь, Бес?
А пока только ты и есть.
Наша планета — вовсе не тюрьма. Это очень большой дом. Волшебный дом. Может, где-то внизу в нем есть и тюрьма, но в действительности это дворец Бога. Бога много раз пытались убить, распространяли про него разную клевету, даже сообщали в СМИ, что он женился на проститутке и умер. Но это неправда. Просто никто не знает, в каких комнатах он живет — он их постоянно меняет. Известно только, что в тех комнатах, куда он заходит, чисто убрано и горит свет. А есть комнаты, где он не бывает никогда. И таких все больше и больше. Сначала сквозняки наносят туда гламур и дискурс. А когда они перемешиваются и упревают, на запах прилетают летучие мыши.
Он опять перескочил через несколько страниц, стараясь забежать вперед и выяснить дату и обстоятельства своей смерти. Но, еще не дойдя до последнего стиха, понял, что ему уже не выйти из этой комнаты, ибо, согласно пророчеству пергаментов, прозрачный (или призрачный) город будет сметен с лица земли ураганом и стерт из памяти людей в то самое мгновение, когда Аурелиано Бабилонья кончит расшифровывать пергаменты, и что все в них записанное никогда и ни за что больше не повторится, ибо тем родам человеческим, которые обречены на сто лет одиночества, не суждено появиться на земле дважды.
Лучший в мире мужчина
Наваждением, чертовщиной,
Переписанным напрочь будущим,
Ты пришел — лучший в мире мужчина,
Беззаветно любимый и любящий.
Нежной, сонно мурлычущей кошкой,
Иль тигрицей, готовой всех — в клочья,
Я побуду с тобой хоть немножко,
А потом а потом — как захочешь.
«Не бывает такого, выдумки» —
В голове тихо мысли ссорятся
Чтобы так вот — до первобытного,
До щемящей ночной бессонницы,
Где секунды осенними листьями
Опадают со стрелок шуршащих
Останавливать время бессмысленно,
Лучше тихо дышать настоящим,
Ощущая, как, болью оплаченное,
Счастье, комнату затопившее,
На груди свернулось калачиком
Я боюсь даже пошевелиться
Чтоб его не спугнуть ненароком.
Ночь на цыпочках в окна уходит,
Мой мужчина дремлет под боком.
Ему скоро исполнится годик
У тебя было какое-то представление о жизни, была какая-то вера, какая-то задача, ты был готов к подвигам, страданьям и жертвам — а потом ты постепенно увидел, что мир не требует от тебя никаких подвигов, жертв и всякого такого, что жизнь — это не величественная поэма с героическими ролями и всяким таким, а мещанская комната, где вполне довольствуются едой и питьем, кофе и вязаньем чулка, игрой в тарок и радиомузыкой. А кому нужно и кто носит в себе другое, нечто героическое и прекрасное, почтенье к великим поэтам или почтенье к святым, тот дурак и донкихот.
Джордан протянул Гарри яйцо, опоясанное тоненьким желобком, Гарри открыл ногтями: яйцо было полое и совершенно пустое. Комнату тут же прорезал жуткий, пронзительный вой. Гарри вспомнил — так играл на пиле оркестр привидений на юбилее Почти Безголового Ника.
— Закрой! — зажал уши Фред. Гарри захлопнул.
— Что это такое? — посмотрел на яйцо Симус Финниган. — Похоже на ведьму-банши. Может, тебе с одной из них предстоит сразиться?
— Словно кого-то пытают! — пролепетал побледневший Невилл, опрокинув на пол сосиски. — Наверное, к тебе применят заклятие Круциатус!
— Глупости, Невилл. Это противозаконно, — заявил Джордж — Они не посмеют использовать Круциатус на чемпионах. Этот звук, клянусь, точь-в-точь пение Перси! Гарри, не с ним ли тебе предстоит сразиться? Представляю, та еще сценка! Перси поет в душе, а Гарри терпит его рулады!
В спальне у нас вокруг кровати стояла такая низенькая стеночка, перегораживавшая комнату. На ней располагались горшки, а в горшках располагалась герань. Когда мы с Джойс впервые легли в постель и заработали, я заметил, что половицы начали прогибаться и дрожать.
Затем – плюх.
– О-о! – сказал я.
– Ну что еще? – спросила Джойс. – Не останавливайся! Не останавливайся!
– Бэби, мне на задницу горшок герани свалился.
– Не останавливайся! Продолжай!
– Ладно, ладно!
Я снова расшуровался, все шло сносно, и тут – Ох, ***ь!
– Что такое? Что такое?
– Еще один горшок с геранью, бэби, трахнул меня по копчику, скатился в жопу и упал.
– К черту герань! Дальше! Дальше!
– А, ну ладно
Через все наше упражнение горшки все падали и падали. Как ***аться под бомбежкой.
Жена встретила Звягина кухонной возней.
— Гулял? — доброжелательно поинтересовалась она.
— Гулял, — согласился Звягин.
— После суточного дежурства?
— После суточного дежурства.
— А это что? — Жена обличающе указала на молочные бутылки.
— Это бутылки из-под молока, — честно ответил Звягин.
— Сколько!
— Ну, четыре Тебе что, жалко?
— Мне тебя жалко, Леня, — в сердцах сказала жена и швырнула передник на стол с посудой. — Что у тебя опять — глаза горят, подбородок выставлен! Что ты опять задумал?
— Очередной подвиг, — закричала из своей комнаты дочка. — А разве лучше, когда папа изучает историю разведения верблюдов или коллекционирует карандаши? — Она всунулась в дверь, состроила гримасу. — Должно быть у мужчины хобби или нет? А быть суперменом и все мочь — разве это не достойное настоящих мужчин хобби?
Ничто не существует таким каким мы его видим. Ничто из того, что мы видим, не является таким, каким представляется нам. Наши глаза обманщики. Все что кажется нам реальным, просто часть иллюзии. Нам кажется, что мы видим существующие вещи, но их нет. Ни вас ни меня. ни этой комнаты. Ничего.
Силы создающие все материальное, что нам кажется, существует вокруг нас, нельзя измерить, взвесить или даже отнести к тому или иному моменту известного времени. Одна из форм, в которых проявляются эти силы,-фотоны света. Для них мельчайшая частица вещества — целая вселенная свободного пространства, а весь наш мир-только пылинка. То что мы называем вселенной-лишь наша идея. И кто му же не слишком удачная. С точки зрения света, жизнетворного фотона, известная нам Вселенная нереальна. Ничто в ней не реально.
Хочешь я буду лучше? И пахнуть слаще,
Май предвкушая впитывать солнца свет.
Хочешь я покорюсь тебе, милый мальчик?
В комнате полной дыма от сигарет.
Хочешь станцую? Может чуть-чуть развратно,
Мне чувства на волю нравится отпускать,
Если со мною, знай, нет пути обратно,
Если со мною, то на других плевать —
Это запомни и протяни мне руки,
Да, я воровка, счастье свое краду
Пусть все шипят там: «Что тебе с этой суки?»
«Друг, ну она же будет гореть в аду!»
Ты их не слушай, хочешь я буду нежной?
Может быть дерзкой? Нравится на краю?
Робкие пальцы, чувствую под одеждой
— Милый мой мальчик, как я тебя люблю.
ДОЧЬ
Когда на небо синее
Глаза поднять невмочь,
Тебе в ответ, уныние,
Возникнет слово: дочь.
О, чудо светлолицее,
И нежен и высок, —
С какой сравниться птицею
Твой лёгкий голосок!
Клянусь — необозримое
Блаженство впереди,
Когда ты спишь, любимая,
Прильнув к моей груди.
Тебя держать, бесценная,
Так сладостно рукам.
Не комната — вселенная,
Иду — по облакам.
И сердце непомерное
Колышется во мне,
И мир, со всею скверною,
Остался где-то, вне.
Мной ничего не сказано,
Я не сумела жить,
Но ты вдвойне обязана,
И ты должна свершить.
Быть может мне заранее,
От самых первых дней,
Дано одно призвание —
Стать матерью твоей.
В тиши блаженства нашего
Кляну себя: не сглазь!
Мне счастье сгинуть заживо
И знать, что ты сбылась.
Ушел он рано вечером,
Сказал: - Не жди.
Дела Шел первый снег
И улица Была белым-бела.
В киоске он у девушки
Спросил стакан вина
«Дела -твердил он мысленно, -
И не моя вина.»
Но позвонил он с площади: -
Ты спиш? - Нет, я не сплю. - Не спиш?
А что ты делаеш? -
Ответила: - Люблю!
Вернулся поздно утром он,
В двенадцатом часу,
И озирался в комнате,
Как будто бы в лесу.
В лесу, где ветви черные,
И черные стволы,
И все портьеры черные,
И черные углы,
И кресла черно-бурые,
Толпясь, молчат вокруг
Она склонила голову,
И он увидел вдруг:
Быть может, и сама еще
Она не хочет знать,
Откуда в темном золоте
Взялась такая прядь!
Он тронул это милое
Теперь ему навек
И понял,Чьим он золотом
Платил за свой ночлег.
Она спросила: - Что это?-
Сказал он: - Первый снег.
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Комната» — 621 шт.
