Цитаты в теме «край», стр. 5 ▷ Socratify.Net

Да можно годами держаться, дрессировать,
Себя, как собачку натаскивать на чужих
И вот он приходит такой весь что вашу мать!
И ты понимаешь, какой он — удар под дых.

Летят дрессировка, манеры ко всем чертям,
Растоптана гордость изысканным каблуком,
Снимаешь ошейник, потрепанный по краям,
Несешься на встречу, как гончая, напролом.

А он, понимаешь ли, Павлова пережал,
И ты, как рентгеновский снимок. Любой рефлекс
В тебе предсказуем. В руках у него штурвал:
Сегодня — любимая, завтра — с приставкой — экс.

И вот ты приручена, вот ты и не своя,
И самое странное, что получаешь кайф,
Неведомый раньше, когда центровое «я»,
Других не впускало в бесценное «It\'s my life».

Да можно годами не верить и невдомек,
Что значит кого-нибудь преданно обожать.
Но он непременно появится точно в срок,
Когда безоружная вовсе не будешь ждать.

Прости меня, за всё прости
(За эту просьбу тоже).
За то, что на твоём пути
Я был простым прохожим.

За то, что ты сейчас одна,
Что песни приуныли,
За то, что бродит тишина,
Где мы с тобой бродили.

За то, что я в чужом краю
Любовь впервые встретил.
Еще за то, что боль твою
Я в счастье не заметил.

За то, что с ней — моей судьбой —
Я во сто раз нежнее,
За то, что даже и с тобой
Её сравнить не смею.

Прости меня, за всё прости,
За боль, за смех, за муки,
За начатый при встречах стих,
Дописанный в разлуке.

- Для того чтобы человек «обозначился» в той или иной мере, нужна драма, трагедия.
- Когда ты проходишь по краю, некоторые вещи становятся тебе много дороже.
И с этого момента начинается истерика, что еще не успел, не сумел сделать и так далее.
- В трудные минуты мне помогали только женщины, особенно в юности.
Именно они меня всегда и вытаскивали из сложных ситуаций.
К ним можно было приползти в последнюю секунду.
Они чуткие, более сентиментальные и человечные, чем мужики.
- Больше всего я ценю в близких предсказуемость и надежность.

Зачем кому-то в битвах погибать?
Как влажно дышит пашня под ногами,
Какое небо щедрое над нами!
Зачем под этим небом враждовать?

Над яблоней гудит пчелиный рой
Смеются дети в зарослях малины,
В краю, где не сражаются мужчины,
Где властно беззащитное добро.

Где кроткого достоинства полны
Прекрасных женщин ласковые лица
Мне этот край до смерти будет сниться,
Край тишины, священной тишины.

Я не устану день и ночь шагать,
Не замечая голода и жажды.
Я так хочу прийти туда однажды —
И ножны ремешком перевязать.

Но долог путь, и яростны враги,
И только сила силу остановит.
Как в Тишину войти по лужам крови,
Меча не выпуская из руки?

Я знаю множество примет;
Я знаю, где есть ход запасный;
Я знаю, кто и как одет;
Я знаю, что и чем опасно;
Я знаю, где овраг пропастный;
Я знаю, часты грозы в мае;
Я знаю, где дождит, где ясно;
Я знаю все, себя не зная.
Я знаю, есть на все ответ;
Я знаю, где черно, где красно;
Я знаю, что где на обед;
Я знаю, лжем мы ежечасно;
Я знаю, хищна волчья стая;
Я знаю, жалобы напрасны;
Я знаю все, себя не зная.
Я знаю были давних лет;
Я знаю, люди разномастны;
Я знаю, кто богат, кто нет;
Я знаю, кожа чья атласна;
Я знаю, глуп, кто любит страстно;
Я знаю, алчности нет края;
Я знаю, умники несчастны;
Я знаю все, себя не зная.
Я знаю, принц, что жизнь ужасна;
Я знаю, на земле нет рая;
Я знаю, смерть над каждым властна;
Я знаю все, себя не зная

Лошади умеют плавать,
Но не хорошо, не далеко,
Глория по-русски значит слава,
Это вам запомнится легко.

Шел корабль своим названием гордый,
Океан старались превозмочь,
В трюме добрыми мотая головами,
Лошади томились день и ночь.

Тыща лошадей, подков четыре тыщи,
Счастья людям вы не принесли,
Мина кораблю пробила днище,
Далеко-далеко от земли.

Люди сели в шлюпки, в лодки сели,
Лошади поплыли просто так,
Как же быть и что же делать, если,
Места нет на лодках и плотах.

Плыл по океану рыжий остров,
В синем море остров плыл гнедой,
Лошадям казалось плавать просто,
Океан казался им рекой.

Но не видно у реки той краю,
На исходе лошадиных сил,
Вдруг заржали кони возражая,
Тем, кто в океане их топил.

Кони шли на дно и ржали, ржали,
Все на дно покуда не ушли,
Вот и все, но все-таки мне жаль их,
Рыжих, не увидевших земли.

Истинный мир — невидим, неосязаем, неслышим, не имеет вкуса и запаха. Истинный мир есть движение разума. Начальная и конечная цель этого движения непостигаема. Разум есть материя, более твердая чем камень, и более быстрая чем свет. Ища покоя, как всякая материя, разум впадает в некоторый сон, то есть становится более замедленным, что называется — воплощение разума в вещество. На степени глубины сна разум воплощается в огонь, в воздух, в воду, в землю. Из этих четырех стихий образуется видимый мир. Вещь есть временное сгущение разума, подобно круглой молнии, в которую уплотняется грозовой воздух.
В кристалле разум находится в совершенном покое. В междузвездном пространстве разум — в совершенном движении. Человек есть мост между этими двумя состояниями разума. Через человека течет поток разума в видимый мир. Ноги человека вырастают из кристалла, живот его — солнце, его глаза — звезды, его голова — чаша с краями, простирающимися во вселенную.
Человек есть владыка мира. Ему подчинены стихии и движение. Он управляет ими силой, исходящей из его разума, подобно тому как луч света исходит из отверстия глиняного сосуда.

Франция — страна, где нет ни зимы, ни лета, ни нравственности; в остальном же это чудесный край.

Хватить через край — не значит достигнуть цели.

Мой финиш- горизонт,
А лента — край земли,
Я должен первым быть на горизонте.

Между нами и Богом - бесконечность хаоса. Где-то на краю этой бесконечности идет игра - что выпадет, орел или решка.. Не играть нельзя,хотите вы того или не хотите, вас уже втянули в эту историю. Если вы поставите на орла, то есть на Бога, то выиграв, вы обретете все, проиграв, не потеряете ничего.

Радость и горе льются через край только у не разумных.

— Всегда думал, что буду заниматься чем-то хуже, чем это.
— Мы копаем отхожие ямы на краю мира. Что может быть хуже?
— У тебя не хватает воображения.

Нечаянно, нежданно мы оказываемся на краю могилы, как рассеянный — на пороге своего дома.

Человек думает, что знает жизнь. Стоит на краю жизни и смотрит, как она идет мимо, но сам ею не живет. Не может. Он в ней просто турист. Призрак.

Все было так, как будто надо почти умереть, чтобы тебя полюбили. Как будто надо зависнуть на самом краю — чтобы спастись.

Со мной тоже такое бывает. Смотрю на карту — и вдруг возникает дикое желание отправиться неведомо куда. Как можно дальше от удобств и благ цивилизации. И своими глазами увидеть, какие там пейзажи и что в тех краях вообще происходит. До лихорадки, до дрожи. Но откуда в тебе это желание появилось, никому объяснить не можешь. Любопытство в чистом виде. Ничем не объяснимое вдохновение.

Сквозь скругленное по краям переднее стекло кабинки была видна заснеженная спина и островерхий войлочный шлем; казалось, что нашим экипажем правит ибсеновский тролль. Я подумал, что конструкция авто крайне неудобна и к тому же унизительна для шофера, который всегда открыт непогоде – но, может быть, это было устроено специально, чтобы во время поездки пассажиры могли наслаждаться не только видами в окне, но и классовым неравенством.

С годами изменяемся немало.
Вот на меня три женщины глядят.
— Ты лучше был, —
одна из них сказала.
Я с ней встречался десять лет назад.
Касаясь гор заснеженного края,
Вдали пылает огненный закат.
— Ты все такой же, — говорит вторая,
Забытая пять лет тому назад.
А третья, рук не размыкая милых,
Мне жарко шепчет, трепета полна:
— Ты хуже был Скажи, что не любил их -
Каким я был, не ведает она.

Я нашла тебя в прошлой жизни,
Где до края одно мгновение,
Взгляды встретились, словно выстрел,
И застыли в изнеможении.

Я нашла тебя неожиданно,
Просто в миг один до падения.
Это где же такое видано,
Чтоб как взрыв, как землетрясение?

Я нашла тебя в снах измученных,
Где одна быть уже устала.
Я нашла тебя, самого лучшего,
Потому что всегда искала.