Цитаты в теме «легкие», стр. 38
Начало мая. Красные гвоздики,
Как слезы тех далеких страшных лет.
И ветеранов праведные лики,
Особенно, которых больше нет.
Когда опять подходят даты эти.
Я почему-то чувствую вину —
Все меньше вспоминают о Победе,
Все больше забывают про войну.
Никто из нас за это не в ответе.
И сам с собой веду я разговор:
Так много было войн на белом свете,
Так много лет уже прошло с тех пор.
И, как обычно, вспоминаю папу,
Вернувшегося без обеих ног
Как поднимался он легко по трапу,
Как танцевать он на протезах мог
Идут по телевизору парады,
Горят в архивных фильмах города.
Тем, кто остался, раздают награды.
И кажется, что было так всегда.
Война еще исчезнуть не готова.
Те годы — миллионы личных драм.
А потому, давайте вспомним снова
Всех тех, кто подарил Победу нам.
Когда гулять, на майские, поедем,
Веселые, довольные вполне,
Давайте скажем что-то о Победе
И вспомним, хоть немного, о войне.
ЛЮБОВНИЦА - БЕСЦЕННЫЙ ДАР!
Ты говоришь: - Хочу еще!
И так приятно знать об этом.
Меня опять к тебе влечет
Сквозь все запреты и обеты.
Любовницы бесценный дар
Мужчины будут долго помнить.
И тот не знал любви пожар,
Кто в жизни не имел любовниц!
Пусть кто-то говорит: «Нельзя!»,
Мол, как-то аморально это.
Но видели бы Вы, друзья,
Её, когда она раздета!
И все, что трудно Вам с женой,
Когда Вы с ней остались вместе,
Приятно и легко с другой,
В каком-нибудь случайном месте.
Все женщины похожи, но,
Любовницы – всегда желанней!
И как приятно, что давно
Моя любовница – жена мне!
Как к бедрам прилипает шоколад,
Ну просто, хоть совсем забудь о сладком.
Не видимая глазу шоколадка
Заметнее на теле во сто крат.
Мне 25, я стала приседать
В утяжках на айробных тренировках,
И как гигантский кроль пилю морковку,
Лишь только б эти прелести согнать.
Живот и попа проиграли бой —
Схуднули под напором напряженья,
Но бедер роковые отложенья
Незыблемы, как памятник какой.
О мода, как с тобою не легко!
Ведь, вроде, я не пышка от рожденья:
Расплакавшись над «Птичьим молоком»
Завидую эпохе Возрожденья.
Моя подруга выдумала ход:
Чревоугодьем организм изнежив,
Она идет, и попросту блюет,
И дальше жрёт ни капельки не реже.
В программе интересной БиБиСи
Назвали это словом «Булемия»!
От этого, о Господи спаси,
В Европе умирают. Мама мия!
Мне способ не подходит. Что за бред —
Дарить деликатесы унитазу.
Есть в бедрах польза: на краю экстаза,
За них держаться мягко,
или нет?
Воспитала ли я из тебя слугу?
Мне хотелось не этого. Виновата.
Так случилось, что я без тебя могу,
А скрывать безразличие сложновато.
Так случилось, что мысли мои легки,
Даже сердце не екает и не стонет.
А твое разрывается на куски,
Как собачье, когда ее в спину гонят.
Так случилось, что чувствую пустоту,
А когда-то же было глаза горели.
Откровенность двуличию предпочту.
Не чужие же люди мы, в самом деле.
Я, конечно, навек у тебя в долгу
Без тебя я не стала бы той, кем стала.
Ты не можешь а я без тебя могу!
Разве этого, чтобы расстаться мало?
...лишь страх перед собственными желаниями, перед демоническим началом в нас заставляет отрицать тот очевидный факт, что в иные часы своей жизни женщина, находясь во власти таинственных сил, теряет свободу воли и благоразумие; некоторым людям, по-видимому, нравится считать себя более сильными, порядочными и чистыми, чем те, кто легко поддается соблазну, и, по-моему, гораздо более честно поступает женщина, которая свободно и страстно отдается своему желанию, вместо того чтобы с закрытыми глазами обманывать мужа в его же объятиях, как это обычно принято.
Никогда не забуду (он был, или не был,
Этот вечер): пожаром зари.
Сожжено и раздвинуто бледное небо,
И на желтой заре — фонари.
Я сидел у окна в переполненном зале.
Где-то пели смычки о любви.
Я послал тебе черную розу в бокале,
Золотого, как небо, аи.
Ты взглянула. Я встретил смущенно и дерзко
Взор надменный и отдал поклон.
Обратясь к кавалеру, намеренно резко
Ты сказала: "И этот влюблен".
И сейчас же в ответ что-то грянули струны,
Исступленно запели смычки...
Но была ты со мной всем презрением юным,
Чуть заметным дрожанием руки...
Ты рванулась движеньем испуганной птицы,
Ты прошла, словно сон мой, легка...
И вздохнули духи, задремали ресницы,
Зашептались тревожно шелка.
Но из глуби зеркал ты мне взоры бросала
И, бросая, кричала: "Лови!.."
А монисто бренчало, цыганка плясала
И визжала заре о любви.
Я всегда завидовала людям, которые в лёгкой и доступной форме способны так донести свои мысли, убеждения и мораль, что они дойдут до всех, а не только до горстки эстетов, предпочитающих «настоящую литературу». Настоящая — это где все страдают и в конце умирают? Написанная так, что понять и прочувствовать её могут от силы 10% читателей? Причем судя по их отзывам, большая часть из них ничего в ней не поняла, зато гордится и хвастается тем, что сумела ее осилить? Это я ещё не упоминаю «настоящие» книги, после которых возникает ощущение, будто ты в грязи вымазался, мир дерьмо и все люди сволочи; их поклонники тоже меня презрирают и грозятся сжечь вместе с моими дешёвыми поделками.
На конце своей жизни она почувствовала тепло, не боль. Ей хватило времени вспомнить его глаза того оттенка синевы, каким бывает небо на рассвете. Ей хватило времени, что бы вспомнить его мчащимся на Быстром по Спуску, с черными волосами, выбивающимися из-под шляпы. Ей хватило времени, чтобы вспомнить, как легко и беззаботно он смеялся, чего уже никогда не будет в той долгой жизни, что он проживет без неё, и этот смех она взяла с собой, когда ветром и жаром вознеслась в чёрное небо, вновь и вновь восклицая его имя, призывая птичек и рыбок, медведей и заек.
Ну вот Перед носом захлопнули дверь.
Нелепо скулить и рычать бесполезно
Воспитанный пёс не считает потерь,
Он просто уходит походкой нетрезвой.
Обидеть легко. А собаку — вдвойне.
Убийственность фраз не летит мимо цели.
Собачников много и шкура при мне,
Снимаю ошейник — быть может, пристрелят?
Бессмысленно жить, если в дом не войдешь.
Ты предан и продан за стыд и измену.
По мертвому другу — поломанный грош,
Куда уж краснее заламывать цену
Я мог бы снести этот глупый замок
Скандально небрежным движением лапы.
Я мог бы сказать ей О, если б я мог!
Но там, за стеною, не всхлипы, а всхрапы
Иду по ступенькам заплеванным вниз.
Всё было, как должно, всё было недаром
Хозяйки моей романтичный каприз
Выходит навстречу мятущимся фарам
СнежинкаСветло-пушистая, Снежинка белая,Какая чистая, Какая смелая!Дорогой бурною Легко проносится,Не в высь лазурную, На землю просится.Лазурь чудесную Она покинула,Себя в безвестную Страну низринула.В лучах блистающих Скользит, умелая,Средь хлопьев тающих Сохранно-белая.Под ветром веющим Дрожит, взметается,На нем, лелеющем, Светло качается.Его качелями Она утешена,С его метелями Крутится бешено.Но вот кончается Дорога дальняя,Земли касается, Звезда кристальная.Лежит пушистая, Снежинка смелая.Какая чистая, Какая белая!
Я тобой уже не задыхаюсь...
Мне лишь хмель от губ твоих остался
Белый дым черёмухи шальной
Я тобой уже от задыхался
Душной ночью, пьяною зарёй
Всё прошло, но ничего не вышло,
Мы легко сбежали из «тюрьмы»
Может, ты переиграла слишком,
Может, вместе заигрались мы
Мы случайно встретимся с тобою,
Ты — с холёным спутником своим,
Притворишься ветрено-чужою
И полезешь целоваться с ним
Я тобой уже не задыхаюсь,
Да и ты не сохнешь от тоски,
Говорят, что ты теперь другая —
Глубже вырез, выше каблуки.
Что ночами ищешь вдохновения,
Как перчатки спутники твои
И на задних кожаных сиденьях
Натираешь локти до крови.
Мне от тебя остался синий дым,
Невкусный кофе в скомканной постели,
И «мокрый нос» с окрасом голубым,
Что так любил встречать тебя у двери.
Мне от тебя остался венский лес,
Вернее, сказки призрачного леса,
Твои стихи по поводу и без
И милый хлам из длинных есемесок.
Мне от тебя остался фильм без слов,
Где я с тобой смешной и лопоухий,
Где так наивно верю, что любовь —
Твоё «хочу», не выходя из кухни.
Мне от тебя остался лёгкий фарс
Нелепых сцен, не сделанных пощёчин,
Где страсть, что выворачивала нас,
Запряталась куда-то между строчек.
Мне от тебя остался мятый снег
Коньяк открыт и вроде всё неплохо
Жаль, лишь подсказки не осталось мне —
Как дальше жить чтоб без тебя не сдохнуть.
Я поменяю цвет волос и запах кожи
С медово-пряного на нежный, с холодком.
И постараюсь быть ни капли не похожей
На незнакомую, чей образ Вам знаком
Фальсифицируя походку, жесты, голос
И даже мысли — право, нечего терять —
На Ваших нервах я легко сыграю соло,
И взрежу душу, в пальцах грея рукоять
Слепой любви вы были правы — безусловной,
Невинно-сестринской порочно-колдовской
Моя победа будет лёгкой и бескровной —
Я проиграю Вам! Достанусь Вам такой —
Чужой, растерянной, напуганной и дикой,
С огнём в глазах не бойтесь, я не обожгу
И сладким вкусом поздней вишни с ежевикой
Вы не напьётесь до утра с дрожащих губ
Вас обмануло представление?
Едва ли Вдыхая с кожи запах мяты с молоком,
По сердца голосу вы всё-таки узнали
Ту незнакомую, чей образ вам знаком.
А как справиться с желанием вкусно поесть? Раздеться догола, подойти к зеркалу и сказать себе, например: «У меня есть любимый мужчина Вася. Он должен видеть это тело и любить. Но обязан ли он, если есть соседка Рая, которая тоже хочет есть в три горла, но ради того, чтобы ее любил муж Федя, этого не делает. Если я себя уважаю и хочу, чтобы Вася любил именно меня, тогда надо ограничивать себя в еде. Либо распуститься окончательно и всем пытаться доказать, что в этих жировых складках и заплывших глазках есть особая прелесть, которую однажды Вася может и не разглядеть». Наш вес чаще всего результат нашей распущенности. Мы шастаем к холодильнику, вовсе не будучи голодными. Просто хочется все время жевать что-то вкусненькое. Конечно, тяжело отказаться от удовольствий. А кто сказал, что легко? Но если ты не больна, не сидишь на гормонах, значит, будь добра, возьми себя в руки.
Какое счастье: сперли кошелек!
Как нынче я отделался легко-то.
А ведь могли раздеть до босых ног,
Глаз выдавить, пырнуть заточкой в бок —
Да мало ли чего, была б охота!
Могли для смеху челюсть своротить,
В психушку спрятать для эксперимента,
В чулан, как Буратину, посадить
За оскорбление чести Президента.
Могли послать сражаться в Сомали,
Копаться на урановую залежь
Да мало ли чего еще могли —
У нас на что надеяться, не знаешь.
На службе ли придавит потолок,
В больнице ли пришьют к затылку ногу —
А тут какой-то жалкий кошелек —
Да пропади он пропадом, ей-богу!
Точный адрес
Мы живем недалеко,
Нас найти совсем легко.
Сперва направо вы пойдете,
Потом налево повернете,
И прямо тут же, за углом,
Семиэтажный будет дом.
Такой большой красивый дом,
Но только мы живем не в нем.
Потом войдете вы во двор
И там увидите забор.
В заборе этом есть дыра,
Ее мы сделали вчера.
Но через эту дырку лезть
Старайтесь осторожно,
Там потому что гвозди есть
И зацепиться можно.
Потом свернете резко вправо
И упадете там в канаву.
Пугать вас это не должно,
Поскольку так заведено.
В нее все падают всегда,
Но вылезают без труда.
Потом на землю нужно лечь
И метров сто ползти,
Потом придется пересечь
Трамвайные пути.
А дальше будет детский сад,
А рядом с садом автомат,
Где вам по номеру 05
Помогут адрес наш узнать.
Ведь мы живем недалеко
И нас найти совсем легко.
Чужой завидуя судьбе,
Когда нас сводит случай,
Ты говоришь: —
Везёт тебе,
Всегда была везучей! -
Не мне везло,
А я везла
По взгоркам и увалам
В надёжной тачке ремесла
Работы груз немалый.
Выходит, это я сама
Всю жизнь была
Везущей!
Не получала задарма
Я хлеба правды сущей.
А сколько выпало забот.
А сколько их осталось
Кто жил легко,
Не знает тот,
Сколь сладостна усталость!
Как дорог сон,
Целебен мёд,
Как слов свежи созвучия.
А ты — своё: —
Другим везёт, одна ты невезучая.
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Легкие» — 2 081 шт.
