Цитаты в теме «лицо», стр. 126
Ушла любимая моя, ушла, не известила нас,
Ушла из города в тот час, когда заря творит намаз.
Нет, либо счастие мое пренебрегло стезей любви,
Либо красавица не шла дорогой правды в этот раз.
Я поражен! Зачем она с моим соперником дружна!
Стеклярус на груди осла никто ж не примет за алмаз!
Я буду вечно ждать ее, как белый тополь ветерка.
Я буду оплывать свечой, покуда пламень не погас
Но нет! Рыданьями, увы, я не склоню ее к любви:
Ведь капли камня не пробьют, слезами жалобно струясь.
Кто поглядел в лицо ее, как бы лобзал глаза мои:
В очах моих отражено созвездие любимых глаз.
И вот безмолвствует теперь Хафиза стертое перо:
Не выдаст тайны никому его газели скорбный глас.(перевод И. Сельвинского)
«Вес не так важен, как в этом нас пытаются убедить журналы. Я знаю одну девушку, которая смотрит только на свое лицо в зеркальце домашней аптечки и никогда не смотрит ниже плеч, а весит она четыреста или пятьсот фунтов, но этого она не видит, а видит только красивое лицо и поэтому считает себя красавицей. И поэтому я тоже считаю ее красавицей, потому что обычно я принимаю людей такими, какими они сами себя видят, поскольку их представление о себе больше связано с тем, как они мыслят, нежели с их внешним видом. Может, она весит все шестьсот фунтов, кто знает. Если ей все равно, то и мне тоже»
Предпоследние вздохи месяца. Дел немерено.
Я давно потеряла на ощупь твою ладонь
В этом городе всё потеряно. Всё потеряно.
И друг друга мы больше, кажется, не найдём.
В этой каменной клетке всё, до стихов, невидимо.
Ты вливаешься в толпы — памяти не найти.
И прокуренный воздух, как ворот простого свитера
Нам становится туг, чужеродно прильнув к груди
Потому что мы здесь по отдельности. Врозь, как части,
Запасные детали лиц и чужих имён
Здесь теряется всё: голоса и привычки. Счастье —
Даже счастье сливается с городом. Тонет в нём.
Оседает на дне под пылью, под мерным боем
Каблуков, суеты, нашпигованных чушью дел.
В этом городе мы отдельно. Но ходим строем.
И теряемся порознь. В собственной пустоте.
Какие жизнь порою шлёт сюрпризы
И злые тайны раскрывает нам..
Вы бросили меня, забрав сервизы
И мой любимый голубой бокал.
Я полагала, ощущая кожей,
Что не смогу без вашего лица...
Скрипела дверь и я, в углу скукожась,
Ждала капец, но не было капца.
И капал час минутами из крана,
И пустота плутала по плечам -
Всё было так, как пишется в романах,
Но не случалась черная печаль.
Бутылку рома прикупив на случай,
К ней попыталась присовокупить
И ваш портрет и свечи.Села,скрючив
Для пущей скорби руки у груди,
На волокла на очи пелену и
Вдохнув парфюму Вашего слегка,
Я стала ждать когда пипец наступит
Мне на виски металлом каблука....
И вот внизу дверь скрипнула внезапно,
А по квартире раскатился звон...
Я поняла:пи***ц пришел без Вас мне...
Но это оказался почтальон.
По мокрым скверам
Проходит осень,
Лицо на хмуря!
На громких скрипках
Дремучих сосен
Играет буря!
В обнимку с ветром
Иду по скверу
В потемках ночи.
Ищу под крышей
Свою пещеру —
В ней тихо очень.
Горит пустынный
Електропламень,
На прежнем месте,
Как драгоценный какой-то камень,
Сверкает перстень,-
И мысль, летая, кого-то ищет
По белу свету
Кто там стучится в мое жилище?
Покоя нету!
Ах, эта злая старуха осень,
Лицо на хмуря, ко мне стучится
И в хвое сосен не молкнет буря!
Куда от бури, от непогоды
Себя я спрячу?
Я вспоминаю былые годы,
И я плачу.
«Чудный месяц плывет над рекою», —
Где-то голос поет молодой.
И над родиной, полной покоя,
Опускается сон золотой!
Не пугают разбойные лица,
И не мыслят пожары зажечь,
Не кричит сумасшедшая птица,
Не звучит незнакомая речь.
Неспокойные тени умерших
Не встают, не подходят ко мне.
И, тоскуя все меньше и меньше,
Словно Бог, я хожу в тишине.
И откуда берется такое,
Что на ветках мерцает роса,
И над родиной, полной покоя,
Так светлы по ночам небеса!
Словно слышится пение хора,
Словно скачут на тройках гонцы,
И в глуши задремавшего бора
Все звенят и звенят бубенцы.
Листвой пропащей, знобящей мглою
Заносит буря неясный путь.
А ивы гнутся над головою,
Скрипят и стонут — не отдохнуть.
Бегу от бури, от помрачении...
И вдруг я вспомню твое лицо,
Игру заката во мгле вечерней,
В лучах заката твое кольцо.
Глухому плеску на дне оврага,
И спящей вербе, и ковылю
Я, оставаясь, твердил из мрака
Одно и то же: —Люблю, люблю!
Листвой пропащей, знобящей мглою
Заносит буря безлюдный путь.
И стонут ивы над головою,
И воет ветер — не отдохнуть!
Куда от бури, он непогоды
Себя я спрячу?
Я вспоминаю былые годы
И— плачу.
Когда надежды нет, закрутит гайки вьюга,
И в белой тишине идёшь, не чуя ног,
Не помня ни дорог, ни севера, ни юга.
Обида за тобой плетётся, как щенок.
Когда надежды нет, лютуют снег и ветер –
Неважно, что жара, неважно, что июль
На помощь не зовёшь, боясь, что не ответят,
Шатаешься, скользишь и валишься, как куль.
И кажется, уже полшага до тоннеля,
Где будет свет в конце, как люди говорят,
И огненным хвостом прошедшая неделя
Стирает все следы – не выбраться назад.
Глядишь сквозь пелену. Мороз ползёт по коже.
Когда надежды нет, одна печаль и злость,
Ты видишь вдруг: лицо, любимое до дрожи,
На голову твою откуда-то взялось.
И думаешь: «Раз так, теперь погибнуть нешто?»
Ждёт человек тебя и руки распростёр.
И думаешь: «Да ну, зачем она – надежда?
Достаточно вполне одной из трёх сестёр».
От экрана исходит свет.
Там пронзительных строчек ряд.
Совпадение вкусов — бред.
Понимание друг друга — яд.
Этот яд прямо в кровь течёт.
От него гудит голова.
Но читаешь и видишь: чёрт,
Как близки мне его слова!
Развивается диалог.
Раскрывается человек.
Откровенность сбивает с ног,
А потом поднимает вверх.
За словесной чужой «пургой»
Вдруг лица различишь черты
И узнаешь, что тот, другой,
Той же болью болит, что ты.
И, почувствовав в нём родню,
К нему рысью помчит душа!
Только я её приструню,
И она перейдёт на шаг
Мной затвержен давно урок:
Не ловить никого во ржи,
Не искать за рядами строк
Виртуальные миражи.
А мы? Спросить друг друга, какие новости,
И не ответить, забыв клише.
А мы — по правде, а мы — по совести.
А мы, как ангелы, — о душе.
А встреча за год, наверно, сотая.
Сквозь прорезь маски кричат глаза.
Совсем не трудно смотреть в лицо твоё:
До хруста выжаты тормоза.
А мы такие теперь приятели —
Два тёплых зверя в кольце зимы.
А мы — по правилам, по понятиям.
А кто по трупам? Не мы, не мы!
А мы — как лучше, а мы — по разуму.
Два светофора и поворот
А у любви моей руки связаны
И липким скотчем заклеен рот.
Песня Волшебника
Сапожник починяет нам ботинки,
А плотник — табуретку и крыльцо,
Но только у волшебника в починке
Светлеет ваше сердце и лицо!
Какая тонкая работа —
Счастливым сделать хоть кого-то,
Цветок удачи принести,
От одиночества спасти,
А самому потом тихонечко уйти
Волшебник — это сказочная личность,
И сказочно он скромен, господа,
В нем сказочно отсутствует двуличность,
И выгод он не ищет никогда.
Какая тонкая работа —
Счастливым сделать хоть кого-то,
Цветок удачи принести,
От одиночества спасти,
А самому потом тихонечко уйти
Язык чужой обиды и печали
Волшебник изучает с детских лет,
Его вселять надежды обучали —
И это основной его предмет!
Какая тонкая работа —
Счастливым сделать хоть кого-то,
Цветок удачи принести,
От одиночества спасти,
А самому потом тихонечко уйти.
Вошел он в комнату ко мне
И сел к роялю.
И с гор потоками камней
Прелюд роняет.
Вот на басах зеленый тон
Проснулся в роще.
И стал пейзаж со всех сторон
Ясной и проще.
Кузнечиками быстрых нот
Под солнцем скачет.
В речной волне водоворот
Звенит и плачет.
И вот на княжеских балах
Летит под крышу.
И в золотых колоколах
Я песню слышу.
И как яблоню трясут
С веселым свистом.
Осенний сад шумит, как суд
Над пианистом.
Но поздно, поздно! Белый зал
Былой столицы
Аккорды, словно красный залп
По белым лицам.
И снова полудремный лес —
Ромашки, маки,
И звон косы и синь небес,
И лай собаки.
И темнота, и в темноте
Огонь от спички,
В далекой, черной тишине
Шум электрички.
От ветра занавески шелк
Заколыхался.
Он встал, закрыл рояль, ушел,
А я остался.
Удивительный вальс мне сыграл Ленинград
Без рояля и скрипок, без нот и без слов.
Удивительный вальс танцевал Летний сад,
Удивительный вальс из осенних балов.
Вальс всегда на «Вы», вальс речной волны,
Вальс мостов Невы, дальних стран.
Вальс растерянный, вальс расстрелянный,
Вальс Расстрелиевый, вальс-туман.
В удивительном вальсе кружились дома,
И старинные храмы несли купола,
И на лучших страницах раскрылись тома,
И звонили беззвучные колокола.
Вальс пустых дворцов, вальс былых венцов,
Вальс к лицу лицо, без прикрас.
Вальс военных дней, смерти и огней,
Вальс судьбы моей — жизни вальс.
Вальс старинных дам, вальс клаксонных гамм,
Вальс огней реклам, вальс дождей.
Вальс недвижных поз, вальс больших стрекоз,
Вальс травы в покос, вальс людей.
В сентябре провода, петербургские ночи,
Дождевая вода — создают мне уют.
И приходит беда, иногда и не хочет
Улететь навсегда с журавлями на юг.
Ангел мой до утра с тихим дьяволом спорит.
Слов немых детвора в школу речи бежит.
Зрелость — это пора растворяться в просторе,
Поднимать якоря, не считая гроши.
А прямое все лжет, путь у истин изломан
По спирали полет даже время, вершит.
И любой поворот — это Символ и Слово,
Ето розовый лед покоренных вершин.
Не парным молоком — кровью пишется повесть.
С жизнью встретясь лицом, остаешься чуть жив.
Лучше быть дураком на свой риск и на Совесть,
Чем прослыть мудрецом за счет мыслей чужих.
На этих пространствах мне жить бы и жить как царю.
От этих просторов кружится моя голова
Но русского Бога униженно тихо я благодарю,
Что тати родные на свет и дыхание мне оставляют права.
Встреча
В аллее затаилась глубина;
Он шел, — вокруг все тускло зеленело,
Прохлада в мглистый плащ его одела,
Как вдруг на том конце, как из окна,
Откуда-то из пламенного лета
Фигура женская взялась,
Вся солнечными бликами одета,
Гонимая вперед волнами света,
И, вся переливаясь и светясь,
Она несла с собою брызги эти, плыл
В белокурых всплесках каждый шаг
И вдруг, как будто канув в полумрак,
Глаза возникли, словно на портрете,
И ожили, вплоть до дрожания век,
Черты лица, как будто вновь рождались
В тот миг они друг с другом повстречались, —
Все стало вечным, и ушло навек.
Залилося краскою лицо — стыдно, но не надоГоворить, что всё прошло — всё так непонятно ты молчал, молчала я Но ничего с тобой мы не забыли Я знаю точно, что меня ты позовёшьИ не забудешь, не предашь и не уйдёшьА я останусь, так и быть, твоей мечтойТвоей несбывшейся судьбойЯ знаю, больше никогдаНе будет так лежать в моей руке твоя рукаИ больше никогда тебя не назову«Любимый» Я забуду всё, что ты сказал — прости, но так надоЧтобы люди не смогли понять наших взглядов ты молчал, молчала я Но ничего с тобой мы не забыли
Мне с тобою тепло
Как ни с кем до тебя
Мне с тобою светло
И спокойно
Очень странно, но не было
Так никогда
До тебя было так одиноко
А с тобою, в одну из ночей февраля
Без романтик и долгих прелюдий,
Неожиданно, вдруг стали очень близки
Так легко, за меня ты решил «по-мужски»
Удивительно то, что мне было легко
И комфортно держаться за руку,
Твою сильную руку, в которой тепло
И с тобой бесконечно спокойно
И впервые за жизнь
Мне хотелось идти
За тобой хоть на краешек света
И улыбка твоя, и родное лицо,
Огоньки карих глаз и морщинка
Все в мгновенье одно
Стало мне бесконечно любимым.
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Лицо» — 2 917 шт.
