Цитаты в теме «место», стр. 149
Рассказывают, что как-то раз Насреддин постучался в небесные врата.
— Кто там? — спросили изнутри.
— Это я, — сказал Насредин. — Открой мне.
— Здесь нет места для тебя, уходи.
Но Насреддин снова постучал.
— Кто там?
— Это ты, — ответил Насреддин. — Открой мне.
— Если это действительно я, то я уже здесь, поэтому открывать ворота не нужно, уходи.
Насреддин постучал в третий раз.
— Кто там?
— Это мы, — сказал Насреддин, — мы с тобой. Открой мне.
— Для двоих тут нет места, уходи.
Насреддин постучался в последний раз.
Кто там? — опять спросили его.
— Я не знаю, — сказал Насреддин.
И тут ворота открылись
«Я жду тебя, Счастье! Я жду во сне, когда ночь тихонько опускает вуаль на мои ресницы, когда холодные сияющие звезды уносят меня в просторы Вселенной.
Я жду тебя, когда вступает в права суетный день, затягивающий меня в круговорот забот, дел и проблем, и даже под тяжестью неразрешимости я жду и жду тебя, Счастье!
Я ищу тебя, Счастье! Ищу тебя повсюду, даже там, где, казалось бы, бессмысленно искать. И все же я ищу, перебирая возможное и не возможное.
Я надеюсь на тебя, Счастье! Надеюсь, когда все потеряно, когда нечего вернуть, когда уже нет места надежде, я надеюсь, что не забыта тобою, Счастье, и что ты различишь меня в лабиринте судеб и надежд.
Но может быть, в этом и есть сущность твоя, чтобы искать, ждать и надеяться, о Счастье?!»
Отслужи по мне, отслужи,
Я не тот, что умер вчера.
Он, конечно, здорово жил
Под палящим солнцем двора,
Он, конечно, жил не тужил,
Не жалел того, что имел.
Отслужи по мне, отслужи,
Я им быть вчера расхотел.
С места он коня пускал вскачь,
Не щадил своих кулаков,
Пусть теперь столетний твой плач
Смоет сладость ваших грехов.
Пусть теперь твой герб родовой
На знамёнах траурных шьют.
Он бы был сейчас, конечно, живой,
Если б верил в честность твою.
Но его свалили с коня,
Разорвав подпругу седла,
Тетива вскричала, звеня,
И стрела под сердце легла
Тронный зал убрать прикажи,
Вспомни, что сирень он любил.
Отслужи по мне, отслужи,
Я его вчера позабыл.
Я вчера погиб ни за грош,
За большие тыщи погиб,
А он наружу лез из всех своих кож,
А я теперь не двину ноги.
В его ложе спать не ложись,
Холод там теперь ледяной.
Отслужи по мне, отслужи,
Умер он, а я нынче другой.
Почему я не вижу здесь кораблей,
С парусами из дальних, из южных морей,
Почему здесь нет ветра, не слышен прибой,
Я хотел бы уехать и быть просто с тобой.
Ведь мой дом как могила, как каменный склеп
Потому, что я глух, потому, что я слеп,
И в глазах моих видно лишь зимнюю ночь,
Этот страх подворотен, где ты идешь прочь,
Я искал свое место по следам на снегу,
Но я понял, что больше так жить не могу,
И я видел пол мира, мне две тысячи лет,
И на стыках путей не один километр,
Я не знаю зачем я приехал сюда,
Мне казалось, что здесь загоралась звезда,
Я не знаю откуда на щеке моей кровь,
Здесь похоже война за любовь,
И в этом бою как из крана вино,
И я пьян и убит под звездою давно,
Дай мне выйти из этой войны с мечом,
И чтоб было потом продолжение.
Неужели вы действительно убеждены, что способны понять планы высших сил тьмы или света и принять самостоятельное решение?! Поверьте, за вас все давно просчитано и подписано там, наверху. Вы еще не родились, а мы уже знали, как вы умрете. Вы пошли в детский сад, а мы подбирали вам жену, врагов, друзей, время и место встречи. Вы наслаждались так называемой свободой, не ведая, что она лишь отражение наших мыслей и планов. Хотели пойти налево, а там перерыта улица, меняют трубы. Хотели направо, но не успели на трамвай. Пошли прямо, и кто-то окликнул вас сзади - вы повернулись, побежали за знакомым силуэтом, но... увы, не догнали и вновь вернулись на то же место, где были раньше. Кто вас направлял? и что после этого твоя слабая воля, человек?!
Мы слишком разные, не о чем говорить.
В шахматы не играю, не мой конек,
Нам остается эту любовь допить
Как свежевыжатый, красный, томатный сок.
Нам остается лишь — навсегда свернуть
Все, что делить хотели, да не смогли.
Много вокруг дорог, выбирай свой путь
И лучше бы быть нам по разным концам земли.
Эта зима все расставила по местам:
На расстоянии легче, но холодней.
Проще, когда я здесь, а ты где-то там.
Все собирайся, любовь допивай скорей.
Битые стекла холод впускают в дом,
Ветер гуляет, не развести огня,
Все излечимо кстати, да и потом
Незаменимых нет, замени меня.
Давно моя тетрадь в закладе за вино
На двери кабачков молюсь уже давно
Вот виночерпий - маг великодушный,
Нам, пьяницам здесь всё разрешено
Тетрадь залей вином, лишь тем немногим,
Кто сердцем зряч её прочесть дано
В земной любви разборчивое сердце
Ищи высокой истины зерно
Как циркуль, сердце на оси вращалось,
Покуда точки не нашло оно
Певец любви сложил такие строки,
Что мудрецу заплакать не грешно
Я весь цвету от счастья: вдохновенье
Мне кипарисом свыше внушено
Вино не учит злу! Ругать аскетов
Напившись, я не стану всё равно
В груди сокртыто сердце у Хафиза,
Преступник ищет место, где темно!Перевод Г. Плисецкого
Господа-начальники, червонные князья,
Поимейте каплю снисхожденья.
Дайте мне чего-нибудь, того, чего нельзя,
А я за вас пойду на все лишенья.
Граждане-чиновники, позвольте, Ваша честь,
Помогите ближнему немного.
Дайте мне чего-нибудь, что вам уже не съесть,
Да я за вас молиться буду Богу.
Эй, купцы-барышники, торговля в добрый час,
Берегите деньги от разбоя.
Дайте мне чего-нибудь, того, что есть у вас,
А я навек оставлю вас в покое.
Умники лукавые, пророки-мудрецы,
Вечные спасители народа.
Дайте мне чего-нибудь, чтоб не отдать концы
От такой навязчивой свободы.
Эх, Россия милая, крещеная земля,
Говорят, ты божия невеста.
Как же это вышло-то, что нынче для меня
У тебя родимой нету места.
Ты говорила мне «люблю»,
Но это по ночам, сквозь зубы.
А утром горькое «терплю»
Едва удерживали губы.
Я верил по ночам губам,
Рукам лукавым и горячим,
Но я не верил по ночам
Твоим ночным словам незрячим.
Я знал тебя, ты не лгала,
Ты полюбить меня хотела,
Ты только ночью лгать могла,
Когда душою правит тело.
Но утром, в трезвый час, когда
Душа опять сильна, как прежде,
Ты хоть бы раз сказала «да»
Мне, ожидавшему в надежде.
И вдруг война, отъезд, перрон,
Где и обняться-то нет места,
И дачный клязьминский вагон,
В котором ехать мне до Бреста.
Вдруг вечер без надежд на ночь,
На счастье, на тепло постели.
Как крик: ничем нельзя помочь!-
Вкус поцелуя на шинели.
Чтоб с теми, в темноте, в хмелю,
Не спутал с прежними словами,
Ты вдруг сказала мне «люблю»
Почти спокойными губами.
Такой я раньше не видал
Тебя, до этих слов разлуки:
Люблю, люблю ночной вокзал,
Холодные от горя руки.
Жди меня, и я вернусь.
Только очень жди,
Жди, когда наводят грусть
Желтые дожди,
Жди, когда снега метут,
Жди, когда жара,
Жди, когда других не ждут,
Позабыв вчера.
Жди, когда из дальних мест
Писем не придет,
Жди, когда уж надоест
Всем, кто вместе ждет.
Жди меня, и я вернусь,
Не желай добра
Всем, кто знает наизусть,
Что забыть пора.
Пусть поверят сын и мать
В то, что нет меня,
Пусть друзья устанут ждать,
Сядут у огня,
Выпьют горькое вино
На помин души жди.
И с ними за одно
Выпить не спеши.
Жди меня, и я вернусь,
Всем смертям назло.
Кто не ждал меня, тот пусть
Скажет: — Повезло.
Не понять, не ждавшим им,
Как среди огня
Ожиданием своим
Ты спасла меня.
Как я выжил, будем знать
Только мы с тобой, -
Просто ты умела ждать,
Как никто другой.
От Москвы до Бреста
Нет такого места,
Где бы не скитались мы в пыли.
С лейкой и с блокнотом,
А то и с пулеметом
Сквозь огонь и стужу мы прошли.
Без глотка, товарищ,
Песню не заваришь,
Так давай по маленькой нальем.
Выпьем за писавших,
Выпьем за снимавших,
Выпьем за шагавших под огнем!
Есть, чтоб выпить, повод —
За военный провод,
За У-2, за эмку, за успех.
Как пешком шагали,
Как плечом толкали,
Как мы поспевали раньше всех.
От ветров и водки
Хрипли наши глотки,
Но мы скажем тем, кто упрекнет:
«С наше покочуйте,
С наше поночуйте,
С наше повоюйте хоть бы год!»
Там, где мы бывали,
Нам танков не давали —
Но мы не терялись никогда.
На пикапе драном
И с одним наганом
Первыми въезжали в города.
Так выпьем за победу,
За нашу газету.
А не доживем, мой дорогой,
Кто-нибудь услышит,
Снимет и напишет,
Кто-нибудь помянет нас с тобой!
По мокрым скверам
Проходит осень,
Лицо на хмуря!
На громких скрипках
Дремучих сосен
Играет буря!
В обнимку с ветром
Иду по скверу
В потемках ночи.
Ищу под крышей
Свою пещеру —
В ней тихо очень.
Горит пустынный
Електропламень,
На прежнем месте,
Как драгоценный какой-то камень,
Сверкает перстень,-
И мысль, летая, кого-то ищет
По белу свету
Кто там стучится в мое жилище?
Покоя нету!
Ах, эта злая старуха осень,
Лицо на хмуря, ко мне стучится
И в хвое сосен не молкнет буря!
Куда от бури, от непогоды
Себя я спрячу?
Я вспоминаю былые годы,
И я плачу.
В жарком тумане дня
Сонный встряхнем фиорд! -
Эй, капитан! Меня
Первым прими на борт!
Скучные мысли — прочь!
Думать и думать — лень!
Звезды на небе — ночь!
Солнце на небе — день!
Плыть, плыть, плыть —
Мимо могильных плит,
Мимо церковных рам,
Мимо семейных драм
Плыть, плыть, плыть —
Мимо родной ветлы,
Мимо зовущих нас
Милых сиротских глаз
Если умру — по мне
Не зажигай огня!
Весть передай родне
И посети меня.
Где я зарыт, спроси
Жителей дальних мест,
Каждому на Руси
Памятник — добрый крест!
Плыть, плыть, плыть
Мимо могильных плит,
Мимо церковных рам,
Мимо семейных драм
Плыть, плыть, плыть
Мимо родной ветлы,
Мимо зовущих нас
Милых сиротских глаз.
Порвать обои, поцарапать мебель.
Быть с чудесами мелкими на «ты»,
Пока в февральском неспокойном небе
Спят облака — пушистые коты.
Уметь легко купировать отчаянье.
Пьянеть от валерьянки, но скрывать.
С любого места комнаты случайной
Одним прыжком запрыгивать в кровать.
Не говоря ни с кем, поскольку не с кем,
Часами видеть снег и слушать дождь,
Висеть в окне, вцепившись в занавеску,
И ждать, что ты когда-нибудь придёшь.
Но притворяться, что ждала не очень,
В твоё уткнувшись мокрое пальто
И даже самой-самой тёмной ночью
Не становиться серой — ни за что.
РАСПЯТИЕ
Как давно заведено, к пустому месту
Казни всякий сброд согнали,
Расходясь, через плечо бросали
Взгляды на казненных,
Не по-злому корча рожи вздернутым троим.
Но управились сегодня скоро
Палачи и сели под большим
Камнем наверху для разговора.
Вдруг один (мясник, видать, матерый)
Ляпнул просто так: — Вон тот кричал.
И другой привстал в седле: — Который?
Чудилось ему: Ильею звал чей-то голос.
Все наверх взглянули, вслушавшись.
И, чтобы не погиб бедолага,
Губку обмакнули в уксусе
И в рот ему воткнули — в еле-еле слышный хрип,
Пытку думая продлить на час
И увидеть Илью сначала.
Но вдали Мария закричала,
И с истошным воплем он угас.
Не избавиться от этих мыслей никогда.
Ты говоришь что ты летала раньше,
Я тоже как и ты летал, с одним лишь только
от тебя отличием, я налетавшись, приземлился сам.
Когда казавшееся раньше необычным,
Вдруг потеряло всякий здравый смысл,
И мой полет стал для меня привычкой,
Я к небу неожиданно остыл.
По одному живые не летают,
И выбирая место на земле,
Я ржавый взгляд на окружающих бросая,
Тебя увидел в опостылевшей толпе.
Я поднял голову и улыбнулся,
И крикнул небу, что еще вернусь,
Как только ей захочется вернуться,
Я с ней гораздо выше поднимусь.
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Место» — 3 386 шт.
