Цитаты в теме «место», стр. 31 ▷ Socratify.Net

Грудь твоя – самое просторное место для твоих секретов.

Некоторые места, в которых ты побывал, настолько замечательные, что ты никогда не прочь туда вернуться. Но кое-где ты бы не захотел оказаться снова никогда, например, Монреаль зимой.

Центр циклона есть то восходящее спокойное место с низким давлением в центре, где можно научиться, как жить вечно.

Иногда правильное время и правильное место значат куда больше, чем любой пятизвездочный отель с обширным мини-баром. Сейчас об этом много кто забывает. Люди не врубаются, что удобство и комфорт – далеко не самое важное в жизни, да и деньги тоже по своей сути то есть, то их нет. Комфорт и удобства не делают человека, они его только портят.

Самое опасное - когда у человека душа не на месте.

Унижая других, ты прежде всего ставишь себя на свое истинное место.

Тебе выбирать – страдать и стоять на месте, или стать сильным и идти вперед. И какие бы аргументы тобой не были приведены, ты знаешь – это твой выбор.

От правосудия зависит общественный порядок. Поэтому по праву место судей - в первом ряду общественной иерархии. Поэтому никакие почести и знаки уважения не могут считаться для них чрезмерными

Там, где существует одна общая, всеподавляющая цель, не остается места ни для каких общих правил и этических норм.

Если бы каждому из нас воочию показать те ужасные страдания и муки, которым во всякое время подвержена вся наша жизнь, то нас объял бы трепет, и если провести самого закоренелого оптимиста по больницам, лазаретам и камерам хирургических истязаний, по тюрьмам, застенкам, логовищам невольников, через поля битвы и места казни; если открыть перед ним все темные обители нищеты, в которых она прячется от взоров холодного любопытства, то в конце концов и он, наверное, понял бы, что это за лучший из возможных миров.

Когда вы тусуетесь в шумном, переполненном баре, вы всегда можете заметить разницу между одинокими и парами. Вам всего лишь нужно обратить внимание на знаки. Одинокие остаются на ногах для маневренности, а пары, уставшие уже только от того, что они вышли из дома, как правило, одержимы идеей найти себе место, чтобы посидеть. Есть также и множество других признаков, начиная с выбора социальной смазки и заканчивая основными чертами языка тела. Смысл в том, что есть много способов определить, у какого человека жизненная сила холостяка, а у какого парная кома.

Он никогда не говорил про печаль, хотя я знала, что он пережил бесконечно печальные времена. Он заражал оптимизмом. Дождь для него был всего лишь коротким промежутком перед появлением солнца. Всякий, кто жил в Дублине, поймет, что подобный образ мыслей — пример сверхоптимизма. Это при нем я открыла, что носить можно не только черное. При нем я поверила, что мой отец любит мою мать, только не может проявить это. Даже моя мать никогда не верила в это. Ее психотерапевт тоже. Например, он подарил мне такое чувство, когда кажется, что через минуту ты сойдешь с ума от желания. И при этом ты знаешь, что желание твое исполнится. Он умел рассказать мне сказку о каждом кусочке моего тела. И не было такого места, которого он не коснулся бы или не изведал его вкус. Будь у него время, он перецеловал бы каждой волосок у меня на голове. Все по очереди.

Кажется, первое, что я понял — что каждый существует сам по себе. Разобщает не война. Она наоборот, как известно, сплачивает. Но поле боя — совсем иное дело. Ибо здесь перед тобой появляется истинный враг — смерть. Полчища солдат больше не согревали. В них воплотился Танатос, моя погибель. Не только в далеких немцах, но и в моих товарищах, и в Монтегю.
Это безумие, Николас. Тысячи англичан, шотландцев, индийцев, французов, немцев мартовским утром стоят в глубоких канавах — для чего? Вот каков ад, если он существует. Не огонь, не вилы. Но край, где нет места рассудку, как не было ему места тогда под Нефшапелью.

Предположим, что ты принимаешь участие в игре-шоу и выигрываешь. В качестве приза тебе предлагают выбрать или набор мебели для гостиной из пяти предметов фирмы «Бройхилл» стоимостью три тысячи долларов, или десятидневное путешествие по красивым местам Европы. Большинство людей предпочли бы мебель поездке. Просто в награду за свои старания человек желает иметь нечто такое, что можно показать другим. Вспомните фараонов с их пирамидами. Поэтому-то, если у выигравшего даже уже есть именно такой набор мебели, какой предлагают в качестве приза, он все равно выберет его, а не путешествие.
Я хочу, чтобы мы с вами были такими людьми, которые выбрали бы поездку в Европу.

Когда наступит день, Фатима выйдет и займется тем же, чем занималась в течение стольких лет, но теперь все будет иначе. Сантьяго нет больше в оазисе, и оазис потеряет для нее прежнее значение. Это раньше — и совсем недавно — был он местом, где росли пятьдесят тысяч финиковых пальм, где было триста колодцев, куда с радостью спешили истомленные долгой дорогой путники. Отныне и впредь он будет для нее пуст.
С сегодняшнего дня пустыня станет важнее. Фатима будет вглядываться в нее, пытаясь угадать, на какую звезду держит направление Сантьяго в поисках своих сокровищ. Поцелуи она будет отправлять с ветром в надежде, что он коснется его лица и расскажет ему, что она жива, что она ждет его. С сегодняшнего дня пустыня будет значить для Фатимы только одно: оттуда вернется к ней Сантьяго.

Два муравейника в лесу стояли у реки.
И жили в первом и втором простые муравьи.
У чёрных, умных, муравьёв всё было по уму,
А дом у рыжих муравьёв напоминал тюрьму.

У чёрных – стройка каждый день, с утра и до утра,
У рыжих – красный транспарант «Да здравствует, ура!»
У чёрных – каждый при делах, на месте на своём,
Работу рыжих муравьёв не видно днём с огнём,

Хотя и в первом, и втором галдёж и суета,
У чёрных – в небо дом растёт, у рыжих – ни хрена.
У рыжих – всё наоборот, кто в лес, кто по дрова.
На работягу одного, начальника по два.

Один орёт, - Неси туда, - другой, - Неси сюда.
В итоге, толку не на грош, выходит ерунда.
Я так считаю, той стране богатой не бывать,
В которой трудится один, а ртов не сосчитать.

матери не ожидают наград. Мать любит без толку и без разбору. Велики вы, славны, красивы, горды, переходит имя ваше из уст в уста, гремят ваши дела по свету — голова старушки трясется от радости, она плачет, смеется и молится долго и жарко. А сынок, большею частью, и не думает поделиться славой с родительницею. Нищи ли вы духом и умом, отметила ли вас природа клеймом безобразия, точит ли жало недуга ваше сердце или тело, наконец отталкивают вас от себя люди и нет вам места между ними — тем более места в сердце матери. Она сильнее прижимает к груди уродливое, неудавшееся чадо и молится еще долее и жарче.

Страдание — это непрерывное, никогда не кончающееся мгновение. Его невозможно разделить на дни, на месяцы, на времена года. Мы можем лишь подмечать различные его нюансы и устанавливать, в какой последовательности они повторяются. У нас здесь само время остановилось в своём поступательном движении вперёд. Вместо этого оно идёт по кругу вращаясь вокруг единого центра боли. Над нами господствует парализующая неподвижность жизни, в неизменном распорядке в котором каждой мелочи отведено своё место, — мы едим, пьем, выходим на прогулку, ложимся и молимся (или, по крайней мере становимся на колени для молитвы) в соответствии с кем-то установленными правилами и железными предписаниями.

Он тобой отболел. Отболел ли? — другим видней.
На работу устроился, время сменил и место.
Он тебя забывал миллионы ночей и дней,
Эту жизнь прожигая, играя ее по квестам.

Ходит в белых штанах. Загорелый такой себе.
Очень часто смеется, оскалившись, будто хищник.
Кем была? Кем была? Кем ты стала в его судьбе?
Почему он любовь в этой жизни считает лишней?

Почему и зачем ты приходишь к нему во снах?
До утра его нежно ласкаешь, смеешься, дразнишь,
Отражаясь осколком рассвета в его стихах?
Отражаясь последним рассветом. Рассветом казни.

Он тобой отболел. Отгорел и пошел вперед,
Обрубая с тобой его крепко связавшие корни.
Он тебя позабыл — он об этом с улыбкой врет,
Убеждая себя самого: «я о ней не помню».

Интересный феномен. Необъяснимый совершенно, но тем не менее имеющий место быть. Вне всяких сомнений. Сам лично неоднократно в тюрьме наблюдал. Вот если завтра с вами, не приведи Господь, произойдёт что-то (в тюрьму, скажем, попадёте, тьфу-тьфу-тьфу, конечно), то все, на кого вы рассчитываете как на себя, все эти друзья детства и пр., разбегутся в тот же день. Но помогать вам однако − будут. Люди, которых вы сейчас вообще не замечаете и от которых этого меньше всего ждёте. Одному моему сокамернику, к примеру, руководителю школы единоборств, ученик один стал помогать, которого он раньше вообще не замечал, и т. п. И так − у всех. Практически. Почему это происходит − бог весть. Но − происходит.