Цитаты в теме «мир», стр. 445
А мне не хватает всего лишь сотни оттенков лета,
И неба в полосочку радуг, ветвей и света,
Но в мире остались привычно всего два цвета
Дождя за моим окном и рвущего листья ветра,
Пронизывающих души и время вновь
И мне не хватает тепла камина в твоей прихожей,
И сочных доспелых фруктов, на сказочные похожих,
Еще, как арбузный запах и вкус остаются на коже
И отнимают способности думать и спать, но все же
Останется мысль, что это была любовь
Еще не хватает громкого шепота «милых» старушек у дома
И трепетной лжи всем на свете, что мы лишь едва знакомы,
И жара в спину нагретого солнцем за день бетона
У маленького причала, где в волнах все звуки тонут,
От непонимания истины, что не судьба
И мне не хватает очень улыбок про между прочим,
И если помедленней время совсем ни за что не хочет,
А может быть просто надо бы сердце заклеить скотчем
И вот еще я же ведь буду мстить тебе за все ночи,
Сплетенные в многоточия без тебя.
"Мир чудес"
1) Детям и в самом деле доставляет удовольствие причинять боль.
2) Образование — превосходная защита от жизненного опыта.
3) Людей всегда очаровывают хитроумные механизмы, которые создают иллюзию жизни.
4) Ни одно действие не пропадает втуне — всё, что мы делаем, приносит какой-то результат.
5) Представление, что всем якобы нужно только новое, — это заблуждение интеллектуалов.
6) Великодушие легко приходит к богатым и сильным.
7) Скука — благодатная почва для ненависти и всевозможных безобразий.
8) Все матери считают, что из их детей по вырастают клены, но сорняки на этой земле никогда не переводились.
9) Молодость может быть ужасающе жестока к любви, которая ей не по нутру.
10) Те, кто думает о постели лишь в свете сна или занятий сексом, просто не понимают, что постель — лучшее место для философских дискуссий, споров и, если нужно, для откровений.
11) Жизнь — это последовательность чьих-то решительных вмешательств.
Улыбнись, я знаю — ты можешь свести с ума,
Осушить океаны, моря и прочие жилы.
Я пришла к тебе с миром, ночью, пришла сама,
Чтобы лед растопить и понять, что мы еще живы.
Улыбнись, я знаю — с тобой обрету покой,
Успокоюсь духом, но снова взбунтуюсь всем телом.
А ты ночью нежно укроешь меня рукой
И включишь футбол по телику между делом.
Улыбнись, мне нравится цвет твоих карих глаз
И вкус терпкого кофе, который ты варишь мне утром.
Ты способен свести с ума всего парой фраз
И совсем не нужно владеть техникой Камасутры.
Ты на взрыве эмоций, на грани контакта миров,
Что твое разделили когда-то единое его.
Ты не просишь пощады и сброса постылых оков,
Состояние, равное смерти, безумию века.
Ты распластан, раздавлен, но все еще хочется жить,
У тебя девять жизней в запасе, начнем, может, с пятой?
Это жизнь — Хиросима, в которой не страшно любить,
И мешать черный чай с ненавистной мне некогда мятой.
Это жизнь — не начало, а, кажется, снова конец
Недосказанных фраз, что опять помутили рассудок,
Ты сидишь, как взъерошенный северным ветром птенец
Ожидая не мать, а лишь ту, что наполнит желудок.
Это жизнь — Хиросима, и некуда спрятаться от
Колебаний природы, пластов тектонических плит.
Не поможет тебе ни инъекция, ни антидот,
Ты раздавлен, задушен и, кажется, просто убит.
А мы с тобой счастливые и пьяные
Сбежим на остров нашей светлой радости
В рассветы несравненные багряные,
К морям великолепной дивной младости.
Под солнце на пески седого времени,
Туда, где горы в дымке вековечные.
Освободимся от печали-бремени,
Мы юные, задорные, беспечные.
Мы страстные, смешные, бесподобные.
Найди таких улыбчивых, мечтающих.
Мы близнецы, мы е-ди-но-ут-роб-ны-е
Меж эту жизнь угрюмо проживающих.
Мы к тайнам необычным причащённые,
Отвергнувшие глупость безотрадности,
Наполним души наши восхищённые
Полынным ароматом звездопадности.
Мы наплюём с тобою на условности,
Нам нечего скрывать, стесняться нечего.
В нас не было и нет греха и злобности,
И прочего худого человечьего.
Нагие мы пред этим миром вздыбленным,
Купелью моря напрочь просолённые.
Чисты мы в чувстве истинном незыблемом,
Крылатые, красивые, влюблённые!
Пророк
Человек или Бог?
Дьявол я, или пророк?
Гений темных предсказаний,
Эхо вещих снов.
Вниз лицом на земле
Я лежал бы сотни лет,
Скован ненавистью к небу,
К самому себе.
Время войн, катастроф,
Я читал по картам снов
И на грязных площадях
Я взывал к толпе.
Но пророк для людей
И колдун, и лицедей.
В их глазах я видел страх-
Страх душой прозреть.
Я один... Навсегда.
Так жесток небесный дар
Было незачем рождаться
В грозовой ночи.
Знать бы мне лишь одно:
В мире ослепленных тьмой
Может солнцем показаться
Пламя от свечи.
Небо и земля созданы не нами,
Жизней прожитых нам не изменить.
Завтра и вчера связаны веками,
Как начертано, так тому и быть.
Дай родиться вновь не из огня.
Дай родиться из воды и света.
Жить, не зная боли и проклятий
И не зная завтрашнего дня.
Жить, не ведая иных миров.
Жить, и не просить у них ответа.
Я безумен, отпусти меня.
Дай же мне родиться, боже, вновь!
Я не стану тебя искать — ведь таких посылает Бог
В час потери надежд, когда нет ни веры в себя, ни сил,
И до боли сдавила грудь паутина сплошных тревог.
Улыбаешься:"Я судьбу о такой же, как ты, просил!»
И неведомо почему мутно-серый туман вокруг
Превращается в яркий мир, просыпается гомон птиц,
Легкий запах цветов Роса, рассыпаясь на чистый луг,
Пахнет ладаном — и душа изумленно склонится ниц,
Приобщенная к чудесам
Я не стану тебя делить. Если мой — то уже ничей.
Весь. До клеточки. Навсегда — не на краткий случайный час.
Обнимать по утрам, потом засыпать на твоем плече;
Знать, что время течет для нас, знать, что ветер поет про нас —
Только так! Ты пойми, что нам не суметь по-другому Да:
Я тебе разрешаю все. Если хочешь убить — убей:
Вязким ядом безумных слов, взглядом с сотней оттенков льда
Я потом оживу во сне и тихонько прижмусь к тебе —
Молча гладить по волосам
Я не стану тебя любить,
Если буду «сто первой из».
Что можно сделать из колючей проволоки?
Помимо входа для своих дверей?
Венец терновый тем, кто в самоволке
Явит спасенье скопищу зверей.
Что можно сделать из ботинок модных,
Когда их посетил соседский кот?
Помимо убиения животных
Ботинок этот вряд ли подойдет
Для цели восхитительной и нежной
К примеру, для швыряния в окно
К особе заводной и безмятежной,
Что с гадом молодым пошла в кино,
Что где-то там целуется красиво
С каким-то парнем в джинсах дорогих,
А ты стоишь сиреневый, как слива
От холода в дождинах проливных
И думаешь: что можно сделать миру
В отместку за отверженность свою?
Убить ее кота? Поджечь квартиру?
И алой кровью написать «ЛЮБЛЮ!»
На всех машинах, прямо на капоте
Но вот ты снова утром на работе,
И ощущая от любви осколки,
Ты спрашиваешь, веря в оптимизм:
Что можно сделать из колючей проволоки,
Когда она намотана на жизнь?
ОтраженияНепонятный холод пробежит по коже
В чём-то ведь, как братья, мы с тобой похожи.
Те же жизни линии, те ж на сердце раны,
Те же буквы в имени, той же ложью пьяны
Видим те же улицы, носим те же маски
И живём одной мечтой, но не верим в сказки.
И неясно, живём зачем в этом мире, где нет ничего.
И скажи мне, зачем тогда сами мы создали его?
Но ответ на тот вопрос не найдём ни ты, ни я
Никаких обид и слёз, между нами линия
Не дано найти никак то, чего хотели,
Это вызывает страх, мы — лишь параллели
По спирали жизни вверх или же по кругу
Ходим, но, увы, никак не найдём друг друга
Ведь на всё у нас с тобой есть иные мнения,
Нам не обрести покой: мы — лишь отражения.
А при нём ты конечно выключишь злость и спесь.
И вот он, красивый, твой — абсолютно весь,
Включает Pink Floyd и держит тебя за плечи.
Смотришь в него, а он отражает мир.
В нём Вагнер и Бах играют, живёт Шекспир.
В нём воплощается Гамлет, Ромео, Лир.
Нет в этом свете прекраснее его речи.
А ты рядом с ним, являешь собою ртуть.
Боишься вдохнуть — вот только бы не спугнуть.
Стоишь, будто бы по пояс в самом бетоне.
Ты ощущаешь все силы его стихий,
«Не убий» — говоришь себе. «Милая, не убий.»
В нём же такое счастье, такая синь.
А ты это чудо держишь в своей ладони.
Кошка
Бог охотницу создал для ловли, -
Я ведь, мальчик, из хищной породы.
Я сижу над твоим изголовьем,
Нелюбимое чудо природы.
Щелкой глаза, прикрытой для мира,
Я смотрю на твои сновидения,
Сквозь глухое биение пунктира
Чую мысли твои и сомненья.
Как ты жалок, как я совершенна,
И скажу - entre nous, - что могла бы
Для тебя... Но, признать откровенно,
Все тебе это, как бы, до лампы.
Утром грубо прогонишь с подушки -
Люди вовсе забыли про совесть.
Я задумчиво мою за ушком, -
Ты меня не умеешь готовить.
Один — это не одиночество.
Одиночество раздевает дочиста
Не тело, сытое или голодное,
А душу уже далеко не свободную,
Друзьями истерзанную, врагами побитую,
Но, до конца, пока не добитую.
Душа ещё рвётся и, даже, кричит,
Но ум утомлённый лишь тупо молчит.
Как будто злого духа пророчество.
Но это начало лишь одиночества.
А дальше страшнее, а дальше всё злей,
Хотя продолжаешь ты жить средь людей.
Общаешься, меришь шаги по квартире,
Но это в другом, потерянном мире.
Кругом пустота, кругом чернота.
И каждая мысль почему-то не та.
Нет жалости, злобы. Зачем? — всё одно,
Закрытое мутным туманом окно.
Но умирать, почему-то, не хочется.
Когти сжимает свои одиночество.
И не понять то ли день, то ли ночь.
И никому уж тебе не помочь.
Забыт старый дом, позабыто отчество.
Самая страшная казнь — Одиночество.
Есть души заблудшие, есть уставшие,
В трясину житейского моря попавшие.
Есть души замёрзшие у порога,
Так не узнав что такое дорога.
Им трудно, пустынно и слёзы их душат.
Но слёзы не греют замёрзшие души.
И рядом с такою замерзшей душой
Ты редко найдёшь тишину и покой.
Зачем, почему!? Их судьба «наградила»
Такими быть вечно, до самой могилы.
Помочь бы, вмешаться в холодный тот мир.
Кострище разжечь, и устроить с ней пир.
Пир яркий, красивый из чувств и идей.
Узнала б душа про всю прелесть людей.
Людей озарённых таинственным светом,
Встречающих каждое утро приветом.
Обнять, обогреть и в глаза заглянуть.
И тихо войти в ту замёрзшую грудь.
И если чист тот яркий костёр,
Оттает душа и взлетит на простор.
Дай мне руку, просто помолчим!
О любви не говорят словами,
Есть на это тысячи причин,
Ты почувствуй это между нами!
Ты почувствуй, нужно пережить!
Мы с тобой едины и подобны,
Этим чувством нужно дорожить,
И при этом быть еще свободным!
Мы с тобой — Союз двух вечных душ,
Мы пришли сюда за этой тайной!
На Земле, где много слез и нужд,
Встретились с тобой мы не случайно!
Нам любовь поможет осознать —
Вдохновение, творчество и силу.
Все на свете сможем мы принять,
Даже неизбежную могилу!
Принимаю мир сейчас и здесь —
С грозами, ветрами и снегами!
Хорошо, что ты на свете есть,
Ты почувствуй это между нами!
Был, вроде, март. И, кажется, шёл снег.
Они сидели на полу в прихожей.
И человека слушал человек —
Случайно встреченный на улице прохожий.
Стемнело уж, им был не нужен свет —
Слова в потёмках сыпать, как песчинки.
И рядом горкой фантики конфет,
Ведь шоколад, как правда, чуть с горчинкой.
А разговоры — как не долог век,
Как времени дано на счастье мало,
Как человека помнит человек,
Хотя пора забыть инициалы
До самого утра — душа к душе,
Глаза в глаза, две крепко сжав ладони.
Они ютились в псевдо-шалаше,
Пустых обид на этот мир не помня.
И каждый тайный был открыт отсек.
Но об одном не сказано ни слова —
Как человека любит человек,
Как в эту ночь они влюбились. Снова.
Ты кому-то не нравишься? Пофиг. Выдался плохой день? Пофиг. Не удалось получить работу, которую ты хочешь, или должность, или повышение? Пофиг. Поссорился со своей девушкой/парнем? Пофиг. Чувствуешь себя сегодня слишком толстым? Пофиг. Потерял контроль над всем и всеми? Пофиг. То, что кажется таким важным сегодня, может завтра не иметь никакого значения. Что по-настоящему важно, так это то, что ты жив и у тебя есть потенциал делать все, что угодно с этим прекрасным, сумасшедшим стечением обстоятельств, которое привело к твоему существованию в этом мире. Просто подними средний палец в воздух и подумай: «Черт, да все отлично!»
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Мир» — 9 702 шт.
