Цитаты в теме «мир», стр. 482
Теоден что-то крикнул своему коню, и он с места рванулся вперед. Позади билось на ветру знамя Рохана — белый конь мчался по зеленому полю. За ним лавиной двинулся передовой отряд. Но король Рохана летел впереди всех, его никто не мог догнать. Словно древнее божество, словно сам Великий Оромэ в битве Валар на заре мира, неудержимо мчался король Рохана. Он поднял щит, сверкнувший золотом в первых лучах солнца; трава под копытами его коня вспыхнула изумрудным ковром, потому что настало утро! Ветер с далекого Моря и солнце взяли верх, тьма отступила, полчища Мордора дрогнули в ужасе перед лавиной Всадников, катящейся на них, и побежали! А Всадники Рохана пели боевую песнь, пели и убивали врагов. И эта песнь, прекрасная и грозная, была слышна за стенами Минас-Тирита.
Но если кто в смирении своем понимает, какая всему этому цена, кто видит, как прилежно всякий благополучный мещанин подстригает свой садик под рай и как терпеливо даже несчастливец, сгибаясь под бременем, плетется своим путем и все одинаково жаждут хоть на минуту дольше видеть свет нашего солнца, — кто все это понимает, тот молчит и строит свой мир в самом себе и счастлив уже тем, что он человек. И еще тем, что, при всей своей беспомощности, в душе он хранит сладостное чувство свободы и сознание, что может вырваться из этой темницы, когда пожелает.
Мы уделяем снам слишком большое внимание. Вещий сон. Дурной сон. Сон в руку. «Дорожная карта» сновидений. Путешествия в мире грез. Проникновение в иные реальности. Астрал, ментал, эфир За всем этим фейерверком кроется страх – банальный, скучный, как вид из окна на стройплощадку. Когда мы в сознании, когда бодрствуем – мы ясно чувствуем, как привычки, стандарты и нормы огораживают нас защитным кругом. А во сне? Во сне к нам могут подкрасться, и мы не услышим. Во сне нас обидят, а мы не успеем защититься. Беззащитность сна, уязвимость сна; доверчивость, которая расшатывает опоры настороженности. Давайте увешаем ее медалями и орденами, нарядим в загадочный костюм, наденем маску с длинными носом и ушами, похожими на нетопырей; придадим страху оригинальности, добавим тайны, как перчику в суп Сон любят сравнивать со смертью. Еще один слой шелухи.
Некоторые страницы я выучила на память, просто потому, что постоянно их перечитывала. Даже выписала себе некоторые пассажи из книги и повесила их над кроватью. Да, этот крутой тип действительно рубил фишку! Если бы все люди придерживались тех принципов, о которых писал Фромм, то жизнь снова стала бы осмысленной Только всё-таки сложно жить по его правилам, потому что не все их знают. Я бы с удовольствием поболтала бы с Фроммом о том, как ему удавалась жить в этом мире по своим темам Во всяком случае, действительность такова, что и с его теорией не всегда выходишь победителем.
В любом случае, эта книга должна быть главным школьным учебником – так я думала.
Завтра её выкинут с работы, хорошо ещё, если спасибо скажут. А она спокойна. Это даже не воспитание чувств. Это принятие будущего с верой в свои силы. Откуда эта вера? Она не бежит от реальности, она ею неужели управляет? Сохраняет себя в неприкосновенности, невзирая ни на какую реальность. Как было бы интересно заглянуть в её мир. Любопытно, это от веры в себя она излучает столько тепла? Мэтью удивился этому внезапному извиву своей мысли. При чём здесь её тепло? Он изучает необычного человека, что вдвойне интересно, потому что сначала человек показался не только заурядным, но и не слишком-то симпатичным, обычная русская баба. Но когда прошел её шок, проявились душа, а теперь – что особенно приятно – и дух. Обнаружить в человеке дух — это всегда в радость, есть, что изучать. Но сам процесс-то изучения привычен, его путь проходит по давно знакомым вехам. При чем вдруг тепло? Откуда эта развилка? Это чувственное понятие, к познанию не относящееся.
это мир полный скитальцев с рюкзаками. Бродяг Дхармы, отказывающихся подписаться под общим требованием потреблять продукцию, а значит — и работать ради привилегии потреблять все это дерьмо, которое им все равно ни к чему: холодильники, телевизоры, машины, ну, по крайней мере, новые и модные, масло для волос, дезодоранты и прочее барахло, которое в конце-концов неделю спустя все равно окажется на помойке, все они — узники потогонной системы, производства, потребления, работы, производства, потребления, у меня перед глазами видение великой рюкзачной революции..
С годами чувства притупляются. Тускнеет не яркость мира — короста, наросшая на человеке, не пропускает свет в должной мере. Глохнут звуки. Музыка превращается в невнятный шум. Запахи утрачивают резкость. Ландыши не напоминают о весне. Любовь? — привычка. Ненависть? — брюзжание. Нас готовят к уходу — туда, где не место страстям. Слава старикам и старухам, сохранившим свежесть восприятия! Слава седым непоседам и лысым завсегдатаям театров! Низкий поклон морщинистым ведьмам, чей глаз остер и слух чуток! Иногда кажется, что им просто повезло. В другой раз думаешь: в чем их секрет? А всего-то и надо, что признать: не мир, но я. Не любимый в юности поэт утратил мощь таланта – я остыла к его строкам. Не пейзаж лишился былого очарования – я смотрю на него, близоруко щурясь. Стоит только признать, признаться, взять вину на собственные плечи – и мир вновь засияет.
Великий Космос, как же это трудно!
Куда легче согласиться, что в наше время деревья росли до небес
— Но где ваш Бог, если он еще жив?<..> Почему он молчит? В начале мира Бог ходил по саду и разговаривал с Адамом и Евой. Потом он стал понемногу отдаляться, и уже Моисей слышал только его голос. Позже, во времена Даниила, он состарился — его называли Ветхими Днями. А где он теперь? Жив ли еще, только немыслимо стар, немощен и безумен, не способен ни мыслить, ни действовать, ни говорить, ни даже умереть — пустая скорлупа, внутри которой все давно сгнило? И если так оно и есть на самом деле, разве не будет высшим благодеянием, истинным доказательством нашей любви к Богу найти его и преподнести ему в дар смерть?
"Бесприютное сердце" на неё не действовало; фальшь она отличала безошибочно. Ей казалось, что быть абсолютно одиноким очень неплохо. Как-то, ведя машину, я заговорил о том, что у меня нет близких друзей, и прибег к своей любимой метафоре - стеклянная перегородка между мной и миром, - но она расхохоталась.
******
- Тебе это нравится, - сказала она. -
Ты, парень, жалуешься на одиночество,
А в глубине души считаешь себя лучше всех. -
Я злобно молчал, и она, помедлив дольше,
Чем нужно, выговорила: -
Ты и есть лучше всех!...
Юной приятельнице в альбом
Дитя в кругу веселья, шуток, ласки —
Так мир, мой друг, в игре тебе предстал.
Но отразил в себе лишь эти краски
Твоей души сверкающий кристалл:
Мир — не таков. Улыбки, обожание —
Твоей души чистейшие стяжания,
Чудес, тобой свершённых, тьму,
Ту прелесть, что сама даришь ты свету,
Ты жизни всё приписываешь это —
Людскому сердцу и уму.
Чар юности извечно скрытой тайной,
И талисманом чистоты бескрайной
Ты — знаю — здесь не равна никому.
Твой светлый путь, считая милым взглядом
Вокруг тебя расцветшие цветы,
И души тех, кто быть с тобою рядом
За счастье счёл, — приходишь ты.
Будь счастлива ласкающим обманом,
Полету снов по этим дивным странам
Конца в печальном утре не узнай.
Как те цветы, что на грядах зелёных,
Так эти — лишь для взглядов отдалённых.
Смотри на них, но их ты не срывай.
Им быть дано отрадой только глазу:
У ног твоих они увянут сразу;
Вблизи тебя —
Для них могилы край.
Я люблю в тебе всё - каждый вздох твой, до капельки нежный...
И тепло твоих рук, и сияние искренних глаз
Ты любовью своей отогрел во мне счастья надежду
Знаешь, холодно как без тебя мне бывает подчас.
Сердце, словно зайчонок, дрожит, о тебе вспоминая
Губы шепчут «Люблю!», умоляя услышать вдали
Я весь мир обошла бы всю Землю от края до края,
Лишь бы там, на краю, мы найти бы друг друга смогли.
Я люблю в тебе всё, каждой клеточкой чувствую ласку
Я могу быть с тобой самой нежной и самой родной
Закрываем глаза и летим в невесомую сказку
- Я люблю!... - Я люблю!... Вот и всё, я твоя, а ты мой.
И когда с головой накрывает боль, и от этой боли мутится свет,
И когда я думаю, что король непременно голый (хотя он нет)
И когда цветы все залиты тьмой или кровью, и все одно,
Мир становится темный и неживой (и земля, и небо — в нем все темно)
То какой-то свет изнутри горит и отчасти радость внутри жива,
Потому что голос дает мне ритм, силу или слова,
И когда мне город забьет в набат, заставляя проснуться, начать дышать,
Тихо, тихо расплачется от утрат перепуганная душа
И хотя с головой накрывает боль, только это и дарит свет:
Этот голос, в котором наждак, люголь, мед и вереск и да, ответ
На мои вопросы, сомненья, сны этот голос четко звучит во тьме —
Я иду на голос. иду на свет. даже если он снится мне.
Она не любит тебя, больше тебя не любит
Самое странное, что мир
Не заканчивается вслед за этим
Вы по-прежнему даже можете жить поблизости,
Говорить: приходи, отметим?
Звонить и греть их —
Чуть замерзшие пальцы
Как-будто с налетом извести.
Самое странное, что она
Не становится злее, хуже —
Даже часто становится лучше: стройнее, глаже
Думаешь: что она делает с этим мужем?
Думаешь: как мы устроились в этой луже?
Плюешь, выпиваешь крепкого или даже
Самое странное, что ни кокс, ни трава не лечат,
Становится только острее внутри и резче
Думаешь: вот убить ее, искалечить,
Нежно губами в волосы, руки, плечи,
Господи, ну она лучшая ведь из женщин,
пусть же и ей достанется самый лучший?
Голос
Я вам принес благую весть,
Мечты былых веков:
Что в мире много истин есть,
Как много дум и слов.
Противоречий сладких сеть
Связует странно всех:
Равно и жить и умереть,
Равны Любовь и Грех.
От дней земли стремись в эфир,
Следи за веком век:
О, как ничтожен будет мир,
Как жалок человек!
Но, вздрогнув, как от страшных снов,
Пойми — все тайны в нас!
Где думы нет — там нет веков,
Там только свет — где глаз.
Стихий бессильна похвальба,
То — мрак души земной.
К победе близится борьба, —
Дышу, дышу весной!
И что в былом свершилось раз,
Тому забвенья нет.
Пойми — весь мир, все тайны в нас,
В нас Сумрак и Рассвет.
Я сбываю мечты по довольно умеренным ценам –
За душевность улыбок и радостный блеск ваших глаз.
И всем сердцем за то, чтобы люди не строили стены
Из отточено колких в своём равнодушии фраз.
Я стираю, как пыль безразличие, злобу и зависть,
Счастья хрупкий росток защищаю от яростных гроз
В моих силах не всё, но, поверьте, я честно стараюсь,
Что бы в мире большом стало меньше прощаний и слёз.
Я совсем не волшебница просто душою поэта
Я пишу о любви и о том, что волнует меня
Может быть, мне удастся добавить немножечко цвета
В монотонность палитры обычного серого дня.
Все говорят: поэзия увяла,
Увял венок ее небесного чела,
И отблеск райских зорь —
Тот отблеск идеала,
Которым песнь ее когда-то чаровала, —
В ее очах сменили грусть и мгла.
Не увлекают нас в
Волшебный мир мечты,
В них горечь тайных слез
И стон душевной муки:
В них жизнь вседневная,
Жизнь пошлости и скуки,
Без ореола красоты.
- Нет, не бессильны мы,
И нас неотразимо
Порой зовет она, святая красота,
И сердце бьется в нас,
Любовью к ней томимо,
Но мы, печальные,
Проходим строго мимо, не разомкнув уста.
Берегитесь исключительной и безрассудной привязанности к другому; она вовсе не является, как это часто кажется, примером абсолютной любви. Такая замкнутая на себе и питающаяся собою любовь, не нуждающаяся в других и ничего им не дающая, обречена на саморазрушение. Любовь - это не просто страсть, вспыхивающая между двумя людьми. Влюбленность бесконечно далека от подлинной любви. Любовь - это, скорее, форма существования: не столько влечение, сколько самоотдача, отношение не столько к одному человеку, сколько к миру в целом.
Глаза людей бездонные колодцы В них Тайна, Жизнь, Любовь и Красота.Как в зеркале, видны в них все уродстваИ душ бессмертных боль и наготаСчастливые глаза искрятся светом.Они красивы внутренним теплом,Они наполнены Весной и Летом,Не видно в них печали о былом.Глаза, познавшие утраты в жизни,Полны тоски, хоть и смеются иногда!Они нуждаются в поддержке ближних,Но боль в морщинках это навсегда!Глаза детей особенное ЧУДО!В них Искренность, Доверие живут.Они сверкают ярче изумрудов!И в мир Открытий за собой зовут.Боюсь я глаз пустых и равнодушных,Они тусклы и жизнь угасла в них.Нет искры в их зрачках бездушных,И не обрадует их Песня или Стих Глаза людей бездонные колодцы В них Тайна, Жизнь, Любовь и Красота.Как в зеркале, видны в них все уродстваИ душ бессмертных боль и нагота
Женщина любит слова —
Теплые, нежные, вечные.
Женщина в чувствах права
Тайно надеясь на встречные.
Женщина любит глаза —
Ясные, верные, страстные,
Чистые, как образа,
Близкие даже опасные.
Женщина любит дела,
Те, что зовутся поступками,
Чтоб закусив губки,
Не побираться уступками.
И безответно, порой,
Без ожиданий несбывшихся.
Он для нее, как герой
Тайн, для нее лишь открывшихся.
Женщина любит душой,
Чувствами светлыми, ясными,
С этой любовью большой,
Мир наш добрее, прекраснее.
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Мир» — 9 702 шт.
