Цитаты в теме «мороз», стр. 14
Ноябрь – печальное творение природы,
Преддверие наступающей зимы.
Ноябрь, ненастье, слякоть, тучи,
Унылая, промозглая пора.
Срывает лист последний ветер жгучий
И покружив, уносит со двора.
Случайный солнца луч мелькнёт на небосводе,
Своим теплом, не согревая стылость дня.
Привет прощальный отдавая увядающей природе,
Пред наступающей зимою голову склоня.
Ненастье, слякоть, первые морозы -
Всё это ипостаси ноября.
И затянувшихся дождей косые слёзы,
И ночь становится значительно длиннее дня.
Поют зимою снегири,
Раскачиваясь на ветвях рябины,
И загорелись словно фонари
Их грудок, алые рубины.
Лютует яростный мороз,
Рисуя на окне свои картины,
И проступают на простуженном стекле
Заиндевевшие полотна паутины.
Застыли в зимнем хрустале
Осколки маленьких снежинок,
И в этой белоснежной кутерьме
Горят, как капли крови, ягоды рябины.
Пируют беззаботно снегири,
Плодов, роняя красных слёзы,
И знают эти птицы, что уйдут
Порой весенней, стылые морозы.
Расселись, как по нотам, снегири,
Покачиваются веточки рябины,
И трелей этих зимних перелив,
Напоминает песни о России.
Пока они пьют, веселятся, грызут других, я вроде бы отключаюсь — перезагрузка, и хочется написать тебе спьяну стих, отправить его, на английском или на русском в какой-нибудь очень ломаной смс, пришедшей тебе частями в четыре ночи, и фотку бутылки рома прислать в довесок — мол, сам понимаешь, чего ты от пьяных хочешь
Срываются, суки, и портят здоровым жизнь, влезают без мыла в память и ворошат, пока они пьют я стараюсь себя заткнуть, порвать этот бред на сотню недостишат.
Но видишь — без смысла. Слова все бегут, бегут, какие-то догонялки по форме бреда. (Но радуйся, что вот так — что сижу и лгу, а то ведь возьму ветровку, сорвусь, приеду)
Хотя от последней встречи такой мороз, что хочется попросить — довези в дурдом, а? Вот я научилась пить, очень много пить. А хули, скажи мне, толку с пол-литра рома? Хотелось не так — в душу бережно не плюют. Но если уж вышло — то не обмани с концовкой.
Пока они пьют я сижу и тобой блюю. Без всяких растворов малиновой марганцовки.
Зимняя книга
Выше высоких крыш,
Выше самых высоких деревьев
Нас уносила пурга,
Обнимая седым покрывалом.
Утром ударил мороз,
И упали кристаллы снежинок,
Как мириады алмазов,
Сияя под утренним солнцем.
Мы остались стоять на холме,
Вознося восхваления зиме.
За ночь для нас на холме
Вырос замок прекрасней кристалла
Серого раух-топаза,
Ограненного Древним народом.
Вот наше гордое племя
Стоит у подножия замка
И смотрит, впервые
За тысячелетия вместе,
Не желая оставить следа
На блестящей поверхности льда.
Мальчик из замка принес
Долгожданную Зимнюю книгу,
На первой странице открыл,
Молча нашему подал отцу.
Там мы прочли обо всем,
Что искали в различных пространствах,
Нашли же у самого дома,
В сверкающих этих холмах.
И птица, раскинув крыла,
Над нами на юг пронеслась.
Уже прощаться, видимо, пора,
Труба зовёт, и скатертью дорога
И двое — обнялись среди двора,
Едва сойдя с родимого порога.
Сцепили руки вкруг горячих тел,
В груди — огонь, зато — мороз по коже.
А двор, что по - октябрьски поредел,
Не укрывает их от глаз прохожих.
Шуршит вокруг опавшая листва,
Дробят асфальт калёные набойки
Но что им чьи-то взгляды, и молва,
И запах застоявшейся помойки,
И маятники тоненьких ветвей
Берёзы, отмеряющих минуты
И вихрь — беду верёвочкой завей —
Заплёл на их ногах тугие путы.
Не проникают запах, цвет и звук
В мирок нерасторжимого объятья.
Не расцепить замок застывших рук
Роденовской скульптуры с юной статью
И видит ясно автор этих строк,
От ветра укрываясь за стеною:
Неумолимый времени поток
Влюблённых обтекает стороною.
На Соловках, или в штрафбате,
Среди бандитов и воров,
Вшей, карт, параши, в крике, мате,
Где за стеной мороз здоров,
Где о святом не знали речи,
Где будто в бездну был провал, —
Лежал на нарах человече
И молча к Господу взывал.
Быть может, на шажок от смерти
Творил молитву он свою,
Но с той молитвою, поверьте,
Он словно в сладком был Раю.
Он знал: лишь к Богу прилепляясь,
Возможно жизни смысл найти
В молитве — будущего завязь
И Вечности живой пути.
Ты кажешься разбит, оставлен?
Сожми персты свои в щепоть:
Пусть ты до атома раздавлен,
Но в каждом атоме — Господь.
Я из черного теста,
Из пепла войны,
И стихи мои,
Как погорельцы, грустны.
Лишь закрою глаза,
И опять я – малец,
В неокрепшее темечко
Метит свинец.
И несет почтальон
На потертом ремне
Безотцовщину черную
Брату и мне.
******************
Никогда не забуду,
Как во время войны
Из картошки из мерзлой
Мать пекла деруны.
Деруны на олифе
И сластят, и горчат,
*******************
Но и этому рады
Я и старший мой брат.
Мы сидим в одеялах,
За окошком мороз.
Письмоносец соседке
«Смертью храбрых...» – принес.
И она прибежала к нам –
Белее стены.
Мать ее утешает...
И горят деруны.
*******************
Война прошла, прошла война,
Но барабанным перепонкам
Казалась странной тишина,
Обманчивой, чрезмерно полной.
На кровью политых полях
Уже пшеницу убирали,
Но все еще в госпиталях
Солдаты наши умирали.
Новогодний Ёж. Лесная сказка
Какой у снега странный, вкусный запах!
И цвет прозрачно — светел и хорош!
Неловкий на своих коротких лапах,
В сугробы длинным носом тыкал Ёж.
И слизывал снежинки осторожно
На мордочке — живейший интерес:
Покрыт безвкусной массою творожной,
Красив и непривычен зимний лес!
Безмолвен. Все попрятались зверушки,
И, видно, надвигается метель.
Сосульками покрылись нос и брюшко,
Скорее в нору, в тёплую постель!
Но долог и нелёгок путь обратно,
Передохнул минуту на ходу.
Как глазки закрываются приятно!
«Я не усну. Я встану. Я дойду»
Метель, оставив снежные заносы,
Ушла. А из сугроба, чуть дрожа
Виднелся только чёрный кончик носа
Замёрзшего, усталого Ежа.
Он крепко спал. Вокруг — покой и нега,
Цветные сны кружили не спеша,
И тихо улетала из-под снега
Колючая ежиная душа
Открыл глаза: а, может, это снится -
Над лесом, возвышаясь в полный рост
Его на тёплой держит рукавице
Лукаво улыбаясь, Дед Мороз.
Столько всего нам хотелось бы объяснить перед годом грядущим, новым. Да только важно,
что зима потихоньку скручивает нить прочных связей. И эта нить существует в каждом,
кто способен хоть что-то чувствовать, знать и греть вдох глубинный, сохраняющий чье-то имя.
Видишь, первый мороз до уверенности окреп: в этом холоде зимнем время, как мудрый схимник,
отсекающий все ненужное, чтоб внутри эта нить в нас сильней держала еще кого-то
нам родного и чтобы голос нам говорил: "Ты нашел, ты обрел единственно верный остров".
Нам все кажется: нужно многое объяснить... Но без слов понимает тот, кто тебе отпущен.
Мы рождаем тепло, и тепло происходит с Ним. И тогда он нас благословляет на год грядущий.
Трудно быть богом и направлять корабли,
Галс выбирая, да так, чтобы точно, а гавань.
Встав на обочине пыльных дорог судьбы
Трудно устроить пикник среди разнотравий.
Трудно быть богом и осень сменять зимой,
А на весну рассаживать ландышей россыпь,
Чтобы потом их своей всемогущей рукой
Отогревать от снегов и крещенских морозов.
Трудно быть богом, труднее самим собой,
В море житейских страстей уметь оставаться,
Чтобы вести корабли свои твердой рукой
К гавани тихой, и в ней же пришвартоваться.
Трудно прожить, никогда не жалея о том,
Что среди сотен предложенных богом маршрутов,
Ты выбрал верный, оставив сомнения в том,
Что был рожден ради этой счастливой минуты.
За окошком завывает вьюга,
Замела метель знакомые тропинки,
И поддерживают ёлочки друг друга,
И дрожат от холода рябинки.
В ожидание праздничного чуда
Город утонул в гирляндах ярких.
В горки превратились снега груды,
Приготовлены сюрпризы и подарки.
Как некстати вьюга расшалилась.
Зря пустилась непогодь в разнос:
Время к полночи упрямо покатилось,
В дверь стучится Дедушка Мороз!
Ночь волшебная,раз в год-живая сказка,
Свечи, музыка, шампанское и смех!
Милый Дед Мороз, сними-ка маску,
Счастья хватит у тебя на всех?
Обещай, что стихнет непогода,
Что исполнятся заветные мечты.
Будем ждать очередного года,
Как предскажешь нам сегодня ты.
Сидят бабульки, предлагают семечки,
С надеждой смотрят проходящему в глаза...
Ах, время, время! Вот настало времечко,
Кто б раньше про такое рассказал...
Не потому сидят, что делать нечего,
Не оттого, что скучно по домам,
У них-то дел всегда - с утра до вечера,
Как у обычных русских бабушек и мам.
А только " как же сидеть-то, милые",
Когда на пенсию, что в месяц раз вручат,
Таблеток купят (по здоровью хилому) ,
А на гостинцы для своих внучат?
А на обувку (уж не с импортными бирками),
А за квартиру, а еще - за свет?
Уж не до мяса, не до сыра с дырками,
На фрукты и подавно денег нет.
Вот и бредут с утра, как на работу,
Скдадные стульчики с собою прихватив,
Благодаря "хозяев" за заботу,
Что от крыльца не прогоняют их.
Сидят в мороз, в жару и в дождь, бывает,
Хоть нелегко им это по годам.
Они молчат, лишь взглядом зазывают:
"Купите семечки, недорого отдам"
Морозом воздух накрахмален,
Снежок сверкает и скрипит,
И в тишине уютных спален
Твой город спит.
Погасли разом фейерверки,
Сползла под ноги мишура,
И в мойках сложены тарелки
Ждать до утра.
Так сладко пахнут мандарины,
И хвойный запах долго свеж,
А сны, пусть даже без причины,
Полны надежд.
Чуть слышно скрипнула фрамуга,
Мелькнула в варежке рука,
И то ли сказка, то ли вьюга –
Вздох ветерка.
Качнутся шарики на нитках,
Дождь на иголках зашуршит,
Отпела ночь на звёздных скрипках,
И вот, молчит.
Снег, как страничка без помарок,
И первой пишется строкой –
Спи, моя сказка мой Подарок!
Я здесь. С тобой.
В этом мире без красок и радости,
Где развеяно прошлое в дым,
Я поставлен, наверно, до старости
Ждать любви твоей часовым...
Будет снег опускаться на волосы,
Чтобы выбелить смоль сединой
Я тоскую по светлому голосу,
Я скучаю по встречам с тобой...
Синий воздух звенит ожиданием,
И рисует мороз облака
Ты лечила меня пониманием,
А теперь вот ушла навсегда...
И надежды – такой, вроде, малости -
Не оставила мне никакой...
Но любви не страшны сроки давности,
Если есть у неё часовой...
Я костёр разведу среди полночи
И, сжигая в нём дни без тебя,
Без упреков и криков о помощи
Буду прошлое ждать у огня...
Ну, а если не хватит мне вечности –
Пусть костёр обернётся звездой,
Чтобы где-нибудь в поясе млечности
Мы бы встретились снова с тобой...
У меня сквозняк разгулялся в спальне —
Первый признак боли и пустоты.
Я больна, нелепа, нетривиальна —
Всё как раз, как очень не любишь ты.
У меня в стихах — про любовь и слёзы,
Я спокойна, сдержанна, как удав.
Это чувство майского коматоза
Выжигает всю меня "как всегда".
Алкоголь противен. стихи —
В камине. у меня ни ужина, ни детей.
Я сижу, как бабушка,
В палантине и часами думаю в темноте,
Что последний шаг оказался —
В омут. мне всегда
В любви больше всех «везло».
У меня обычно всё по-другому:
Априори принц должен стать козлом.
Мне уже не двадцать, я слишком остро чую ложь
И правду на вкус и нюх.
И поэтому я не стираю простынь,
Где ты спал. я тайно её храню.
Я сдаюсь. устало и добровольно.
Как сдаются лужи в морозы льду.
Я люблю тебя. и мне очень больно,
Что ты был последним в моём аду.
ПИСЬМО ДЕДУ МОРОЗУ!
Ну чё, здорово, Борода!
Готовишься, поди?
Пишу заявку, как всегда,
Уж ты не подведи.
А то, тут Дед Мороз один,
Что в прошлом годе был,
Наобещал подарков, блин,
А принести забыл.
Я сильно много не прошу,
Не бойся, Красный Нос,
Сейчас я список напишу:
Компьютер, Пылесос,
Утюг, Дублёнка,
Печка гриль, Мобильник
(Лучше — три),
Сервиз, Духи, Автомобиль,
Что мужу — сам смотри,
Шампанское, само-собой,
И пару коньяка,
Ну, там, закусочки какой,
А то совсем тоска.
Всё упакуй, в мешок положь,
Чтоб было по-уму.
А не поместится — ну что ж!
Я еврами возьму.
Ведь должен ты, япона мать,
(Поскольку чародей),
Материально поддержать
Порядочных людей!
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Мороз» — 315 шт.
