Цитаты в теме «небо», стр. 136
Грянули в набат,
Города горят!
А тушить послали детей.
Откровенные растянули правды меха.
Судят да рядят,
Кто в чём виноват,
Да в себе не видят греха.
А над этим всем небо.
Только облако тронь,
Край душистого хлеба,
Крупной соли ладонь.
А над небом столетий
Плавный ход без конца.
И смена тысячелетий
Лишь улыбка творца.
А мы всё ищем врага,
К иконе ладим рога,
Дракой горим!
Кому за что отвечать?
Все мастера обличать.
О, Третий Рим!
Вверх! От земли!
Приблизить Горнюю даль,
Крестопоклонно!
Молитвой в сердце
Зажечь Радости Печаль!
Обречённые встали
На колени в кольцо.
Друг на друга льют
Копоть да мазут,
Чтобы не признали в лицо.
Неприметные под
Себя слепили закон.
За народ несут
Сбрую да хомут,
Да уходят через кордон.
Мхами кутал нетвердый шаг
Синий вереск в сухом бору,
Где плутала всю ночь душа,
Да казнила себя к утру,
Что желаньями растеклась,
К ступе ладила помело,
По глаза закопалась в грязь
От отчаянья, всем назло.
Горько мутным держать ответ,
Там, где видишь себя в лицо.
Страшно вымолвить — Смерти нет!
Коль на пальце ее кольцо.
Оторочены облака
Бледно-розовой кисеей.
От далека, до далека,
Небо дышит сырой землей,
И тревожит огнями даль,
Что, как свечки, колышет лес.
Отлетает душа-печаль
Птицей серою в дым небес.
Когда тень превратится в дух,
Когда пламенем станет взор,
На заре промолчит петух,
Принимая зарю в укор.
Успокоится плачем страх,
Растворится в любви вина,
И оттает душа в слезах,
Понимая, что прощена.
Бой воли, ропот боли — азбука огня,
Пламя золотится на ветру.
Я не вижу звезд в олове дождя,
Может, распогодится к утру.
Полвека шел потехой, пел да отжигал,
И не собираюсь тормозить.
Только на душе шрамы в три ряда,
От такой простой работы жить.
Не утолить пламя в груди
Тем, кто пытался любить.
Учит терпеть боль на пути
К небу — работа жить.
А с теми, кто не в теме нечего делить —
Наши тропы к разным полюсам.
Близорукий марш, вялая возня —
Я слепцов читаю по глазам.
Не утолить пламя в груди
Тем, кто пытался любить.
Учит терпеть боль на пути
К небу — работа жить.
Слово для сердца надежней, чем небо для глаз —
Импульс начала и светоч предтечи конца.
Слово заблудшие души спасало не раз,
Слово разило неверных вернее свинца.
Семь миллиардов и тысячи тысяч до них,
Ждали у моря погоды, да славили муть.
Лишь единицам открылось, что ветер затих,
Чтобы огнем по земле проложить новый путь.
Серый пепел лет — Отзвук тишины.
Все, кто видел свет, оглашены.
Мир промежутков подобен стоячей воде,
Не то чтоб болото, но все же никак не река.
В мире задернутых штор нет приюта звезде,
Голый расчет при условии наверняка.
А над городом, солнце лучит заря,
Льет в мир золото силою тропаря,
Меж тем в топоте тают остатки сил
Тех, кто ропотом
Жил, слова не ведая.
Пыл тьмы проповедуя.
Век коротали в разгулы отеком лица,
Комкали Слово, купелью считая кровать,
Сором пустой болтовни наполняли сердца,
И гибли в тупом нежелании хоть что-то менять.
Прекрасное чёрное чудище
Прекрасное чёрное чудище
Баюкало детку свою:
- Поспи, моё солнышко, чуть ещё,
Я песню тебе напою.
Пока не осыпался росами
Полуночных красок триптих,
Ты дремлешь с немыми вопросами,
А я отвечаю на них.
О тайнах больших и загадочных
В пещерах за горным хребтом,
О том, как рождаются бабочки
И как улетают потом.
О маленьких гномах и золоте,
О каменных троллях в глуши,
О том, как на севере холодно,
О безднах, где нет ни души.
О море, где парусник плавает,
О небе, где птица парит.
О том, как движеньями плавными
Погасит рассвет фонари.
Пока ещё месяц не выстоял
Свой час в поднебесном краю,
Я шёрстку послушно-волнистую
Тихонько поглажу твою.
И, может, когда-нибудь в будущем,
Услышав последний ответ,
Ты вырастешь в чёрное чудище,
Прекрасней которого нет.
Убеди меня Боже, столько всего во мне — расставаний, смертей, дорог. Научи меня каменеть, как скалистый большой отрог. До которого нет пути. Ни по небу, ни по земле. Там живет одинокий тигр, недоступный ничьей стреле. Что минута ему, что век Одиночества не боясь, он гуляет в густой траве.
Расскажи мне, что это я.
Все равно, что хула, что нимб, тигр лениво траву жуя, ловит в ней звездный свет Плеяд, прикасается лапой к ним. Он не помнит ни яд молвы, и ни тех, кто его предаст. Заживают на шкуре швы, не оставив в душе следа.
И не скучно мне там ничуть. Тем, кто в сердце моем живут — буду сниться, когда хочу. Не тогда, когда позовут /если вспомнят. А скажут: «Жаль Что поделаешь Дань войне » — я успею от них сбежать, затерявшись в похожем сне.
Тигр мой ласковый и ничей. Он на звезды один глядит. Боже, ведая суть вещей, убеди меня, убеди!
Что все правильно .
И я не знаю, что ищу, когда холодными слезами
Необъяснимую тоску роняет небо на меня.
Я смысл пытаюсь разгадать. Но он куда-то ускользает,
Размытый пасмурным дождем. И не понять. И не понять
Вокруг прохожие спешат под разноцветными зонтами.
Как будто прочь, как будто сквозь дождя густую пелену.
И что останется тебе, когда во мне совсем не станет
Любви, в которой нам уже не утонуть не утонуть
Не оставляя ничего, чем согревались и дышали,
В холодном сумраке ночей над нами властвует печаль.
И мы не ведаем: зачем? А тот, кто свыше все решает,
Оставил право на вопрос не отвечать не отвечать
И я не знаю, что ищу.
Горними тихо летела душа небесами, Грустные долу она опускала ресницы;
Слезы, в пространстве от них упадая звездами, Светлой и длинной вилися за ней вереницей.
Встречные тихо ее вопрошали светила:
«Что так грустна? И о чем эти слезы во взоре?»
Им отвечала она: «Я земли не забыла, Много оставила там я страданья и горя.
Здесь я лишь ликам блаженства и радости внемлю, Праведных души не знают ни скорби, ни злобы —
О, отпусти меня снова, создатель, на землю, Было б о ком пожалеть и утешить кого бы».
1858
Я учился траве, раскрывая тетрадь,
И трава начинала как флейта звучать.
Я ловил соответствия звука я цвета,
И когда запевала свой гимн стрекоза,
Меж зеленых ладов проходя, как комета,
Я-то знал, что любая росинка — слеза.
Знал, что в каждой фасетке огромного ока,
В каждой радуге ярко стрекочущих крыл
Обитает горящее слово пророка,
И Адамову тайну я чудом открыл.
Я любил свой мучительный труд, эту кладку
Слов, скрепленных их собственным светом, загадку
Смутных чувств и простую разгадку ума,
В слове правда мне виделась правда сама,
Был язык мой правдив, как спектральный анализ,
А слова у меня под ногами валялись.
И еще я скажу: собеседник мой прав,
В четверть шума я слышал, в полсвета я видел,
Но зато не унизил ни близких, ни трав,
Равнодушием отчей земли не обидел,
И пока на земле я работал, приняв
Дар студеной воды и пахучего хлеба,
Надо мною стояло бездонное небо,
Звезды падали мне на рукав.
Мало мне воздуха, мало мне хлеба,
Льды, как сорочку, сорвать бы мне с плеч,
В горло вобрать бы лучистое небо,
Между двумя океанами лечь,
Под ноги лечь у тебя на дороге
Звездной песчинкою в звездный песок,
Чтоб над тобою крылатые боги
Перелетали с цветка на цветок.
Ты бы могла появиться и раньше
И приоткрыть мне твою высоту,
Раньше могли бы твои великанши
Книгу твою развернуть на лету,
Раньше могла бы ты новое имя
Мне подобрать на своем языке, —
Вспыхнуть бы мне под стопами твоими
И навсегда затеряться в песке.
Вот и август к концу всё-таки
Дождь пройдёт, акварель смажется.
Если с неба смотреть пОд ноги —
Нарисованной жизнь кажется!
Чашу выпив до дна самого,
Я все кисти свои выбросил,
И придумал всю жизнь заново,
И у Неба тебя выпросил.
Эту птицу я в сеть не ловил:
Украдёшь — век потом сторожить!
Эту птицу я в клеть не манил:
Прилетела, да и стала жить!
А за двенадцать дней до тебя
Я придумывал о тебе,
И, заочно уже любя,
Вместе с августом ждал к себе.
А когда мы с тобой поняли,
Что приметы и сны значили —
Мы все жизни свои вспомнили,
И, конечно, опять начали
Не найдёшь у любви донышка,
Тает в небе река млечная.
На плече моём спит солнышко —
Половинка моя вечная!
Он был старше ее на четырнадцать лет,
А она младше была на четырнадцать зим.
Почему ей достался тот лишний билет,
И зачем она взглядом вдруг встретилась с ним.
Почему он вернулся за папкой для нот,
Хоть всю жизнь без конца, уходя, уходил.
Это знает, скорее всего, только тот,
Кто рукою его водил.
Ты для меня — солнечный свет,
Я для тебя — самый, самый.
Мы проживем тысячу лет
И на земле, и под небесами.
Мы проживем тысячу лет
И на земле и под небесами.
Он был старше ее на пять тысяч ночей,
Она младше была на пять тысяч утрат.
Но не сможет понять никакой казначей,
Почему они вместе проснулись с утра.
Почему он вернулся за папкой для нот
И остался, понять ничего не успев.
Но случайности нет —
Это выдумал тот,
Кто ему подсказал припев.
За окном твоим
снег,
У тебя внутри
грусть,
Там, внутри, Любви —
нет,
Ты давно решил —
пусть
Все дела твои —
дрянь,
Но, открой глаза
лишь,
И со стороны
глянь:
Разве ты живешь?
Спишь!
Где-то там горой
пир,
А вокруг тебя
склеп,
Да, ты бы изменил
Мир,
Жаль, вот только Бог
слеп!
Но, за миллиард
лет,
Не сомкнул Господь
век,
Ты Ему твердишь —
Нет!
А за окном опять
снег!
В этом мире, без тебя, Богу делать нечего.
Белым птицам, без тебя, некуда лететь.
Без тебя, душе твоей удивляться нечему,
Без тебя, в глаза твои некому глядеть.
Без тебя, твоя любовь к сердцу не привяжется,
Не заплачет никогда, не заговорит.
В этом мире, без тебя, сказка не расскажется
В небе только для тебя солнышко горит!
Так что, если Мир
плох,
Разожги внутри
Свет,
В этом Царстве ты —
Бог,
Здесь других богов
нет!
На небе не счесть
звёзд,
Мир у ног твоих —
весь,
А секрет, как снег,
прост:
Нас всего Один
здесь!
Вот ты выдумал, что живёшь
От боженьки вдалеке —
Всё с неба Его зовёшь,
Со свечечкою в руке.
Внимательней посмотри:
Ты ж Сам светлячком горишь!
С Собою поговори —
И с Богом поговоришь! И с Богом
А впрочем, есть два пути,
Два неба — Любовь и Страх
Ты Сам себе посвети,
И страх превратится в прах.
Совет тебе подарю —
Чтоб ладить с самим Собой,
Всегда себе говорю:
Не дёргайся, Бог — с тобой!
Ни в чём Себя не вини,
И прочих не осуждай.
Вселенную измени,
И всем, кто попросит — дай!
Оставь Себе Шесть Камней,
Гуляй себе по воде,
А ночью, валяй ко мне —
Посветимся в темноте.
Посветим
Ты Сам решил, что живёшь
От боженьки вдалеке,
И с неба его зовёшь,
Со свечечкою в руке.
Внимательней посмотри:
Ты ж Сам огоньком горишь!
С Собою поговори —
И с Богом поговоришь! С Богом!
Всё начинается с Любви:
И Бог, и жизнь, и даже смерть.
Вокруг одной её оси
Летит земная круговерть.
Всё начинается со слов
Признания слабости своей,
С Её Высочества послов,
Стрелами ранящих людей.
Любовь даруется, как страсть,
И обрывается, как нить,
Её тайком нельзя украсть,
И невозможно объяснить.
И всё, что есть — отдать не жаль,
Чтоб лишь увидеть у окна
Её прозрачную вуаль
Из золотого волокна.
Кто Райских кущ плоды вкушал,
И кто отведал соль земли,
Тот знает сам, как ждёт душа
Прикосновения Любви.
И я, под небом голубым,
Вновь эту жизнь благословлю,
Не потому, что я любим,
А потому, что сам люблю!
Всё начинается с Любви!
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Небо» — 3 173 шт.
